bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Girls and Panzer. Part III.

Разумеется, нормальное королевство или империя создается не в один миг. У Кинга осталось шестнадцать бойцов – в самый раз для хорошего набега, но чтобы закрепиться в диких пустошах явно недостаточно. По самым скромным подсчетам для того, чтобы превратить эшелон в крепость нужно было еще двадцать солдат и как минимум три десятка рабов. Насыпь и полуразрушенный мост представляли собой неплохое естественное укрепление, речка, что протекала по дну ущелья, могла обеспечить будущий гарнизон водой. Теперь следовало навербовать воинов и прикупить рабов. Тщательно проверив груз во всех вагонах, Джордж отобрал то, что весит немного и стоит дорого – ядерные батареи, плазменные гранаты и упаковки армейского цианакрила – уникального клеящего средства, использовавшегося в армии ССА для ремонта практически всего. В одном из запечатанных вагонов (дверь пришлось вырубить плазменным резаком) нашлось два силовых доспеха. На то, чтобы освоить их у Джорджа и его лейтенанта ушло двое суток, но теперь отряд мог отправляться в обратный путь, не опасаясь никого (дефкло и казадоры так далеко на север не забирались).

Отряд вернулся в Боннерз Ферри как раз к осеннему торгу. По дороге Джордж строго настрого предупредил своих бойцов о том, что языки нужно держать за зубами. Кинг объяснил, как нужно отвечать на вопросы о путешествии, его люди, совершенно покоренные харизмой вождя, поклялись сделать все, как надо. С выгодой сбыв товар в городе, банда вместо того, чтобы удариться в загул, занялась вербовкой новых членов. Ну, собственно, один из рейдеров все-таки напился, но прежде, чем он успел что-то разболтать, товарищи утащили его из кабака. Рейдеры ожидали, что Джордж прикончит виновного, но Кинг ограничился тем, что вырвал ему глаз, сопровождая экзекуцию прочувственной речью. Когда главарь, отложив ложку и клещи, собственноручно обработал рану, наказанный, размазывая по небритой рожи кровь пополам с совершенно искренними слезами поклялся завязать с алкоголем и перейти на джет, потому что от джета язык не развязывается. Остальные рейдеры благоговейно молчали – Кинг действительно не был похож на обычных главарей северных банд.

С первого раза набрать нужное количество новых бойцов не удалось. Кингу искал особых людей: не трусов, но и не бесстрашных; не тихонь, но и не честолюбивых; не слишком умных, но и не полных идиотов. Словом, Кинг действительно был выдающимся лидером и сам открыл главное правило всякого успешного вождя: лучший подчиненный получается из индивидуума средних способностей, но при том не полной посредственности. Отобрав пятнадцать бойцов, Джордж прикупил два десятка рабов, припасы на зиму и вернулся к эшелону. В этот раз поход дался легче, и по дороге отряд потерял лишь одного бойца и четырех рабов. Отправив десять рейдеров на охоту – заготавливать мясо на зиму, Джордж с остальными начал разбирать хвостовые вагоны и сооружать из полученных материалов стену. К октябрю у Кинга была собственная крепость: отгороженная достаточно высокой и крепкой стеной из листового металла, пластика и бревен площадка в два с половиной акра перед мостом. Строительство стоило жизни еще шести рабам, но из десяти оставшихся пятеро были освобождены и завербованы в армию Полковника, как он стал себя называть, Кинга, а пять оставшихся получили четыре дня отдыха и возможность построить, наконец, землянку и для себя. Джордж считал бессмысленную жестокость признаком слабости и полагал, что добросердечным отношением можно добиться от человека гораздо больше, чем постоянными угрозами и битьем. Ошейник с зарядом взрывчатки на шее такого человека Кинг полагал необходимым, но отнюдь не главным стимулом. Даже у раба должна быть Мечта – пусть, на первых порах и простая: о теплом убежище, о достаточно сытной еде и т. д. Ну а перспектива заслужить честным и добросовестным трудом свободу и место в рядах будущей армии Полковника Кинга может самого ленивого и забитого индивидуума превратить в полноценного члена общества.



Так началась Империя Кинга. Каждому правителю нужен титул. Джордж долго размышлял над тем, какое самоназвание ему выбрать. Титул должен быть короткий, но емкий, возвышенный, но невычурный. Он должен ставить правителя не столько НАД подчиненными, сколько чуть в стороне от них. Настоящий титул показывает, что человек занял свое место не потому, что у него самый тяжелый кулак или самый быстрый револьвер, а по праву достойного. Одним весенним днем, разглядывая своих бойцов, упражняющихся во дворе крепости с оружием в полном обмундировании (Джордж сумел донести до своих рейдеров важность правильной военной подготовки), Кинг вдруг понял, как ему следует называться. Вечером, за общей трапезой (Джордж всегда ел вместе со своими бойцами, не без основания полагая, что это сплачивает команду), вождь обратился к соратникам с короткой речью. В нескольких сильных и ярких словах командир описал путь, который они прошли за эти два года – как быстро летит время в трудах и сраженьях, парни! Их владения протянулись на сорок миль с запада на восток и на тридцать миль к югу от ущелья. Несмотря на то, что в непосредственной близости от крепости поселений нет, четыре фермерских поселка признали их власть и платят продовольственный налог. Пять канадских племен склонили свои тотемы перед Народом Поезда и отправляют своих лучших воинов к нам на обучение, кстати, ребята, ваше здоровье, вы отлично справляетесь! Однако до сих пор у нас нет настоящего названия. Парни с Поезда, Ребята Кинга – это все не то. Да, у нас тут действительно есть поезд, но ведь не это главное! И хотя я действительно командую вами, кто бы я был без вас, парни? Мы – отряд! Мы – дружина братьев! Братьев по железу и крови! С этого момента мы будем называться Отряд Северных Братьев (Band of Northern Brothers), а я буду вашим Полковником! Дружина братьев приветствовала свое новое название радостным воем и тостом за здоровье Полковника. Позднее, для простоты название сократили просто до Отряд Братьев (Band of Brothers).

Как говорили в древние времена предки первых коммунистов: “Soon the story told, but not quickly deal done”. Из года в года Джордж «Полковник» Кинг терпеливо строил и расширял свое государство. Дважды Отряд Братьев оказывался на краю гибели. Через четыре года после основания самого северного города Айдахо, к его стенам подступили отряды объединенных племен юго-западной Канады. Воины в одежде из шкур, раскрашенные синей, красной и белой красками собирались раз и навсегда покончить с Деревней Железных Домов на Колесах (нет, люди Си-Аттол так далеко не забирались, канадцы сами придумали такое название). Дело в том, что пережившие Ядерный Апокалипсис жители бывшего Доминиона забыли многое, но не жестокую оккупацию их страны ССА во время Войны за Ресурсы. Племена нередко наведывались через границу и лупили потомков американцев, не разбирая, кто перед ними: рейдеры, фермеры, инджуны или каннибалы. Естественно, существование на их землях крепости, воины которой обнаглели до того, что подчинили своей власти несколько свободных народов, вызывало у канадцев свирепое жжение в органе, отвечающем за национальную гордость. Словом, племена собрались на Великий Совет, выкурили несколько косяков мира, выкопали Силовой Молот Войны и, нарядившись в лучшие военные одежды и раскрасившись самыми священными красками отправились громить захватчиков. Надо ли говорить, что они потерпели сокрушительное поражение. В Битве у Вагонов полегло без малого три сотни лучших воинов юго-западной Канады, еще столько же сдалось в плен и вдесятеро больше бесславно бежало. Кинг наложил на побежденных дань, взял выкуп рабами и рабынями и, скрипя зубами, вынужден был начать новый круг вербовки – победа стоила Отряду Братьев сорока семи отличных бойцов. Собственно, если бы канадцы меньше думали о том, что их магия плохо защищает от пуль, они могли добить своих врагов – к концу боя в крепости на ногах осталось всего три десятка бойцов. Словом, покорение Боннерз Ферри пришлось отложить.

Вторая беда случилась зимой 2287 года – особенно холодной и снежной. Вторжение гигантских крыс уничтожило большую часть продовольственных запасов крепости. Это стало бы проблемой и летом, но в феврале означало довольно быструю смерть от голода. Строгое рационирование могло лишь продлить агонию. Кинг рассмотрел несколько вариантов спасения своего детища, в том числе и забой рабов и слабейших бойцов на мясо, но в конце концов забраковал их все. Строгое рационирование должно было привести к тому, что до лета дотянут живые скелеты, не способные ни на какие активные действия. Заготовка консервов могла плохо повлиять на мораль людей: одно дело перекусить двуногой свининкой в самом крайнем случае, и другое – жить на человечине несколько месяцев. Превращаться в каннибала Кинг не собирался. Кончилось тем, что Полковник отправил отряды фуражиров на территорию соседних банд. Несколько ферм и поселков было сожжено (как правило – вместе с обитателями), но Отряд Братьев заготовил достаточно припасов, чтобы дотянуть до лета. Это не прибавило популярности Ребятам Кинга, но рейдеры, чьи вассальные поселки уничтожила Банда Братьев, могли лишь скрипеть зубами: Банда Поезда уже стала слишком сильна для них.



Чем дальше в лес, вернее, в Империю, тем сильнее Полковник Кинг начинал задумываться о том, что его проекту чего-то не хватает. Нет, бесспорно Кингсбург - так Джордж начал называть свою крепость (Отряд не возражал) - рос и развивался. Под рукой Кинга было уже восемьдесят пять хорошо вооруженных и дисциплинированных бойцов (недисциплинированных несколько раз сбросили с обломков моста в ущелье, так что остальные согласились с тем, что порядок в армии необходим). В крепости и вокруг нее трудилось несколько десятков рабов (из-за некоторой текучки кадров их количество колебалось то вверх, то вниз). Кинг даже держал для удовлетворения определенных потребностей своих воинов двадцать молодых рабынь и шесть симпатичных юношей, поскольку Полковник был человеком широких взглядов и принимал людей такими, какие они есть. Однако, Джордж считал, что для настоящей Империи этого мало. Сейчас он был просто еще одним главарем рейдеров: пусть с собственной крепостью, пусть, возможно, с сильнейшей бандой на Севере, но все-таки – просто главарем. Для того, чтобы возвыситься над прочими работниками дробовика и дубинки, чтобы внушать не просто страх, а уважение и даже преклонение, подлинному правителю нужно что-то особенное, какой-нибудь подлинный символ мощи, олицетворение власти. Глаза Кинга все чаще обращались к платформе, на которой, закутанный в металлизированный серебристый синтетик, вот уже две сотни лет покоился гигантский танк коммунистического Китая.

Все эти годы Джордж не уделял внимания машине. Полковнику хватало дел и без того, а мощи штурмовых винтовок, лазерных ружей и огнеметов вполне хватало на то, чтобы осуществлять проекцию силы куда угодно, благо, из двенадцати уцелевших вагонов шесть содержали боеприпасы – воевать можно было еще целый век. Но в том то и дело, что Кинг хотел покорить Север без особого кровопролития. Битва с канадцами показала честолюбивому правителю, что война – это крайне расточительное, экономически и политически совершенно нецелесообразное мероприятие. На войне расходуются боеприпасы, приходит в негодность оружие и снаряжение, а главное – гибнут хорошо подготовленные и преданные люди. Не то, чтобы Полковник был так уж привязан к своим бойцам, просто подготовка и обучение новых отвлекало от основной цели – построения Империи Севера. Джорджу хотелось бы, чтобы прочие банды подчинились без боя – просто осознав его, Кинга, подавляющее превосходство. В конце концов, тот поход за продовольствием был несколько лет назад – не век же обиду помнить. Подавлять лучше чем-нибудь большим, железным, поражающим воображение. Например, танком. Если бы у Кинга был танк, это сразу поставило бы Полковника над всеми главарями рейдеров Айдахо. А может быть и всего Запада, ведь больше ни у кого танков не было. Словом, Джордж Кинг решил, что ему позарез нужно поставить Тип-45-4 на ход.

К сожалению, для того, чтобы запустить танк, который простоял на платформе (пусть и хорошо прикрытой) двести лет, одной воли мало. Танк – это неимоверно сложное техническое устройство, куда более сложное, чем какой-нибудь «Хайвэймэн». Чтобы запустить такую махину нужен механик, разбирающийся как в теории механизмов, так и электротехнике. На севере Айдахо с механиками было туго. Рейдеры в принципе не были склонны к приобретению технических навыков. В большинстве банд даже за оружием как следует не следили. Рабов, конечно, можно подобрать на любой вкус, но только если ваши вкусы ограничивались людьми, имеющими опыт в сельском хозяйстве. Ну и женщин, конечно, всегда можно было прикупить – этот товар в моде всегда. Ну, или мужчин – вкусы-то у людей разные. А вот механиков – извините. Механики на севере не водились. Ближе к югу – другое дело. Кинг даже несколько раз давал объявления в Боннерз Ферри, что заплатит за механика с юга десять цен обычного здорового раба. Первым к нему притащили кузнеца из окрестностей Айдахо-Фоллз. Кузнец, конечно, был ценным приобретением для Кингсбурга, но он ни на дюйм не приблизил Джорджа к его цели. Вторым доставили специалиста, умевшего делать и устанавливать ручные водяные колонки. Это было уже горячее, но, ознакомившись со стоящей перед ним задачей, парень проявил редкостное благоразумие и честно сказал Кингу, что он ремонт танка не потянет. Хотя бы потому, что не умеет читать – насосы-то делать его отец научил, просто показывал, как нужно. Кинг оценил честность и открытость специалиста, и не стал скармливать его боевым псам, как советовал боссу одноглазый лейтенант. Одним словом, ремонт танка все время откладывался, и, как это часто бывает, возрождение стального гиганта стало навязчивой идеей Кинга. Он был готов даже честно заплатить за работу свободному механику, но дураков отправляться на Север в страну рейдеров в Айдахо не нашлось. Поэтому Полковник раз за разом прилежно посещал оба ежегодных торга в Боннерз Ферри, надеясь отыскать в навозной куче кукурузных рабов жемчужину с навыками механика.

Стоит ли говорить, что, узнав о целой партии пленников из Убежища, Кинг отправил к их хозяину гонца с предложением забронировать подземников за половину их рыночной стоимости. В случае, если Полковник нашел бы в этой партии подходящего ему человека, он готов был заплатить за находку двенадцать цен. Толковый бизнесмен, занимавшийся подготовкой живого товара, согласился, и рано утром Кинг в сопровождении телохранителей явился в загон, где держали бывших членов Движения За Открытие Убежища Для Пользы Всего Человечества.

Когда рабы-фельдшеры вытолкнули пленников на середину клетки, Сандра Мишель Коллинз была так напугана, что не смела поднять голову. Едва не падая в обморок от страха, он смотрела в пол и слушала, как кто-то очень властный и сильный идет вдоль шеренги и хриплым голосом задает один и тот же вопрос: «Чем ты занимался под землей?»

Кинг уже думал, что судьба и в этот раз повернулась к нему спиной. Среди подземников нашлось два землекопа, один строитель, один уборщик, одна медсестра и один химик. Последней в строю стояла невысокая худая девушка с каштановыми волосами. Судя по всему, она была напугана сильнее всех, потому что за все время, что Полковник и его бойцы присутствовали в клетке, ни разу не подняла глаз от пола. Кинг вздохнул. Разумеется, не было ни одного шанса, что эта мышь окажется тем, кто ему нужен. Однако, уйти, не убедившись в этом (хотя бы для поддержания образа мудрого и педантичного правителя), Полковник не мог.

Когда прямо перед ней остановились две стальные ноги силового доспеха, Мишель вздрогнула и вжала голову в плечи. Железные пальцы коснулись подбородка девушки и подняли ее лицо вверх. Перед Мишель стоял гигант в силовом доспехе (мисс Коллинз видела такой на картинках). Шлем гигант не носил, поэтому девушка могла хорошенькл его рассмотреть. Это был человек лет тридцати-тридцати пяти. Его лицо, чисто выбритое, за исключением длинных усов, казалось доброжелательным, ярко-рыжие волосы, смазанные какой-то клейкой массой, топорщились гребнем. Незнакомец смотрел спокойно, оценивающе, в его глазах не было жестокости и безумия, как у тех бандитов, что схватили изгнанников возле Убежища. И все же Мишель почувствовала, как по ее спине стекает струйка холодного пота. Человек в силовом доспехе был явно непростым рейдером.

Несколько секунд Кинг смотрел на девушку, а потом задал свой обычный вопрос: чем она занималась в Убежище? Пленница молчала, глядя прямо в лицо Полковнику широко раскрытыми глазами, и Джордж понял, что она так испугана, что вот-вот упадет в обморок. Кинг вздохнул, отстегнул от пояса фляжку, зубами выдернул пробку и поднес сосуд к лицу девушки.

Одного запаха кукурузно-кленовой водки оказалось достаточно, чтобы Мишель пришла в себя. Прокашлявшись, мисс Колинз, наконец, нашла в себе смелость ответить, что в Убежище занималась наладкой механизмов, электромоторов и вообще специализировалась в теории машин. Девушка не поняла, почему ее добродушный собеседник в силовой броне вдруг рассмеялся и приказал своему помощнику – страшному одноглазому мужчине в военной форме и тяжелой броне – заплатить, как уговорились. Пока одноглазый решал финансовые вопросы с продавцом, рабы сняли с мисс Коллинз ошейник. Один из вооруженных рейдеров сунул ей в руки пластиковый мешок, в котором был новенький комплект военной формы, ботинки и даже свежее нательное белье, правда, мужское и на три размера больше, чем нужно. Вождь рейдеров приказал Сандре переодеваться. Сандра отошла в угол, и, закрываясь руками и пакетом, скинула свою рубаху-мешок. К ее удивлению, Старший рейдер приказал своим воинам отвернуться – и те дисциплинированно выполнили приказ. Закончив с переодеванием, Сандра подошла к главарю. Тот осмотрел девушку с головы до ног, удовлетворенно кивнул и сказал, что его зовут Полковник Кинг, и отныне она работает на него. Он, Полковник Кинг, заботится о тех, кто хорошо исполняет свои обязанности, но с врагами и лентяями обходится круто, так что твоя судьба в твоих руках, красотка, как, кстати, тебя зовут? Мисс Коллинз назвала свое имя, и Кинг, кивнув, приказал одноглазому записать мисс Коллинз в штат Отряда Братьев механиком.

Так началась служба Сандры Мишель Коллинз в Империи Джорджа Кинга. Одноглазый лейтенант предупредил ее, что хотя взрывающийся ошейник с нее сняли – это не значит, что она теперь свободный человек. Так что если малышка Сандра подумает бежать – пусть лучше дважды подумает. Искать ее будут все банды Севера, потому что Полковник Кинг – очень уважаемый человек.

Сандра, впрочем, и не думала бежать. За четыре дня она набралась стольких впечатлений, что была рада передышке. Судя по всему, мистер Кинг взял ее под свою защиту, потому что его рейдеры обращались с ней подчеркнуто уважительно, никто не лез к ней и даже не позволял себе грязных намеков. Соответственно, Мишель также старалась вести себя хорошо и не давать оснований к изменению такого отношения. Она дисциплинированно следовала за мистером Кингом и его одноглазым помощником, которого звали Одноглазый Джек. Тут, конечно, можно было бы посетовать на недостаток фантазии у бойцов Кинга, но с точки зрения мисс Коллинз прозвище вполне подходило лейтенанту, поскольку у него, как мы уже упомянули, был один глаз. Отсутствие гуманитарного образования, с которым, как мы помним, в Убежище 24 было напряженно, иногда имеет свои преимущества. Человек начинает как-то проще смотреть на мир.

Несмотря на то, что свой главный приз он уже получил, мистер Кинг задержался в Боннерз Ферри для того, чтобы сделать ряд закупок. Кингсбургу требовалось продовольствие и живая сила, кроме того, Полковник хотел провести несколько встреч, чтобы уладить ряд досадных недоразумений со своими соседями. В деловых хлопотах прошло два дня. Торговая неделя Боннерз Ферри шла к концу, впереди было закрытие сезона – грандиозное празднество, обещающее пиры, гладиаторские бои, распродажи товара со скидкой и оргии. Мистер Кинг и его люди, впрочем, предпочитали держаться в стороне от рекреационных излишеств, которым предавались остальные рейдеры. Полковник не без оснований предполагал, что закон законом, но многие в городе предпочли бы видеть его скорее мертвым, чем живым, поэтому нажираться кленовой водкой и упарываться всяким дерьмом воины Отряда Братьев предпочитали дома, где это можно было делать под защитой стен и организованно, повзводно. Иное дело – гладиаторские бои. Этот освященный временем вид досуга был относительно безопасен с точки зрения покушений – нужно было только занять место в верхних рядах и проследить, чтобы стена за спиной не содержала дырок, в которые можно просунуть ствол. Одним словом, покончив с закупками и примирительными переговорами, мистер Кинг со своими парнями отправился на главную арену города (довоенный школьный стадион), чтобы полюбоваться на старое доброе кровопускание.



Заняв своим места, рейдеры принялись делать ставки, как друг с другом, так и у официального букмекера. Один бой следовал за другим. На арене стравливали рабов с рабами, рабов со зверями, рабов с профессиональными бойцами, гулями и даже боевыми роботами. Противников комбинировали в различных сочетаниях, некоторые схватки заканчивались за несколько секунд, сопровождаемые дружным «Бу-у-у!» трибун, другие растягивались на минуты. Зрители подбадривали бойцов бодрыми возгласами, не обращая внимания на то, что половина участников либо не могла их слышать, либо не понимала человеческую речь. Сандру затошнило после первой же схватки, и все остальное время она сидела, отвернувшись к стене, вздрагивая при самых душераздирающих криках. Внезапно в воплях рейдера, объявлявшего участников боев, прозвучало знакомое имя. Мисс Коллинз вздрогнула: распорядитель боев назвал одного из ее соратников по Обществу, того самого, что отнял у нее миску с едой, и которого увели из клетки, обнимая чуть ли не дружески. Мисс Коллинз посмотрела на арену. Там, среди окровавленных трупов, стоял ее бывший товарищ, ее одноклассник, тот, с кем они вместе мечтали о том, как принесут Пустошам цивилизацию. В кожаном доспехе, грубо сделанном шлеме и наруче, он держал в одной руке жуткого вида шипастый топор, а в другой – отрубленную голову какого-то несчастного раба, которой потрясал в воздухе. Трибуны бесновались, приветствую победу бывшего подземника. Сандра не могла поверить своим глазам. Одно дело – просто поддаться минутной слабости и отнять еду. Но уподобиться этим зверям в человеческом обличье, рубить живых людей им на потеху, как это возможно?! Ведь этот парень рос вместе с ней, он ходил в ту же школу, его парта стояла рядом! Вместе они учили наизусть правила человеческого общежития и трудовой этики! Куда это все подевалось? На арене стоял дикарь, убийца, и самым страшным было то, что он, кажется, наслаждался этим кровопролитием. Полковник Кинг, перехватив взгляд Сандры, криво усмехнулся и кивнул – этот парень действительно быстро усвоил смысл жизни на поверхности, так что мисс Коллинз надо брать с него пример.



Распорядитель объявил новый поединок, и рейдеры вытолкнули на арену следующего бойца. Сандра вскрикнула и привстала со своего места - против ее бывшего товарища выставили женщину! Высокая, крепкая блондинка в коротких штанах и кожаной безрукавке, накинутом на голое тело, еле стояла на ногах. Ее лицо и руки покрывали синяки и кровоточащие раны, один глаз заплыл. Из оружия у женщины был только короткий, широкий нож. Кинг приподнял бровь и жестом подозвал своего лейтенанта. Склонившись над ухом Полковника, тот несколько секунд что-то говорил, после чего Джордж кивнул и повернулся к мисс Коллинз. Усмехнувшись, он приказал девушке сесть рядом с ним и смотреть следующий поединок от начала и до конца. Это будет для нее хорошим уроком.

Этот день для Джуди Джонсон не задался с самого начала. Во-первых, ее парень, главарь небольшой, но перспективной банды ловцов живого товара, со вчерашнего дня вел себя, как свинья. Не то, чтобы тут было что-то новое – если ты ходишь с рейдерами, то быстро привыкаешь к тому, что нормы морали в этом сообществе немногим выше, чем в стае бродячих собак. Однако говорить своей женщине, что идешь к шлюхам, а ты пока разберись тут с товаром – это уже верх скотства. Можно же было сказать, что отправляешься на деловую встречу. Во-вторых, двое парней, оставленных следить за рабами, решили поразвлечься с одной из девчонок. Не то, чтобы это было не принято, но душить при этом, прижигать сигаретами и тыкать для забавы ножом – да вы серьезно? А когда вам сделали замечание – хвататься за оружие? Словом, когда главарь вернулся из борделя, Джуди уже была готова взорваться. Однако оказалось, что худшее еще впереди. Посмотрев на ропщущих починенных, на двух избитых парней, босс молча повернулся к выговаривающей ему Джуди и, не говоря худого слова, влепил ей по физиономии кастетом. На этом формальная процедура развода была окончена. Пытаясь встать хотя бы четвереньки, сквозь звон в ушах Джуди Джонсон услышала слова своего бывшего теперь уже парня, который разрешил избитым ею подонкам делать с его бывшей шлюхой все, что им заблагорассудится. Главарь решил, что бабу он найдет другую, а вот здоровый моральный климат в компании нужно поддерживать постоянно. Возможно, он где-то слышал песню предков русских коммунистов, в которой рассказывалось об одном знаменитом предводителе рейдеров, который в подобной ситуации предпочел скорее утопить свою бабу, но не ссориться с парнями. Хотя, вряд ли, этот хит слушали только в NCR в период недолгого увлечения довоенными бандитскими песнями. Скорее, парень просто оказался дерьмо дерьмом, ну, или Джуди ему надоела, а разойтись по-хорошему духу не хватило.

Тут надо сказать, что во всех рейдерских бандах северного Айдахо верховодили мужчины. Женские банды там как-то не прижились. Это связано, во-первых, с тем, что физически женщины, как правило, слабее мужчин. А во-вторых, даже если вдруг окажется, что где-то собралась группа неглупых, смелых и сильных женщин-преступниц (что само по себе невероятно, ибо женщины, обладающие такими качествами скорее займутся делом в нормальном обществе, ведь преступления – это для дураков), то против них моментально выступят объединенные мужские банды. Причем союзниками будут даже те, кто раньше друг друга терпеть не мог. Нельзя же, в самом деле, позволять бабам творить, что им вздумается!



Одним словом, в обществе озверевших подонков завоевания феминизма не работают – печально, но факт. Единственный способ для женщины удержаться в суровом северном бизнесе – это найти себе надежного покровителя в банде. Чем выше будет место такого покровителя во внутренней иерархии сообщества специалистов по силовому маркетингу, тем меньше вероятность, что его подруге в один не прекрасный день придется обслуживать остальных членов корпорации, причем всех одновременно.

Таким образом, мисс Джонсон в одно мгновение из спутницы главаря одной из самых перспективных банд северного Айдахо превратилась в деклассированный элемент, с которым можно поступать, как кому заблагорассудится. Этим немедленно воспользовались оба униженных Джуди бандита. Надо сказать, при других обстоятельствах они и думать не посмели бы связываться с Бешеной Джуди – и отнюдь не из-за того, что та ходит с их главарем. Мисс Джонсон умела за себя постоять. Однако удар кастетом по лицу часто оказывает на человека такое удивительное воздействие, что даже самый подготовленный и сильный боец вдруг сразу оказывается не в лучшей физической форме. Одним словом, воспользовавшись тем, что Джуди до сих пор стояла на коленях и пыталась разобраться: с чего бы это вокруг стало так темно в девять часов утра, и откуда появляются зеленые вспышки, хотя стрельба из плазменного оружия в городе запрещена, негодяи завернули ей руки за спину, надели на запястья наручники и потащили мисс Джонсон за угол – мстить. По дороге один бросил остальным рейдерам, что те смогут принять участие в развлечении, но не раньше, чем через час, быстрее они с этой сучкой не закончат.

Рейдеры, несколько ошарашенные такой радикальной демонстрацией того, что социальный лифт работает в обе стороны, лишь покачали головами и начали готовить завтрак – для себя и для товара. Они как раз собирались ставить котел на огонь, когда из-за угла донесся душераздирающий вопль. Бандиты переглянулись. Нет, в сложившихся обстоятельствах некоторые крики были вполне уместны, проблема заключалась в том, что кричал мужчина. Буквально через две секунды раздался второй крик – не менее дикий и не менее мужской. Это уже становилось интересным, и рейдеры, отложив, на время кулинарные упражнения, пошли посмотреть, чем там занимаются двое обиженных, которым на отмщение требовалось не меньше часа.

Открывшаяся рейдерам картина заставила побледнеть даже бывалых головорезов, при этом двоих стошнило, а один, самый молодой, упал в обморок. Между кучами мусора лежали, слабо подергиваясь, два мужских тела со спущенными штанами. Земля вокруг тел была обильно орошена (и продолжала орошаться) кровью. Чуть в стороне валялась Джуди Джонсон. Она ничего не орошала, но явно пребывала без сознания, при этом на затылке у нее набухала здоровенная шишка – вдобавок к тому красивому синяку в пол-лица, что остался после развода. Осмотр места происшествия и краткий (из-за очевидной предсмертности) опрос дергающихся тел позволили восстановить картину событий. Оскорбленные ранее мужчины решили отомстить Джуди в обычной мужской манере. Возможно, если бы негодяи ограничились традиционными методами мести, для них все закончилось бы хорошо. К сожалению, оба уделяли слишком много внимания просмотру специфических образцов голографии из Нью-Рино, и решили сделать, как в кино. Спустив штаны, они нагнули мисс Джонсон и попытались вступить с ней в связь в непредусмотренной природой и Богом (если он есть в этом мире) форме. При этом, естественно, их органы оказались в непосредственной близости от зубов Джуди, чем бешеная сука и не замедлила воспользоваться. Одним словом, первый из насильников лишился полового органа, а второму, успевшему закрыть хозяйство рукой, Джонсон перегрызла бедренную артерию. Рейдер успел врезать ей после этого по башке рукоятью пистолета, но его собственную смерть от потери крови это не предотвратило.

В общем, рассматривая картину побоища, банда пребывала в затруднении – а что, собственно, делать с Джуди дальше? Пока мужчины перебирали самые мучительные, унизительные и долгие способы лишения женщины жизни, к месту их стоянки явился городской патруль. Осмотрев картину происшествия, командир патрульных впал в глубокую задумчивость, и через некоторое время провозгласил, что случай серьезный, и разбирать его должен лично Рик. Вот так и получилось, что когда мистер Четырнадцать Дюймов завтракал в своем укрепленном особняке, прямо к нему в столовую вломились его молодцы, а также несколько свободных рейдеров. Мужчины тащили за собой сильно избитую, но все еще упирающуюся и страшно ругающуюся женщину. Выслушав командира патруля, мистер мэр едва не поперхнулся кипяченым молоком брамина (Рик следил за своим здоровьем). Отсмеявшись, градоначальник вынес свое решение. Поскольку на момент удара по лицу кастетом Джуди Джонсон была свободной женщиной, выдача ее на расправу и изнасилование нарушает законы города, так что с вас парни, обратился он к незнакомым рейдерам, штраф. Сколько? А сколько у вас есть? Вот все и давайте. И без шуток, а то мои парни быстро отправят вас за этими двумя казановами. Что же касается бешеной бабы – в ее случае имеется очевидное нарушение пределов необходимой самообороны. Откусывать члены – неправильно. Так что отправьте ее на арену за счет города. Доживет до вечера – свободна. Ну, или, может, ее кто-то раньше купит. А теперь катитесь и не мешайте мне завтракать.
Tags: fallout, idaho, postapocalypse, США, азаза, доброта, дружба - это магия, жизнь - это боль, мужское, поезда, творческое, юные школьницы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments