bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Orphanage. XIX (II).

Джо не испытывал иллюзий относительно исхода предстоящего боя. Даже если предположить, что им, как и в прошлый раз, будут противостоять бандиты, не имеющие настоящего боевого опыта, превосходство в численности и вооружении будет на их стороне. Причем, подавляющее превосходство. Лучевое и плазменное оружие против винтовки, пистолета-пулемета и дробовика, полный комплект армейской брони против нагрудника с защитой живота и плеч – силы были слишком неравные. И это если не думать о том, что ему уже шестьдесят, а Маркусу нет и шестнадцати. В открытом бою им не продержаться и десяти секунд. Но Джо не собирался вступать в открытый бой…

Ровно год назад, незадолго до Рождества, мистер Блэк явился в Легислатуру для ставшего уже традиционным доклада членам Легислатуры о состоянии Приюта Маленьких Патриотов при Подлинной Американской Баптистской Церкви. Легислаторы считали, что раз они выделяют некоторое количество средств из бюджета на содержание сирот, то имеют право знать, как эти средства расходуются. Мистер Блэк полагал такое желание вполне резонным и даже полезным. В конце концов, если люди сами желают узнать, как там обстоят дела у сирот – это ему только на руку. Не нужно будет обивать пороги, напоминая богатым и сильным, что в Нью-Бойсе есть четыре десятка детей, которым надо есть каждый день. После доклада, продолжавшегося полчаса (Джо с педантичностью старого сержанта отчитался обо всех полученных средствах и о том, куда они пошли), Губернатор вызвал мистера Блэка к себе в кабинет. После пары чашек мохавского кофе и неторопливой беседы о том, о сем, правитель Айдахо мягко поинтересовался: для чего директору приюта могли понадобиться пять противопехотных и четыре плазменные мины, которые, между прочим, почему-то не были упомянуты в докладе.



Джо допил свой кофе и, глядя в потолок, заметил, что мины эти он не покупал – их преподнесли в дар независимые мерки города в лице своего лучшего представителя – Чака Морица. И, поскольку средства, выделенные приюту, или полученные приютом от благотворителей, в данном случае не расходовались, то и упоминать этот пустяк в докладе смысла не было. Губернатор кивнул, соглашаясь с тем, что, пожалуй, второй вопрос снят. Но остается еще первый вопрос – для чего детскому учебному заведению понадобилось очевидно боевое оружие, да еще такой огромной разрушительной силы. Джо вздохнул и ответил, что это для самообороны. Губернатор откинулся на спинку стула, внимательно посмотрел на мистера Блэка и попросил его не валять дурака. Джо покачал головой и сказал, что он никогда, ни на минуту не забывал о том, как в одну февральскую ночь 2286 года приют лишился всех воспитателей и большей части воспитанников. Эти ублюдки, сэр, они все еще где-то там – с этими словами Джо сделал руками неопределенный жест, призванный изобразить обширность недоступных людям территорий Северной Америки, территорий, где может скрываться любое зло. Губернатор кивнул, соглашаясь с тем, что забывать не следует. Но это все равно не объясняет, как приюту помогут девять мин. Джо наклонился вперед и, глядя прямо в глаза Губернатору, рассказал о Первой Битве за Дамбу Гувера и о сложной комбинации, которую провернул генерал Кромвелль. Комбинации, в результате которой Боулдер-сити – и без того не слишком приятный на вид городишко - окончательно превратился в груду развалин, а армия Цезаря, потерявшая несколько сотен бойцов, оказалась отброшена обратно за дамбу. Губернатор почесал подбородок и сказал, что план хорош, но ведь сперва нужно увести детей как можно дальше. Джо кивнул и поведал, как прошлым летом банда шалопаев во главе с Мэйбл Аберкромби решила выкопать подземный ход, который вел бы с холма в город. И что бы вы думали, сэр? Они начали копать. Конечно, скорее всего им бы это надоело через пару дней, но так уж получилось, что они наткнулись на старый довоенный ход. Судя по всему, через холм проходил коммуникационный тоннель с кабелями связи и электроснабжения. Не знаю чей, хотя, маркировка наводит на мысль, что армейский. В общем, когда эти паршивцы пулей вылетели из ямы, я выбежал на крики, разобрался с кротокрысами, а потом прошел по ходу от ямы и до выхода. Он выводит в воронку в развалинах в четырех сотнях ярдов от приюта. Нет, воронка не от бомбы – слишком маленькая, да и радиации нет. Мало ли, что могло взорваться, когда город горел. Мы с девочками сперва хотели зарыть дыру, но потом подумали и решили, что засыпать ход целиком у нас все равно не получится. В общем, я поставил там прочную стальную дверь, и теперь у нас есть свой собственный потайной ход. Я, конечно, очень надеюсь, что он нам не понадобится, но если вдруг придется бежать – сможем уйти незаметно. А мины помогут занять чем-нибудь незваных гостей. Ну, или можно было бы разместить рядом военный пост. Мы ведь до сих пор на отшибе живем, люди, в основном, селятся на южной стороне. Губернатор покачал головой и ответил, что ставить отдельный пост для охраны приюта он не может - UWMWI слишком малочисленна. Если, не приведи Бог, дойдет до дела, он даже не уверен, что людей хватит прикрыть город с севера цепью постов. Бойцов постоянно дергают охранять дальние вырубки, прикрывать плантации и вообще обслуживать интересы главных налогоплательщиков. В общем, мистер Блэк, план у вас, конечно, безумный, но, видно, такое уж сейчас время. Когда мы будем снова заказывать рации на юге, постараюсь выцарапать средства на одну для вас, хотя обещать не могу.

К сожалению, нового заказа на рации так и не последовало. Губернатор выбил из Легислатуры решение увеличить численность UWMWI, и все свободные средства пошли на вооружение того, что все сильнее напоминало армию. А потом наступила каннибальская зима, Капкан начал рычать в сторону северных пустошей и Мэйбл услышала свист. Выкладывая из ящика на стол мины, Джо про себя молился Богу, который то ли есть, то ли нет в этом мире, Святой Монике, Святому Николаю, Бабушке Бэйкер и Папе Аберкромби, чтобы они помогли Нэнси и Эллен увести детей подальше. Дверь в коридор распахнулась, и Джо присел у стола, одновременно вскидывая одной рукой пистолет-пулемет. Но для атаки было слишком рано, да и этот торопливый широкий шаг мистер Блэк знал слишком хорошо. Поставив оружие на предохранитель, Джо выругал себя за то, что теряет время и крикнул Маркусу, чтобы бегом бежал в оружейную. Когда запыхавшийся мальчик ввалился в маленькую комнату, Джо как раз закончил вкручивать последний взрыватель. Маркус торопливо сказал, что все ушли в тоннель, и он закрыл и запер двери. Джо молча кивнул и вытащил из сумки два странных устройства, похожих на рукоятки пистолетов с приделанными вместо стволов небольшими, с ладонь, ящичками. Теперь наступала самая ответственная часть его плана. Джо осторожно извлек из кармана на боку сумки небольшую коробку, откинул замочек на крышке и вынул маленький, с мизинец, цилиндрик. Осторожно повернув рычажок на донышке цилиндра, он оторвал кусок старой изоляционной ленты и приклеил цилиндрик на мину рядом со взрывателем. Джо посмотрел на Маркуса, который, не отрываясь, глядел на девять смертоносных дисков, покрывавших всю поверхность стола. Мистер Блэк усмехнулся и приказал мальчику пройти по дому и потушить свет, оставив гореть лампы лишь в его кабинете, комнате сестер, и на кухне. Все должно выглядеть так, словно приют спит. Встретимся у дальнего сарая рядом с тоннелем, ну, тот, который мы строили для нового генератора. Вот твой детонатор – Джо протянул Маркусу странный ящичек с рукояткой как от пистолета. Если я не приду, если ты услышишь стрельбу, или увидишь чужих – повернешь сбоку и нажмешь. Но не раньше! Заляг там, за досками, прикройся чехлом, которым там сушится, словом, постарайся, чтобы тебя не было видно. У них не будет времени обыскивать здесь все, просто сиди тихо, не стреляй, не лезь в герои. Огонь можешь открыть лишь в одном случае – если увидишь, что они увидели вход в тоннель, понял? Я поставлю мины и выйду через задний ход, все, иди. Маркус судорожно кивнул, и Джо, повернув парня за плечи, легонько подтолкнул его в спину.

Маркусу понадобилось полминуты для того, чтобы добраться до сарая. Укрывшись за углом деревянной постройки, еще вчера казавшейся такой прочной и добротной, мальчик подумал, что двухдюймовые доски от лазерного луча и плазменного импульса не защитят. Папа Джо велел вступать в драку, только если враги обнаружат вход в тоннель. Но Маркус знал, что боя не избежать – от приюта к невысокому холмику с двустворчатым люком шел хорошо заметный след. Стараясь побороть дрожь в руках, мальчик сдернул с веревки сушившиеся возле сарая чехлы из искусственного брезента и положил на них свой арсенал. У него был дробовик двенадцатого калибра с восемнадцатью патронами – картечью и пулями, самодельный капсюльный револьвер, который он с разрешения папы Джо сделал в мастерской под руководством мистера Александера (веселый сумасшедший механик иногда заходил в приют дать мальчикам урок-другой в теории механизмов и химии), граната, которую в последний момент Блэк сунул ему в карман куртки, и странное устройство в виде пистолетной рукояти с приделанным сверху ящичком – радиодетонатор. Если с Блэком что-то случится, мины должен будет подорвать Маркус. Мальчик представил, как человек, который за эти четыре года стал для него дорог почти так же, как Энн, устанавливает в уютных, теплых комнатах их родного дома смертоносные устройства, аккуратно поворачивает выключатели на донышках радиодетонаторов. Странным образом, эта мысль придала ему сил. Маркус вытер слезы и, проверив капсюли на трубках револьвера, сунул громоздкое устройство за пояс. Да, папа Джо собирался драться до конца. Маркус положил гранату в карман и взял в руки дробовик. Теперь уже не нужно было напрягаться, чтобы различить свист. Проклятый звук стал громче, он нарастал, словно его источник приближался к холму с севера. Беда всегда приходит с севера. В сотне ярдов, у ограды, размеренно и страшно лаял Капкан. Маркус загнал патрон в патронник.

Джо как раз закончил устанавливать последнюю мину, когда с севера донесся грохот и треск. Последние две минуты он слышал нарастающий свист. Дети, конечно, не могли опознать этот звук. Но Джо служил в армии NCR и знал, как звучит турбина реликвии инженерного корпуса - тяжелого атомного тягача. Только сейчас звук был громче, много громче. Хитрый Арчи говорил, что чудовищная машина, на которой увезли детей в прошлый раз, на вид казалась не менее пятидесяти футов в длину. Сейчас Джо готов был этому поверить. В тишине безветренной декабрьской ночи дьявольское устройство свистело, словно все демоны ада. Услышав треск, Блэк понял, что твари, которые пришли за его детьми, как и в прошлый раз пробили своей машиной стену. Четыре года назад они после этого отогнали гигантский транспортер в разрушенные кварталы, видимо, опасаясь повредить его во время боя с защитниками приюта. Тогда это решение стоило жизни многим из нападавших. Чак Мориц говорил, что убитые были обычными людьми, только странно чистыми, холеными. Хорошо развитые физически, очень бледные, они могли сойти за жителей какого-нибудь убежища, но Джо ни разу не слышал про убежище, население которого было вооружено до зубов, разъезжало на гигантских многоосных транспортерах и похищало детей. Установив последнюю мину, Джо накрыл ее одеялом и побежал вдоль коридора к черному ходу. Он заранее включил свет в мастерской и прачечной, чтобы в темноте не налететь на что-нибудь. Мистер Блэк никогда и никому не говорил об этом, но его ночное зрение было уже не то, что в армейские годы. Распахнув низкую дверь, Джо, пригнувшись, выскочил в продуваемую всеми ветрами западную часть приюта. Во время пожара это крыло пострадало сильнее, поэтому когда Блэк, Браун и Александер восстанавливали дом, они вытащили из развалин все ценное, оставив лишь бетонную коробку. Джо лелеял надежду когда-нибудь выбить из Легислатуры деньги на полноценный ремонт. Тогда у детей появилась бы третья спальня, третий класс, лаборатория и медицинский пункт, а сестры Кеннеди получили бы каждая свою комнату. Джо тряхнул головой – сейчас следовало думать о другом. Со стороны северной ограды донеслось яростное рычание, послышался отчаянный человеческий крик и затем короткий, влажный кашель плазменной винтовки, другой, третий. Рычание оборвалось. Джо скрипнул зубами. Верный Капкан первым вступил в бой и первым погиб. Блэк лишь надеялся, что страшные челюсти отважного пса успели вывести из игры хотя бы одного подонка в черном. Сейчас Джо мог только ждать, когда враги зайдут внутрь приюта. Пригибаясь, старый сержант начал пробираться вдоль стены к дальнему торцу здания. Отойдя от двери на десять ярдов Джо присел за добротным каменным выступом. Теперь главное – не ошибиться. Чем больше ночных тварей будет в доме, когда он нажмет на спуск детонатора – тем меньше шансов, что в начавшемся хаосе они успеют найти вход в тоннель и догонят детей. Блэк загнал патрон в патронник старого пистолета-пулемета, взял в левую руку детонатор и стал ждать.

Маркус не видел, как погиб Капкан, но, судя по крикам, ругани и стонам, он успел отделать по крайней мере одного похитителя. Смерть верного пса оказала странное влияние на мальчика. Последние остатки страха испарились, словно утренний туман под лучами восходящего солнца. На их место пришла яркая, жгучая ненависть. Горячая кровь потомков людей Черного Континента кипела в жилах Защитника Приюта. Те, кто убил Папу Аберкромби, преподобного Харви Четвертого, миссис Стоун, миссис Харви и старших ребят, те, кто утащил куда-то в ночь его друзей, снова пришли за всем, что было дорого Маркусу Аберкромби. Они пришли разрушить его жизнь, забрать его друзей, убить папу Блэка, милую мисс Нэнси, суровую и веселую Эллен. Они хотят утащить в свое логово его Энн! Глаза Маркуса застилала красная пелена. Не по годам умный и не по происхождению дисциплинированный и расчетливый, мальчик остался на позиции, которую ему назначил Джо. Но Маркус очень надеялся, что один-два черных похитителя решат посмотреть – куда это ведет от приюта хорошо натоптанный след.

Сжавшись в комок, Джо сидел за каменным выступом и слушал, как ночные пришельцы окружают его приют. Тот, кто ими командовал, знал свое дело, и это было плохо. Мориц и Валдо говорили, что в прошлый раз похитители, несмотря на свое превосходное снаряжение и смертоносное оружие, действовали не слишком грамотно и не очень решительно. Собственно, именно по этой причине они потерпели поражение. Если бы нападавшие имели правильную выучку и боевой опыт, наемникам бы не поздоровилось. Джо не знал, как использовали люди в черной одежде прошедшие четыре года, но, судя по тому, что слышал старый сержант, их командир отдавал толковые приказы уверенным и спокойным голосом. Свист турбины стал тише – то ли они приглушили двигатель, то ли отвели машину подальше, как и в прошлый раз. Послышался звон разбитых стекол, с грохотом обрушилась выбитая дверь. Похитители лезли в его приют со всех сторон. Пальцы Блэка побелели на детонаторе. Счет пошел на секунды. Краем уха Джо уловил какой-то странный шум, доносившийся откуда-то с юго-запада, но времени прислушиваться не было. Из дома раздались встревоженные вопли – похитители обнаружили, что в приюте нет ни одной живой души. С сатанинской усмешкой Джо нажал кнопку электроспуска.

Когда внутри Приюта Маленьких Патриотов при Подлинной Американской Баптистской Церкви полыхнуло оранжевым и зеленым, и уцелевшие после вторжения черных людей окна брызнули наружу осколками и каплями расплавленного стекла Маркус еле удержался, чтобы не завопить во всю глотку. Волна горячего воздуха хлестнула его по лицу, но мальчик этого не заметил. Вцепившись зубами в рукав куртки, глухо подвывая, он жадно смотрел, как из его горящего дома вываливались охваченные пламенем черные фигуры, бежали, падали в снег, катались в нем, стараясь сбить огонь. Несколько похитителей, тех, что стояли снаружи, пытались помочь своим товарищам, оттаскивали их от пылающего приюта. Глухо закашляли плазменные ружья, завыли лазерные винтовки. Ночь перечеркнули красные лучи, зеленые, сияющие сгустки плавили бетон. На первый взгляд казалось, что похитители палят куда-то в темноту, но вот в свист и чихание энергетического оружия вплелась короткая очередь десятимиллиметрового пистолета-пулемета, за ней вторая, третья. Враги все-таки обнаружили Джо, и сержант вступил в бой, который должен был стать для него последним. Маркус вне себя от ярости смотрел, как второй самый близкий ему на этом свете человек в одиночку отбивается от нескольких подонков. Люди в черной броне бешено стреляли по пустым окнам разрушенной части дома, прижимая Блэка к полу. Один против четырех, с пистолетом-пулеметом против лучевого оружия, он не имел ни малейшего шанса. Если только…

Много позже, рассказывая Чаку Морицу о событиях этой ночи Маркус сам удивлялся странной, неестественной ясности мыслей, которая снизошла на него в эти минуты. Старый Чак, выслушав черного паренька, печально усмехнулся и назвал это печатью человека войны. Так что ты правильно сделал, парень, когда выбрал эту дорогу. Времена сейчас неспокойные. Только не иди по ней до конца – сумей вовремя вернуться к тем, кто тебя ждет. Одним словом, Маркус, окинув взглядом поле боя, принял весьма разумное тактическое решение, (Чак, описывая этот разговор Арчи, назвал его блестящим, и Арчи подтвердил, что черный паршивец с самого начала показался ему парнем не промах). Пригибаясь, Маркус выбежал из-за сарая, коротким рывком преодолел тридцать ярдов, вытащил из кармана гранату, аккуратно выдернул чеку, нажал на спусковой рычаг и швырнул ее в окно генераторной, что находилась в тридцати футах от него и на таком же расстоянии от горящего приюта. Черные здорово прыгают, но бросают они еще лучше. Граната влетела точно в окно размером фут на полтора и взорвалась внутри.



Генераторы в Айдахо, да, пожалуй, и на всей территории постапокалиптических Соединенных Содружеств, заправляют синтетическим лигроином. Эта субстанция, которую делают из всякой органики – от смолы хвойных деревьев до самогона, смешанного с древним машинным маслом - имеет массу недостатков. Одним из главных среди них является чудовищное количество сажи, производимое жидкостью при горении. Двести галлонов лигроина, хранившихся в баках рядом с генераторами, бодро выплеснулись на свободу и разлились пылающим озером. Густые клубы черного дыма моментально затянули поле боя, снизив видимость до десяти футов. Все так же пригибаясь, Маркус бросился туда, где по его расчетам находился приют. Густой дым ел глаза, драл ноздри и горло. Задыхаясь и кашляя, мальчик едва не налетел на стену. Переставляя руки по бетону, Маркус двинулся вдоль дома от окна к окну, отчаянно выкрикивая имя своего приемного отца. Он не думал о том, что его могут услышать враги. Сейчас Маркусу важно было одно – найти Джо Блэка. За пятым окном мальчик услышал слабый стон. Перемахнув через оплавленный подоконник, Маркус оказался внутри. Джо сидел, привалившись спиной к стене. Его глаза были закрыты. Правая рука старого воина сжимала пистолет-пулемет с пустым магазином, левая висела плетью. Левый бок ниже ребер представлял собой жуткое месиво из обрывков обугленной ткани, оплавленных до неузнаваемости кусков брони и обгоревшего мяса. Маркус почувствовал, что его голова становится легкой, а ноги и руки двигаются словно сами собой. Нагнувшись, он закинул правую руку директора себе на плечо и рывком поднял Джо на ноги. Блэк заревел и открыл глаза. В этих глазах, всегда таких молодых и синих, сейчас не было ни мысли, ни воли – только одна жуткая, выворачивающая душу, боль. Маркус закричал прямо в ухо Блэку, что нужно уходить, что они показали этим гадам, те и думать, наверное, забыли, о том, зачем пришли. Давай, папа, одну ногу вперед, потом другую. Сперва левую, потом правую. Левую. Правую.

Подчиняясь знакомому голосу, который пробился сквозь кровавую пелену боли и отчаяния, Джо сделал шаг, потом другой. Он едва переставлял ноги, и Маркус, в свои неполные шестнадцать сильный, как некоторые двадцатилетние, буквально тащил его на себе. Они выбрались из развалин, и двинулись сквозь дым туда, где по расчетам Маркуса находилась западная стена. Путь шел вниз, и хотя так идти было проще, мальчику приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы не упасть и не покатиться вместе с раненым по склону. Дым постепенно редел. Маркус прибавил хода, надеясь побыстрее выбраться на свежий воздух. Легкие саднило, он постоянно кашлял, глаза слезились. Джо уже буквально висел у него на плече и, не переставая, хрипло стонал. Когда они выбрались, наконец, из дыма, Маркус остановился перевести дух. Джо, к которому на мгновение вернулась ясность мысли, приказал мальчику бросить его и спасаться самому. Маркус молча сделал шаг вперед. Джо попытался сбросить его руку, но мальчик держал мужчину крепко. Скрипя зубами, Защитник Приюта тащил вперед человека, который спас его, Энн, Мэйбл и всех детей четыре года назад. Легкие Маркуса горели, он с трудом удерживался на ногах. В голове не осталось никаких мыслей, кроме одной: «Шаг, и еще шаг, и еще…» Маркус не заметил, как сзади из дыма вышел, шатаясь, человек в черной броне и с лазерной винтовкой в руках. Просто левое плечо внезапно отнялось, и сил держать папу Джо вдруг больше не стало. Блэк мешком рухнул в снег, и Маркус обернулся. Похититель был в каких-то десяти ярдах. Мальчик медленно потащил из-за спины висящий на ремне дробовик, но левая рука не слушалась, и он никак не мог зарядить оружие. Похититель, похоже, сам был либо ранен, либо оглушен, потому что второй луч, вместо того, чтобы уложить Маркуса на месте, ударил в ствольную коробку дробовика. Оплавленные обломки оружия упали в снег. Маркус попытался вытащить из-за пояса револьвер, но сил не хватило. Ноги вдруг стали, как ватные, и Маркус опустился на колени в снег. Человек в черной броне поднял оружие и нажал на спуск, но выстрела не было. Глухо ругаясь под защитной маской, похититель нащупал подсумок и вытащил из него микроядерную ячейку. Маркус, пошатываясь, смотрел, как враг перезаряжает винтовку. В голове билась только одна мысль: не упасть, не упасть до последнего. Говорят, что в последнее мгновение перед смертью человек думает о самом важном. Увы, за минуту до смерти Маркус думал совсем не об Энн (хотя ей, конечно, знать об этом совсем не обязательно). Сейчас мальчику почему-то казалось, что самое главное – это не упасть. Главное – встретить смертельный луч грудью. Маркус так сосредоточился на этой мысли, что не заметил, как странный шум, доносившийся откуда-то с юго-запада последние несколько минут, и на который он не обращал внимания потому, что были более важные дела, превратился в рев. Но человека в черном этот рост шумовой нагрузки, кажется, встревожил. Вместо того, чтобы добить Маркуса, он повернулся на юг, несколько секунд смотрел в ту сторону, а потом вдруг повернулся, что есть мочи бросился вверх по склону и скрылся в дыму. Маркус, наконец обратил внимание, что со стороны города доносится рев, как будто работает гигантский генератор (только очень хорошо отлаженный и смазанный). Мальчик медленно повернул голову в сторону источника шума. Внизу, за оградой, довольно быстро двигалось что-то очень большое, направляясь прямо к стене. Не снижая скорости, странный объект с грохотом раздавил баррикаду и внезапно включил яркие фонари, ослепившие мальчика. Не в силах пошевелиться и даже прикрыть глаза ладонью, Маркус стоял на коленях, пока ревущее чудовище не остановилась в двадцати футах от него. В туманящемся сознании мальчика отложилась странная картина – перед ним была огромная машина, похожая на несколько гигантских ящиков и контейнеров, беспорядочно соединенных друг с другом. Спереди машину украшал гигантский тяжелый отбойник, по бокам были огромные гусеницы (Маркус знал, что такое гусеничный движитель, потому что мистер Александер показывал ему разные виды довоенных машин). Машина была огромной и уродливой, но почему-то казалась совсем не страшной. Это было честное, благородное уродство, похожее на уродство отважного Капкана, что сложил свою большую, страшную голову, защищая тех, кто откладывал кусочки от своего обеда, чтобы, собравшись впятером-вшестером, наполнить миску любимой собачки внеочередным ужином. В бортах машины открылись двери, из которых начали выпрыгивать вооруженные люди. Кто-то подбежал к нему, обнял за плечи, и смутно знакомый голос крикнул, что это тот черный здоровяк, он ранен! Маркус пробормотал, что с ним все в порядке, помочь надо папе Джо, и потерял сознание.

Через два года после описанных здесь событий, когда Чак Мориц со своей командой и юным Биллом Гарсия приходил в себя после смертельной поездки с насосом для золотой шахты, старый Чак, от нечего делать, рассказал молодому стрелку о том, как второй раз они Успели Вовремя. Выслушав старого наемника, Билли Кид кивнул и сказал, что иначе и быть не могло, ведь кавалерия всегда приходит вовремя. Взять, например, «В ущельях Моголлона». Разве Джим Вайн не привел свой патруль на помощь окруженным на почтовой станции путешественникам как раз в тот момент, когда у тех кончились патроны, и Апачи собирались идти на штурм? В ответ Чак покачал головой и заметил, что, судя по всему, Джим Вайн был очень хорошим командиром, если он сумел все как следует сопоставить и рассчитать. Когда бой уже кончился, людям часто кажется, будто им помогло чудо. Но почти все чудеса – это работа людей: разведчиков, командиров и бойцов. Билл снова кивнул и сказал, что такая мысль приходила ему в голову, причем за время этого путешествия – несколько раз. Так кто же стоял за чудесным спасением мистера Маркуса? Чак усмехнулся, и, послав дочь хозяина шахты в лавку за виски, потому что рассказ предстоял долгий, а доктор, прописавший раненым покой, ничего не сказал о небольшой дозе полезного согревающего напитка, начал свое повествование.

Когда пост №7 не отослал одиннадцатичасовой вечерний сигнал, подтверждающий, что у него все в порядке, дежурный командир UWMWI запустил тревожный режим «Гамма». Командира официальных мерков и Губернатора подняли с постелей, штаб продолжил вызывать молчащий пост, но ответа не получил. Согласно заранее разработанной процедуре, Дженни Донтгив (полное ее прозвище, которая девушка упрямо ставила во всех документах на месте фамилии, было Донтгивэфак, но в разговорной речи она соглашалась на сокращенную форму), постоянно находившаяся в ангаре своей «Стекозы», поднялась в воздух через пять минут после получения приказа на вылет. Вообще говоря, Дженни являлась независимой бизнесвумен, но по случаю каннибальской зимы была мобилизована на службу штату за небольшую, но ежедневную плату. Как и Чак Мориц, она, поворчав, признала справедливость таких мер и согласилась нести постоянную вахту при условии, что ее обеспечат топливом, сигаретами и порнографией. Дженни не понадобилось подлетать непосредственно к посту, чтобы увидеть пламя над разрушенным блокгаузом. При всей своей вздорности и склонности к обсценной лексике, Дженни отличалась быстрым умом и умела, если нужно, быть серьезной. Через десять минут у Губернатора на столе было донесение о том, что пост № 7 уничтожен. На подлете к городу, когда Дженни вошла в зону голосовой связи своего передатчика, она сообщила, что по Норт Брокен Хорн Роуд к городу движется какое-то дерьмо, не спрашивайте, что именно, эта дрянь просто огромная, я увидела ее только когда она выехала на открытое место. Нет, я не спускалась пониже посмотреть, черт, я сука, но не идиотка. Берите яйца в руки, ребята, у нас явно очень большие неприятности.

Губернатору не составило труда сопоставить донесение Дженни с материалами досье о нападении на Приют Маленьких Патриотов при Подлинной Американской Баптистской Церкви в 2286 году, особенно с учетом того, что Норт Брокен Хорн Роуд выводила как раз к тем развалинам, в которых Арчи четыре года назад видел гигантский транспортер. Мы не знаем, как ругал себя правитель Айдахо за то, что не поторопился со вторым заказом на рации, но чувство вины, если он его и испытывал, не помешало этому достойному государственному деятелю принимать быстрые, а главное – правильные решения. На северную сторону был отправлен единственный бронетранспортер UWMWI с десятью бойцами. Бородатый офицер, командовавший группой, получил приказ ехать к приюту через «Голову каннибала» и поднять тамошний контингент себе в поддержку. «Олд Хоум» находится там и, согласно моей директиве, реактор они не глушат уже две недели. Мы прикрыли этих ребят от домогательств «Фарго» - пришло время отрабатывать. Думаю, старого Морица не нужно будет уговаривать. Он и его подонки испытывают слабость к заведению Блэка.

Сложный механизм, приводящий в движение разнообразные события, обычно скрыт от постороннего зрителя. Зритель видит лишь результаты и восхищается работой Провидения. Не отрицая роли Божественной Силы, которая, возможно, действительно влияет на наши судьбы (а может и не влияет), следует помнить, что за каждой кульминацией и развязкой скрывается цепь чьих-то решений, которые к этой кульминации и развязке привели. Если решения были неправильные, то все, обычно, кончается очень плохо. Но когда решают с умом, история, бывает, заканчивается хорошо. Альберт не успел добежать до «Головы каннибала». Когда до знаменитого салуна оставалось каких-то двести ярдов и один поворот, мимо мальчика, едва успевшего отскочить к полуразрушенной стене, пронеслись полугусеничный бронетранспортер UWMWI и непобедимый сухопутный крейсер “Old Home”, под завязку набитый очень злыми из-за необходимости уже две недели соблюдать умеренность в питье, ломерками. Кавалерия прибыла вовремя, потому что у нее были отличные скауты, толковые сержанты, хорошие солдаты и опытные командиры.

Бой на развалинах приюта был скоротечным. Враги, в этот раз подогнавшие свой чудовищный транспортер к самому пролому, чтобы эвакуировать своих раненых, оказали ожесточенное, и, главное, хорошо организованное сопротивление. Первая ракета, которую выпустил один из людей в черной броне, поразила бронетранспортер, убив двух бойцов UWMWI. К счастью, машина не загорелась, и уцелевшие мерки смогли вытащить своих раненых и отойти под прикрытие развалин церкви. Вторая ракета разбила гусеницу “Old Home”. Чак, оценивший боевые качества противника и выяснивший от пришедшего в сознание Маркуса, что детей успели эвакуировать, отвел своих бойцов за обездвиженный сухопутный крейсер, чтобы избежать напрасных потерь. Ночные похитители удалились, оставив поле боя за силами самообороны Нью-Бойсе. Помимо поля боя они оставили также четыре трупа различной степени прожаренности. После обсуждения битвы на совете у Губернатора, командиры, участвовавшие в операции, пришли к решению, что, четыре к двум – это очень хороший счет (пять человек, погибших на посту № 7, было решено считать потерями в отдельном сражении). Тем более, что основная задача – предотвращение похищения детей – была выполнена. Пусть и не совсем силами самообороны, конечно. Хотя, кто их знает, может быть, ночные твари, найдя подземный ход, прошли бы по следу и напали бы на заведение мадам Минни. В общем, как ни крути, но это – победа. А победа – это то, что можно предъявить Легислатуре.

Довольно долго все думали, что счет в сражении будет четыре к трем. Джо Блэк, доставленный в лучшую клинику города, был прооперирован немедленно. Увы, прогноз врачей был неутешителен. Плазменные ожоги вообще опасней ударов лазерных лучей. Помимо того, что такие раны, как правило, очень грязные, они почти всегда отличаются обширными поражениями как мышечной и костной ткани, так и внутренних органов. Джо Блэк получил смертельную рану и начал умирать. Могучий организм старого воина сопротивлялся смерти, но врач, считавшийся лучшим хирургом Нью-Бойсе, предупредил, что надежды нет. Мисс Вонг и сестры Кеннеди по очереди дежурили у постели больного. На третий день Блэк впал в кому, и о состоянии Героя Нью-Бойсе было доложено Губернатору. Государственный деятель тихо выругался, после чего приказал не валять дурака и вызвать Добропорядочную Марту. Присутствовавшие при разговоре члены Легислатуры замялись, после чего намекнули Губернатору, что, во-первых, о Добропорядочной Марте и ее, так называемой «клинике» в порядочном обществе говорить не принято. А во-вторых, Исмаил Хорошо – он же очевидный психопат. Губернатор ответил на это, что у нас тут Легислатура Айдахо, а не собрание добропорядочных людей. Что же касается психопатии, то ему плевать, откуда Исмаил Хорошо берет донорские органы и импланты. Пока плевать. Сейчас он мне нужен, чтобы этот старый ублюдок остался жить. Потому что третьего такого дурака мы не найдем – это раз, и потому что фак ю – это два. Легислаторы согласились с такими доводами, но напомнили только, что Исмаил Хорошо имеет привычку брать за свою работу минимум пятизначную сумму, причем первая цифра там далеко не единица. И угрожать ему бесполезно, потому что этот человек, как мы уже говорили, законченный псих. Губернатор обнял за плечи двух самых влиятельных членов правительства и ласково объяснил, что штат заплатит любую сумму. Потому что, во-первых, у нас есть бюджет, во-вторых – благотворительность, а в-третьих, джентльмены, фак ю. И не заставляйте меня фак ю третий раз – я уже не юноша. Легислатура сдалась, и к Добропорядочной Марте и Исмаилу Хорошо отправился мистер Ревир, который объяснил, что, во-первых, работа будет оплачена, только назовите сумму, а во-вторых, Губернатор сегодня находится в настроении «фак ю», поэтому отказ работать может быть воспринят, как повод сделать так, что мисс Марта и мистер Исмаил не будут больше работать не только в Нью-Бойсе, но и вообще где бы то ни было.

Ну, собственно, осталось совсем чуть-чуть - эпилог, чтобы связать с фотосессией, ну и сама фотосессия. Может, завтра, может - на неделе.
Tags: fallout, fallout new vegas, idaho, postapocalypse, США, доброта, мало скальпов, машинки, мужское, политически верно, слабоумие и отвага, трактористы, тыщ-пыщ, уроки труда в средней школе, человечность, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments