bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Orphanage. Part IX.

Впрочем, нельзя не отдать должное мадам Минни. Пусть ее заведение и принадлежало, что называется, к домам сомнительной репутации, оно считалось борделем высочайшего класса. «Дом отдыха мадам Минни» был (и остается) лучшим местом, где мужчины и женщины могут снять сексуальное напряжение без риска подцепить какую-нибудь неприятную болячку. Полное имя хозяйки этого почтенного заведения было Мариам Ольга Вонг, из чего можно сделать вывод, что ее предки не имели предрассудков относительно межрасовых или межнациональных браков. Впрочем, как мы уже говорили, постъядерная Америка – это немного не то место, где можно безнаказанно предаваться национализму или расизму. Мисс Вонг (именно это имя ставилось ею на всех официальных документах или вырезалось на задницах тех, кто не умел себя вести в приличном заведении) взяла себе, что называется, сценический псевдоним «мадам Минни» поскольку по ее мнению он звучало солиднее. В конце концов, семейный человек вызывает большее доверие у деловых партнеров, чем холостой (или незамужняя) бизнесмен (бизнесвумен).

На деле мисс Вонг в свои тридцать восемь до сих пор была не замужем, хоть и имела двух дочерей и сына. Дети воспитывались у хорошей женщины, в свое время начинавшей горизонтальное покорение Нью-Бойсе вместе с мисс Вонг. Обеим удалось выйти из этой не слишком приятной профессии, но если мисс Вонг, что называется, продвинулась по карьерной лестнице, то ее подруга удачно выскочила замуж за одного из лесных баронов.



В те годы, когда девушки работали буквально на соседних койках, они поддерживали друг друга во всем. Мисс Вонг даже помогла своей подруге опоить дурью клиента, который вел себя не так, как следует вести себя с женщинами (пусть и шлюхами), и подержала мерзавца, пока девушка резала того ножом. Нож оказался коротковат, а опыта в таких делах у подруги не было, поэтому помощь Минни Вонг, крепко прижавшей руки любителя поприжигать груди сигаретой и потыкать в них осколками бутылки, пришлась как нельзя кстати. Когда мужчина начал бурно протестовать, мисс Вонг заткнула ему рот его же трусами. Увы, при этом она не успела вытащит руку изо рта подонка и с тех пор носила на несколько укоротившемся мизинце черный пластиковый колпачок.

Выбившись в люди, мисс Вонг открыла собственное заведение, в котором установила весьма строгие требования как к сотрудницам, так и к клиентам. Перечень услуг, предоставляемых работницами горизонтального труда, оговаривался перед сеансом. Все, что не было зафиксировано в личном файле девочки (да, в борделе мисс Вонг имелся самый настоящий довоенный компьютер), клиент требовать не мог. Пьяные в бордель не допускались. Средства индивидуальной гигиены следовало использовать обязательно. Последнее касалось как клиентов, так и шлюх. Девочка, решившая подзаработать, предоставляя не оговоренные услуги без прикрытия, рисковала вылететь из бизнеса с волчьим билетом. Наконец, клиентам могли отказать в приеме, если имелись подозрения насчет их здоровья. Работницы заведения принимали гостей в отдельных комнатых, которые убирались каждое утро. Два раза в неделю все девочки мылись, для чего в доме имелось две ванны, очиститель воды и запас бигхорнерового мыла. Наконец, мадам Минни имела прочные связи с химиками Нью-Бойсе. Эти достойные джентльмены, в свободное от варки разного рода психотропных стимуляторов время, смешивали для девушек мисс Вонг всякие пахучие жидкости, в неизбалованной такого рода излишествами стране, сходившие за духи.

Одним словом, бордель мадам Минни был первоклассным заведением, по мнению знатоков не многим уступающим знаменитой «Гоморре» Нью-Вегаса. Нет ничего удивительного в том, что несмотря на чрезвычайные обстоятельства, мистер Блэк решил обязательно выполнить заказ мисс Вонг. Ссориться с такими людьми себе дороже, а вот продемонстрировав готовность любой ценой сдержать данное слово, можно было поднять свою репутацию в глазах уважаемых членов общества северного берега Бойсе. А репутация, как мы помним, в Айдахо значила очень много.

Когда мистер Блэк со своим отрядом подошел к борделю, было одиннадцать часов дня. Дом выглядел необычно тихим, из-за пестрых занавесок, преграждавших путь утреннему солнцу вглубь кабинетов, не доносилось ни звука. Джо знал, что после рабочей ночи девочки имеют обыкновение спать до двух часов дня, накануне он даже предлагал мадам Минни прийти к обеду, чтобы дать сотрудницам выспаться. Но мисс Вонг полагала, что один раз в неделю ранний подъем не повредит даже шлюхам, и вообще, если девочки накануне работали с полной отдачей, то стук молотка по железу их не разбудит. В общем, договорились, что мистер Блэк придет в восемь утра. Естественно, опоздание на три часа человека, известного своей пунктуальностью, несколько удивило мадам Минни. Хозяйка достойного заведения решила лично встретить мистера Блэка и попросить (мисс Вонг была умной женщиной и понимала, что для первого раза у человека с репутацией Медведя Джо объяснения не требуют, а именно просят) рассказать, почему тот не смог удостоить дом отдыха своим появлением в назначенный срок.

Медведь Джо, надо сказать, ждал разговора с мисс Вонг не то, чтобы с трепетом – годы службы отучили его трепетать перед всеми, кто был меньше десяти футов ростом и не имел хвоста, рогов, и когтей в фут длиной – но с тем сложно определимым чувством, которое возникает у человека, заметившего в паре сотен ярдов какое-то шевеление, и теперь пытающегося определить: точно ли там мелькнуло сочетание оранжевого и сине-зеленого, или это с похмелья мерещится. Словом, когда металлическая дверь борделя бесшумно распахнулась и на пороге показалась мадам Минни: высокая, стройная, красивая, как все полукровки, и ужасно опасная в этом своем довоенном красном платье из блестящего синтетика, мистер Блэк не сразу нашелся, что сказать.

posta006

При прочих равных это, конечно, пошло бы ему в минус. В Нью-Бойсе ценят людей, которые не лезут за словом в карман и в любой ситуации имеют пару умных мыслей. Однако в данном случае временное онемение мистера Блэка оказалось скомпенсировано схожим недугом, внезапно поразившим мисс Вонг. Вук, охранник борделя, дежуривший у двери и, соответственно, первым увидевший делегацию, которую привел с собой Джо, конечно, предупредил хозяйку, что Медведь пришел не один. Но Вук был супермутантом, пусть эмансипированным, но недалеким, как большинство представителей его вида. Поэтому мисс Вонг пропустила его слова мимо ушей и отправилась встречать мастера, имея намерение очень вежливо дать понять Блэку, что договоренности нарушать нельзя, а если уж нарушил, то следует сделать клиенту скидку. И вообще, давай, побыстрее принимайся за работу, потому что завтра у девочек День Гигиены, и колонка нужна позарез: чтобы накачать по десять ведер на восемь здоровых бигхорних, Вуку и так придется работать всю ночь. Однако, открыв одновременно дверь и рот, мисс Вонг обнаружила, что вместо одной суровой, обрамленной гривой белых волос и бородой физиономии мистера Блэка, перед ней предстали сразу пять лиц. Одно, вот с этой самой гривой, было знакомо. Четверо других: маленьких, грязных и смущенных приходились мадам Минни не выше груди. На мисс Вонг очень внимательно смотрел темнокожий паренек лет двенадцати, мальчик, до самые глаза упакованный в куртку с капюшоном, веселая девчонка, улыбающаяся во весь щербатый рот, и совсем маленькая девочка с очень большой дубинкой в руке.

Примерно через три секунды мисс Вонг сообразила закрыть рот. Еще секунд пять у знаменитой хозяйки лучшего борделя в Нью-Бойсе ушло на то, чтобы собраться с мыслями. Но прежде чем мадам Минни построила в уме фразу, смысл которой сводился к: «Какого черта, Блэк?!!!», девчонка с дубинкой и щитом из крышки то ли кастрюли, то ли мусорного бака, выступила вперед и писклявым, но при этом каким-то очень независимым и даже немного презрительным голоском заявила, что они из Приюта Маленьких Патриотов при Подлинной Американской Бат… Батп… Батисской Церкви – вон она, на холме (девчонка ткнула в сторону приюта дубинкой и мадам Минни машинально посмотрела туда, где на соседнем холме действительно возвышалась старая церковь). Затем девчонка объяснила, что у церкви обвалилась колокольня, потому что она сгорела, когда на них зимой напали и убили директора Аберкромби. Вот, а это наш новый директор, мистер Блэк, и мы пришли к вам ремонтировать колонку. Вы ведь мадам Минни? Директор Аберкромби нам запретил говорить, что ваш дом называют бордель. Покажите нам побыстрее, где у вас эта колонка, потому что мы еще должны успеть в город купить еды. И поесть, чтобы катить тележку. Ой, простите, покажите, ПОЖАЛУЙСТА. И еще директор Блэк хочет зайти в леси… Лесги… Короче в то место, где сидит гуребнатор. Директор Блэк говорит, что гуребнатор – хороший человек и он нам поможет может быть. И еще директор Блэк хочет успеть к Чаку Морицу. Вы знаете Чака Морица? Он очень храбрый, он со своими парнями нас спас зимой. Ну, там не только парни были, меня вот из-под шкафа тетенька вытащила. Шкаф упал, но не совсем, так что я только выбраться не могла. А если бы совсем упал, то меня бы раздавило. А тетенька меня оттуда достала.

На этих словах у девчонки, наконец, кончились силы, и она присела на тележку перевести дух. Но прежде, чем мадам Минни повторно собралась с мыслями, девчонка подняла руку и сказала, что ее зовут Джинджер, в капюшоне – это Альберт, он альбонос, поэтому всегда закрывается, чтобы солнце не сожгло. Улыбается, как ду… Как глупая – это Мэйбл. (Сама ты глупая, Джинджер, а еще мутант, ай, дядя Блэк, Джинджер дерется!) А в рваной шляпе – это Маркус. Он вместе с Энн были у нас главными, пока мистер Блэк не стал новым директором. А шляпу ему Монтогомо порвал. Это такая птица мистера Блэка – злющая! А можно мы пожалуйста пойдем делать вам колонку, потому что очень хочется побыстрее в город, потому что очень хочется есть?

Только теперь мисс Вонг в достаточной мере собралась с духом и повернувшись вглубь дома, приказала Вуку открыть ворота и пропустить всех за забор. Вук меланхолично откинул запоры, одной рукой сдвинул в сторону пятисотфунтовую створку, а другой, в которой он держал охотничью винтовку с увеличенной спусковой скобой, сделал знак проходить. Мистер Блэк молча вынул из кобуры пистолет и протянул его Вуку рукоятью вперед. На правом берегу все знали, что супермутант не пропускает на территорию заведения вооруженных людей, несмотря на все приказания мадам Минни перестать трясти клиентов. Вук осторожно принял пистолет, в его огромных пальцах выглядевший игрушкой, и положил его в карман. Джо шагнул вперед, толкая перед собой тележку. Вук посмотрел на Маркуса. Мальчик вытащил из кобуры пистолет и, следуя примеру старшего, отдал его супермутанту. Подумав секунду, он достал из кармана нож и тоже протянул его Вуку. Супермутант посмотрел на мальчика своими маленькими для такой головы, злыми глазами, затем осклабился и, кивнув, аккуратно принял маленький нож. Маркус направился вслед за Джо, который уже подогнал тележку к неисправной колонке и, расстелив на дне брезент, выложил на него несколько ключей, моток синтетического волокна, банку с растворителем, пассатижи и еще какие-то инструменты, назначения которых Маркус не знал. Тем временем Альберт вытащил из-за пазухи тесак и подал его Вуку. Супермутант покрутил оружие в пальцах, одобрительно кивнул и сунул в один из карманов на своей кожаной безрукавке. Мэйбл, ухмыляясь во весь рот, показала пустые руки и побежала за Альбертом. Оставшаяся последней Джинджер смерила Вука оценивающим взглядом. Супермутант оскалил пасть и предупреждающе рыкнул. Джинджер вздохнула и протянула охраннику дубину и щит. Вук откинул голову и громко заухал, затем наклонился и взял оружие. Склонив голову так, что его огромная зеленая морда оказалась в каких-то двух футах от личика Джинджер, супермутант вдруг подмигнул девочке, затем поднялся и пошел закрывать ворота. Джинджер презрительно усмехнулась и уже собиралась пойти за остальными, когда сзади ее окликнули. Девочка обернулась. Перед ней стояла та самая очень красивая тетенька с раскосыми глазами и в блестящем красном платье. Джинджер уже поняла, что это и есть мадам Минни. Женщина склонилась к девочке и сказала, что им нужно поговорить. Джинджер, в свое время накрепко затвердившая правило, которое им каждый день повторяли в приюте, не доверяла незнакомым людям и так и ответила мадам Минни. Мадам Минни кивнула и сказала, что это очень разумно со стороны юной мисс Джинджер. Но она вовсе не предлагает мисс Джинджер куда-то идти. Поговорить можно прямо здесь, на виду у вашего директора. Вон, сядем сейчас на ту скамеечку – и поговорим. Джинджер обдумала услышанное и согласилась, что если никуда идти не надо, то почему бы не поговорить. И, кстати, поскольку разговор у нас будет серьезный, добавила тетенька, то можешь называть меня мисс Вонг.Мадам Минни – это просто кличка. Джинджер удивилась и спросила: разве у взрослых бывают клички? Мисс Вонг ответила, что, конечно, бывают, иногда – дразнительные, иногда – уважительные. Вот у нее – как раз уважительная. Девочка и женщина сели на лавочку, на которой, обычно, в летнее время ждали своей очереди клиенты, и начали свой женский разговор.



Разговаривать с детьми непросто. Эти маленькие засранцы в любой момент могут просто перестать отвечать. Самым натуральным образом – будут просто сидеть молча, глядеть под ноги, а потом, глядишь, и вовсе заревут. Какой уж после этого разговор. Плакать Джинджер отучилась очень давно, когда какой-то огромный злой человек в странной кожаной одежде, и с волосами, собранными в гребень, вырвал ее из рук у мамы и бросил в горящую хижину. Тогда трехлетняя Джинни сумела руками оторвать лист пластика у самого пола и выбраться наружу. Она всегда была очень-очень сильная, но злых людей догнать так и не смогла. Да, такие дела. В общем, с того дня Джинни никогда больше не плакала, даже когда злые люди убили папу Аберкромби. Но вот уходить в себя девочка умела не хуже любой своей сверстницы. Однако мадам Минни не зря командовала лучшим в Нью-Бойсе домом, который покойный директор Аберкромби запретил называть его настоящим названием. Мисс Вонг на тот момент находилась в самом начале своего пути, который в конце концов привел ее в круги Богатых и Сильных штата Айдахо. Но подбирать к людям ключи мисс Вонг умела уже тогда. Словом, ей ничего не стоило разговорить маленькую Джинджер. Возможно, тут сыграла свою роль коробка леденцов (как мы уже говорили, довоенный джанкфуд практически вечен), которые мадам Минни как бы невзначай достала из кармана (иногда привычка к вредной пище может оказаться очень полезной!) Пока Джо Блэк при деятельном участии Маркуса, молчаливой помощи Альберта и шумной поддержке Мэйбл разбирал воняющую тем, чем обычно воняют водяные устройства, колонку, мисс Вонг с помощью наводящих вопросов осторожно выведала у Джинджер историю выживания Приюта Маленьких Патриотов при Подлинной Американской Баптистской Церкви, начиная с той страшной ночи двадцатого февраля, когда маленький мир, в котором сироты были кому-то нужны, оказался разрушен, и до сегодняшнего утра, в которое седой воин объявил себя новым директором.

Мисс Вонг нельзя было назвать детолюбивой женщиной. Своих собственных детей она при первой возможности передала на воспитание подруге – та, несмотря на суровую горизонтальную юность, была женщиной простой, хорошей и доброй, и с радостью добавила к своим двоим детям трех воспитанников. Ее муж, без памяти влюбленный в свою супругу, смотрел на это сквозь пальцы, и хотя, конечно, выделял родных детей, но к приемным относился по-доброму. Мисс Вонг редко навещала своих девочек и мальчика. Да и, чего греха таить, они в этом особо и не нуждались. Старшей дочери мадам Минни исполнилось двадцать два, она уже год, как была замужем за неплохим человеком и готовилась в ближайшее время родить внука мадам Минни, или, если быть честными, миссис Уркидес (Уркидесы из Айдахо Фоллз – старинное и уважаемое семейство, сэр!). Но хотя мисс Вонг за глаза называли кукушкой (называть ее так в лицо дураков не было), в несгораемом шкафу в ее кабинете целая полка была отведена под коробки с письмами, которые каждые две недели писала своей подруге миссис Уркидес. В этих письмах бывшая проститутка прилежно описывала, как живут трое ее приемных детей, какие успехи делают в учебе, чем переболели. Лишь Вук знал (люди часто ошибочно считают всех супермутантов СОВСЕМ глупыми – это серьезное заблуждение!), что иногда, когда никто не видит, мисс Вонг перечитывает эти письма и улыбается. Мы бы написали, что она плачет над письмами, но это было бы сентиментальной ложью. Мисс Вонг радовалась за своих детей, гордилась ими и, будучи наполовину китаянкой, считала, что плакать, даже наедине с собой, в данном случае неуместно. Тем более, что она несколько раз виделась с детьми, приезжая в гости к Уркидесам в качестве старинной подруги матери семейства.



Мариам Вонг желала своим детям счастья и полагала, что они скорее добьются его, если в их биографии не будет матери – бывшей проститутки и содержательницы публичного дома. Мадам Минни исправно перечисляла Уркидесам заметную долю прибыли от своего заведения, полагая, что человеческая доброта, поддержанная материально, лучше, чем просто человеческая доброта. Даже если речь идет о такой святой женщине, как Амалия Уркидес (а тот клиент – он правда напросился, так что как бы и не считается).

Однако вся эта суровая логика постапокалиптического (да и не только постапокалиптического) мира не отменяла живущий в мисс Вонг материнский инстинкт. Материнский инстинкт, надо сказать, живет в каждой нормальной женщине – даже самая суровая мадам-ученый из каких-нибудь Идущих по Следам Апокалипсиса, оказавшись один на один с маленьким ребенком, пугается только первые полчаса, а потом у нее в голове что-то щелкает, и синий чулок начинает возиться с человечком, меняет ему пленки, греет молоко, потом перешивает одежду, заставляет учиться, показывает, как обращаться с ружьем, а там вдруг раз – и оказывается, что какие-то другие маленькие человечки зовут ее бабушкой. Ну, или, конечно, приемыш может помереть от болезни, укуса радскорпиона или свернуть себе шею в том возрасте, когда молодежь считает себя умнее всех. Wasteland sucks, kiddo. Но инстинкт есть, тут ничего не сделаешь. И вот сейчас мисс Вонг, слушая бесхитростный рассказ маленькой девочки, которая была сильнее, чем ей положено по возрасту, и в свои девять лет разучилась плакать, с ужасом ощутила, что ей нужно срочно что-нибудь сделать для этого ребенка. У мисс Вонг даже мелькнула мысль: не взять ли Джинджер в приемные дочери, раз уж родных воспитать не получилось. Но, несмотря на все инстинкты, мадам Минни была женщиной рациональной и отдавала себе отчет, что бордель – не лучшее место для воспитания ребенка, даже такого боевого и самостоятельного, как Джинни. И все же, мисс Вонг не могла оставаться в стороне. Она не была мифической Шлюхой с Золотым Сердцем (таких шлюх в природе не существует). Но даже у проституток (хорошо, бывших проституток) иногда возникает потребность сделать что-нибудь доброе и при том не за деньги.

Одним словом, когда мистер Блэк закончил с колонкой (Маркус, надо признать, здорово помог – руки у паренька были золотые и росли из правильного места), мадам Минни сказала Герою Нью-Бойсе, что им нужно поговорить. Приказав детям ждать во дворе и ничего с земли не подбирать, особенно резиновое, мистер Блэк вошел в бордель и зашагал по коридору к кабинету хозяйки. Надо сказать, Джо Медведь раньше бывал в Доме Отдыха, правда в качестве клиента. В штаб мисс Вонг его, понятное дело, не звали. Поэтому сейчас Блэк внимательно осматривал комнату, в которой его пригласили в первый раз. Как ни странно, в отличие от остальных помещений борделя покои мадам Минни имели подчеркнуто скромное, если не сказать спартанское, убранство. Много позже мисс Вонг призналась в интервью корреспондентке «Нью-Бойсе Геральд», что за первые десять лет карьеры она достаточно насмотрелась на весь этот собранный по развалинам довоенный лоск, и в своем кабинете его терпеть не собирается. Хотя клиентам, в общем, нравится. Особенно занавески из пурпурного искусственного плюша. Словом, в кабинете мисс Вонг было бедненько, но чистенько. В глаза бросалась лишь стойка для оружия с тремя превосходными винтовками от Gun Runners. Отказавшись от сигары и кленового рома мистер Блэк попросил переходить сразу к делу, потому что сегодня у него еще масса работы. Мистер Блэк отдавал себе отчет в том, что опоздал с началом ремонта, поэтому готов был сделать скидку в двадцать процентов. Мисс Вонг подняла узкую ладонь и сказала, что о скидке не может быть и речи. Ей известны причины, по которым опоздал мистер Блэк, и она находит их уважительными. Более того, она готова предложить мистеру Блэку свою помощь. Девочка, с которой она разговаривала – ужасно грязная. Из разговора с ней мисс Вонг узнала, что с февраля в приюте никто не мылся. Это никуда не годится. Мистер Блэк кивнул и ответил, что в приюте была комната для мытья с ваннами, сделанными из довоенных бочек. Судя по расписаниям, которые он нашел в столе покойного Аберкромби, детей мыли минимум раз в месяц, а летом – два. Увы, во время нападения эта комната сгорела, и до ремонта у него руки дойдут не скоро – сперва надо решить первоочередные задачи. Мисс Вонг кивнула и сказала, что предлагает мыть детей у нее. В Доме Отдыха есть две большие ванны, большая печь, чтобы греть воду, и сколько угодно мыла. Детей, как она поняла, двадцать три – то есть со всеми можно управиться часа за три, за четыре. Мистер Блэк крякнул, помолчал, потом посмотрел в потолок и сказал, что, принимая во внимание характер заведения мадам Минни, он полагает, что мыть детей в тех же ваннах, в которых моются девочки – это немного неправильно.

Каждый мужчина, каким бы тренированным он не был, должен знать, что случаются положения, когда ни уворачиваться, ни ставить блок, нельзя – можно только честно поймать удар мордой. Потирая щеку, мистер Блэк согласился с тем, что девочки у мисс Вонг чистые, и в любом случае такое проверенное средство, как “Abraxo cleaner” решает все проблемы с гигиеной.




И он очень благодарен и понимает, что дареному брамину в зубы не смотрят. Ну, разве что может быть у левой головы – у левой они всегда быстро срабатываются. Но ведь мисс Вонг понимает, что тут немного не тот случай, чтобы не перестраховаться? Мисс Вонг ответила, что понимает мистера Блэка и сказала, что детей покормят прямо сейчас, и она пошлет Вука к приюту отнести немного поесть тем, кто остался дома. Блэк кивнул и сказал, что в приюте патронов не осталось, так что, пожалуй, это будет безопасно. Оба немного помолчали, после чего мисс Вонг спросила: почему мистер Блэк решил взвалить на себя эту ношу? Мистер Блэк рассказал, как встретил Мэйбл, после чего спросил: а какой, собственно, у него был выход? Мадам Минни помолчала еще немножко и ответила, что, пожалуй, никакого. А потом добавила, что ведь все происходило у них под носом – и никто не обратил внимания… На это мистер Блэк ничего не сказал.

Когда содержательница лучшего в городе борделя и Герой Нью-Бойсе вышли на улицу, их глазам предстала занимательная картина. Сотрудницы заведения, которых все-таки разбудили сантехнические работы (а может и сопровождавшие их бодрые вопли Мэйбл) окружили детей и наперебой расспрашивали: кто они такие, как здесь оказались, и мамка Вонг, что, совсем из ума выжила, таскать сюда детей? Маркус и Альберт затравленно озирались, Джинджер забралась на тележку и презрительно посматривала на всех поверх щита, а Мэйбл, упиваясь всеобщим вниманием, важно отвечала на вопросы. Со стороны на это все смотрел Вук, и, хлопая себя гигантскими ладонями по бокам, весело ухал над особенно остроумными ответами. Восстановив порядок несколькими затрещинами (тем, кто высказал сомнения в здравости ума хозяйки досталось вдвое по сравнению с остальными), мадам Минни объявила, что сегодня и завтра дом отдыха работать не будет, вернее, будет, но не по обычному графику, так что вы трое – марш на кухню, остальным – драить помывочную. Да, крышки все получите по обычной таксе, а сейчас – работать. Разогнав сотрудниц по работам, мисс Вонг посмотрела на детей и строго сказала, что через полчаса будет завтрак, а пока – марш мыть руки и вообще умываться. Что же касается вас, юная леди, да-да, вот вы, без зубов, то если вы не отучитесь вертеть хвостом перед незнакомыми людьми – кончите тем, что будете работать у меня. А теперь: вот ведро, вот мыло, вот вам кусок занавески для полотенца, колонку вы починили. Кто не умоется – есть не сядет. Дети дисциплинированно поставили под колонку ведро и принялись по очереди умываться (при этом Мэйбл – удивительное дело – в первый раз после выхода из приюта делала что-то молча). Мисс Вонг удовлетворенно кивнула и спросила Блэка: правда ли, что он собирается вот так запросто прийти на прием к Губернатору? Джо молча достал из кармана свое удостоверение героя и протянул его мисс Вонг. Хозяйка борделя кивнула и заметила, что такой документ может оказаться очень полезным. Блэк торопливо убрал удостоверение в карман и сказал, что не собирается злоупотреблять своим званием. Вонг усмехнулась и заметила, что она в этом не сомневается. Затем добавила, что просит прощения за то, что приказывала детям, не спросив его разрешения. Блэк сказал, что в данном случае она была в своем праве, потому что приказывала на своей земле, но вот про работу тут больше, пожалуйста, говорить не нужно. Мисс Вонг признала, что с работой она была неправа. Девушки, слышавшие этот разговор из окна кухни решили, что либо мамка Вонг заболела, либо, не дай Бог, втрескалась в старого вояку, который, надо признать, большой молодец. Через пятнадцать минут после окончания второй помывки (результаты первой мадам Вонг забраковала) детям вынесли по тарелке кукурузной каши с курицей и целый чайник кипятка со сладким сиропом. Когда с едой было покончено, мистер Блэк построил свой отряд, и дети хором и довольно слаженно поблагодарили мисс Вонг и девушек за угощение. После этого дети дружно повернулись через левое плечо и бодро зашагали за своим директором к мосту, подталкивая перед собой тележку. Мисс Вонг несколько секунд смотрела им вслед, после чего пожала плечами и отправилась проверять, как идет работа по отмывке ванн.
Tags: fallout, idaho, postapocalypse, США, доброта, капитализм, творческое, уроки труда в средней школе, человечность, элитность, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 38 comments