bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Море пафоса и жестокое обращение с животными.

Охота в угодьях Сбыслава. Снежный холмик у поваленной сосны, над холмиком - едва различимая струйка пара - это берлога. Свежеразворошенная черная дыра в снегу - вход. Перед берлогой, плечом к плечу, Александр и Дмитрий, боярский сын поворачивается: «Княже, ты сегодня одного уже взял, дозволь этого мне уж». Александр оборачивается назад: там, стоят слуги во главе с Яковом, у них на поводках собаки. Большие псы скулят и, поджав хвосты, жмутся к людям. «Этот-то матерый будет», - замечает князь. «Справлюсь», - уверенно отвечает Дмитрий. Князь кивает, подняв рогатину, отходит в сторону, там стоит Меша: огромный, сутулый молодой человек с покатым лбом и длинными руками, заросший бородой по самые глаза. На лице - шрамы от окалины и от старых ударов, он некрасив, но, по своему, очень обаятелен, смотрит умно и весело. Сейчас, впрочем, Меша встревожен: «Баловство это, княже», - замечает он, - «Там не медведица и не двухлеток, там такой Хозяин, что нам бы его втроем брать». Рядом стоит Сбыслав - его лицо непроницаемо. Крупный план на руки: они стискивают древко рогатины так, что костяшки побелели. «Давай!» - громко говорит Дмитрий. На лежащий ствол забирается мужик с шестом, еще двое подходят к входу. Все трое начинают палками шуровать в берлоге, чтобы выгнать зверя. Несколько мгновений царит напряженное молчание, внезапно из-под снега доносится короткий рык. Дмитрий довольно улыбается и пригибается. Выставив левую ногу вперед, он готовится встретить медведя. Снова рык, и сразу же снег на входе словно взрывается, ловчих отбрасывает в стороны. Медведя отчетливо не показывают, виден просто вихрь темно-коричневой шкуры в снежной пыли, ощущение чего-то огромного и смертельно опасного. Чудовище атакует молча, крупный план на лицо Дмитрия: улыбка сменяется ужасом, он понимает, что медведь идет "кабаном", не поднимаясь на задние лапы. Дмитрий пригибается еще ниже и опускает рогатину, наступив на конец древка, пытаясь направить лезвие зверю в грудь, но тот лапой отшибает рогатину в сторону и, сбив молодого боярина с ног, подминает под себя. Александр с криком бросается на помощь, с рогатиной наперевес, но тут, оттолкнув его в сторону, к медведю подскакивает Меша. Медведь рвет Дмитрия, и Меша, обхватив зверя руками за шею, бешеным рывком оттаскивает чудовище в сторону на несколько шагов. Крупным планом лицо Александра: несмотря на всю напряженность момента, он ошеломлен таким проявлением нечеловеческой силы. Но тут зверь, наконец, соображает и резким ударом лапы отбрасывает Мешу в сторону. Медведь поднимается на дыбы - только тут становится понятно, насколько он огромен - больше трех метров, князь перед ним просто карлик. К Александру подбегает Сава, плечом к плечу господин и слуга поднимают рогатины, уперев конец в землю и встав на него ногой. Зверь бросается вперед и напарывается на острия, пытаясь достать врагов, он насаживается еще сильнее - до самого перекрестья. Чудовищная лапа с пятнадцатисантиметровыми когтями рвет воздух перед лицом князя, Александр стоит, стиснув зубы. Зверь оседает, мертвый, князь, пошатываясь, вытирает лоб, смотрит на Саву. Тот, хватая воздух ртом, слабо мотает головой: мол, нечего говорить. Александр слабо хлопает его по плечу. Сбыслав и слуги подбегают к лежащему Дмитрию - тот невредим, толстый тулуп на нем изорван, он смотрит по сторонам безумными глазами. Отец с размаху отвешивает сыну затрещину, затем обнимает, плечи его трясутся. Дмитрий, придя в себя, похлопывает отца по спине, что-то бормочет. Подходит, покачиваясь, Меша, у него разорван рукав тулупа, на снег капает красным. К кузнецу идет Яков, спокойно приказывает снять тулуп, сдирает рукав рубахи - медведь зацепил великана, по предплечью идут две кровавые рваные раны. Яков невозмутимо приказывает слугам разводить костер, затем достает из сумки флягу и, смочив чистую тряпку, начинает промывать рану. Меша стоит спокойно, крупный план на лоб - по нему стекают капли пота. Дмитрий подходит к своему спасителю, несколько секунд смотрит ему в глаза, потом, махнув рукой, говорит: «Ну тебя, не буду больше драться с тобой, чертушка, ты все время в полсилы бился!» Меша криво ухмыляется, потом запрокидывает голову и смеется, за ним хохочут все остальные.

Вечереет, охотники едут из леса по узкой дороге. Сава о чем-то говорит с Мешей, резко машет сверху вниз рукой, оба ржут. Яков едет рядом со Дмитрием, молодой боярин руками, похоже, показывает, что обычно-то медведь на дыбочки встает, а тут вон как попер. Ловчий спокойно кивает, что-то отвечает. Они молоды, радуются победе, тому, что все живы и что князь у них вон какой молодец. Впереди едут Александр и Сбыслав. Старый боярин говорит: «За сына не благодарю, тут словами не скажешь, ты княже, сам все понимаешь. Онфима же не слушай. Как же, Ярослав им ни во что был. Батюшка твой город вот как держал» Боярин поднимает сжатый кулак в рукавице. «И то к лучшему было». Александр недоверчиво смотрит на боярина, который ведет такие странные речи. «А ты не удивляйся, господине,» - усмехается немолодой уже человек, - «С твоим батюшкой мы на немцев так ходили, как до него и думать не смели, в поле их били. Литву били. Было, конечно, что и нам досталось, и от тестюшки его, от Мстислава Удатного... Но утвердившись, за город Ярослав стоял крепко, ни немцы, ни булгары нашим купцам утеснений не чинили, черный люд его в конце концов полюбил, за него тянул. Да и купцы зауважали. Хотя, конечно, крут был, крут. Чуть не по нему – в железа!» Он умолкает. Александр спокойно ждет продолжения. «Ну, нам, конечно, от него утеснение было, боярам... Да и не только нам. Всяко бывало». Он снова молчит, на этот раз дольше, и когда начинает говорить снова, голос боярина тише и мрачнее: «Гниет Новгород, княже, живьем гниет. Торжку, вон, помощь от татар не дали - а ведь наш пригород! Да ты сам помнишь... Раньше-то, бывало, за обиды великих князей тянули, сами в поле выходили, рати наши и пеши конных побивали. Ныне же, хоть конно и оружно идем, и брони добры, и мечи острые, а немец нас бьет и гонит. От трех рыцарей три десятка плечи дают» Сбыслав поворачивается в седле и смотрит в глаза князю. «Думаешь, княже, немец броней силен? Конем? Копьем? То и у нас есть, мужества нет. Рыцарь очертя голову бросается один на десяток, словно смерти не боится, и воины наши, хоть конны и оружны, бегут! К бургу подошли, и порок сделали, как у немцев, да видишь, первый камень назад полетел. И сразу: «Ахти, где нам, вон, своих побило! Немец-то, из самострелов бьет! Обратной пойдем" И стыдно сказать - уходим! Нас впятеро против них, а уходим!» боярин сплевывает через плечо. «Кукенойку сдали, Герсику сдали, хоть обещали защитить. А и верно ты сказал - ныне они за латинянами, за Орденом да Дорпатским епископом. И на наши земли немцы облизываются. Торговля с ними! Они торгуют-торгуют, а потом глядишь - и так возьмут, если случай будет». Александр молча улыбается, он не произносит ни слова, давая старшему выговориться. «Хоть и сам рода боярского, но скажу, а потому и скажу, мои пращуры сюда Рюрика звали! Кому, как не мне сказать! Бояре дальше носа видеть не хотят! Богатства копят, землю скупают, и черный люд теснят. Да что, я тоже скупаю. И от того единства в новгородцах больше нет! Каждый конец за себя тянет! На вече чего не поделим, идем в свои концы, свистнем - по всему городу кровь льется! Добро бы кулакам да ослопами, а то и в топоры идут, из луков стреляют! и кровь сия на нас, на великих, нам Богом доверено малых сих управлять, а мы...» Князь по-прежнему молчит. Сбыслав глубоко вздыхает и дальше говорит решительно и твердо: «Потому знай, княже, на вече - за тебя потяну, и другим, кто меня слушает, шепну. Не всем нам жир глаза залепил. Надо будет - людей за тебя подниму, так и так бьемся, так пусть уж хоть за Дело новгородское!» Сзади раздается взрыв хохота, Дмитрий, обернувшись назад, что-то кричит Меше, тот смеется так, что лошадь вздрагивает. Сбыслав улыбается: «Вот твоя сила, княже, молодежь наша. Им удаль свою показать до озноба хочется, от того и дерутся, и разбойничают, через скалы прыгают, убиться не боятся. Направь их на великое дело, за святую Софию, за Господин Великий Новгород» «И за Русскую Землю», - вдруг тихо добавляет Александр, затем, словно очнувшись, смотрит на Сбыслава, как будто не знает, сам ли это сейчас сказал. Сбыслав удивленно глядит на князя, затем кивает: «И за Русскую Землю».

Темнеет, князь со слугами въезжает на свой двор. На санях – огромная туша медведя, санями правит Сава. Все свободные от работ мужчины и женщины встречают охотников, дивятся, какого огромного зверя свалили. Сава в лицах рассказывает, как их господин, с небольшой его, Савы, помощью, лично взял медведя на рогатину. Сбежавшая с крыльца княгиня бледнеет и при людях обнимает мужа, прижимаясь головой к его груди. Наконец, Ратибор разгоняет всех по работам. Охотники идут в дом, последние – Ратибор и Сава. Внезапно старый воевода хватает новгородца за грудки и с бешеной силой бьет того спиной о стену. Сдавленным шепотом-криком он начинает выговаривать воину за то, что тот допустил князя драться с огромным зверем. Долг слуги – защищать господина, вставая между ним и опасностью. У Ратибора совершенно бешеные глаза, и, хотя он ниже Савы и уже в плечах, новгородец даже не думает защищаться. Внезапно старый воин заходится кашлем. Сава выбирает этот момент, чтобы сказать слово в свое оправдание. Да, его вина есть. Но их князь молод и храбр, а вокруг были люди – не только переяславцы и суздальцы, но и боярин Сбыслав и сын его, и богатый купец Меша. Что же ему, Саве, было делать – хватать князя в охапку да тащить прочь от берлоги? Пожалуй, утащил бы. Но прилично ли такое было бы князю новгородскому? Так что пришлось встать рядом. И пусть Ратибор не думает чего – прежде, чем до князя дорваться, медведю пришлось бы убить его, Саву. Сава свой долг знает. Ратибор мгновение глядит в глаза молодому воину, затем, успокоившись, отпускает Саву. Глубоко вздохнув, он дает новгородцу легкий, даже ласковый, подзатыльник, и кивком велит идти в дом. Сава уходит, закрывая за собой дверь. Ратибо вытирает рот рукавом рубахи. Крупный план: на белой, стиранной холстине – пятна крови.
Tags: postapocalypse, Александр Невский, Русь, Русь-матушка, дружба - это магия, история в лицах, медведь, мужское, не Fallout, не зассали, не фоллаут, нет фоллаута, патриотизм, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments