bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

"On my father honour I swear! I will not die a virgin!"

Думали, я забросил Фоллаут Айдахо? А вот нифига! После долгого перерыва, серия возобновляется!

Паладин Грегори Янг был воплощением лучших качеств воина Братства Стали. Высокий, сильный, смелый, он великолепно владел оружием, имел живой и быстрый ум. Паладин Янг получил отличное образование и был абсолютно предан идеалам Братства. Паладин Янг пал при обороне HELIOS-1.

Один из самых молодых рыцарей Ордена Айдахо, Янг женился на Селин Оррейджо, девушке из Долины Железных Людей за девять лет до начала сражения. Это был первый брак, заключенный между воином Братства и местным жителем. Старший Паладин Джордж Крук Джонсон надеялся, что союз Янга с Оррейджо станет основой новой жизни Ордена. Старший Паладин Джонсон пал при обороне HELIOS-1.

Селин Оррейджо родила второго ребенка через три месяца после смерти Грегори Янга. Молодая женщина тяжело переживала смерть любимого мужа. Но она была дочерью сильного народа. Едва оправившись после родов, Оррейджо вместе с обоими детьми отправилась в крепость (по традиции Жителей Долин, Селин рожала в доме своей матери). Закованные в железо рыцари без слов пропустили в цитадель женщину в черном платье с младенцем на руках и не по годам серьезного крепкого черноголового мальчика. Селин потребовала свидания с командиром Железных Людей. К вдове паладина вышли Анджелина Мак-Артур и Джордж Грант. С печальной гордостью Оррейджо показала младенца старейшинам крепости. Грант стол молча, не зная, что ответить, но Анджелина, лишь месяц назад родившая свою третью дочь, без слов приняла младенца у матери и что-то ему загукала. Тем временем, старший мальчик внимательно осматривался по сторонам. Грант мог бы поклясться, что отвернулся лишь на секунду, но этого времени Янгу-теперь-уже-старшему хватило для того, чтобы забраться на стол и вытащить из стеллажа штурмовой карабин. Оружие, естественно, хранилось незаряженным, но при звуке взводимого затвора у Джорджа душа ушла в пятки. Отобрав у сорванца карабин, Грант про себя отметил, что мальчишка не только ухватил единственный исправный и полностью собранный автомат, но и ухитрился мгновенно разобраться в его устройстве, снять с предохранителя и оттянуть весьма тугой затвор.

Селин попросила вождей Железных Людей об одном: старший сын Грегори Янга должен занять место своего отца. Младший пока останется с матерью, когда подрастет – пусть сам выберет свою дорогу. Но Вильям должен стать воином Железных Людей, как его отец. Грант, оттаскивая маленького Билли от полуразобранного силового доспеха, ответил в том смысле, что, конечно, такому таланту в крепости рады всегда.

Так Вильям Янг оказался среди детей-курсантов крепости Ордена Айдахо. По традиции, мальчику нужно было дать второе имя в честь одного из героев старого мира. Обычно имя выбирали в честь какого-либо воина армии США, но Грант решил, что для юного Янга, в чьих жилах течет кровь не только Братства, но и людей нового Айдахо, нужно что-то особенное. Билли был силен, храбр и очень драчлив. Подумав немного, Дедушка Бадасс выбрал для сына Грегори самое подходящее имя – Ахиллес. Юный Вильям Ахиллес Янг довольно легко принял суровый режим, в котором воспитывались дети-солдаты. Основы дисциплины ему привил отец, которого маленький Билли боготворил. По специальному разрешению Джонсона, Грегори Янг жил среди людей его жены, играя роль посла-наблюдателя и защитника поселка. Краткие часы свободного времени, которые выпадали между патрулированиями, паладин посвящал семье. Билли рос на рассказах отца о Братстве Стали, о битвах Железных Людей с чудовищами, мутантами и врагами человечества. Янг-младший мечтал побыстрее вырасти, чтобы стать, как папа. Грегори был хорошим отцом: справедливым, честным и бесконечно терпеливым. Он умел объяснять и убеждать, и Билли слушался его во всем. Ну, с поправкой на все те фокусы и капризы, что устраивает семилетний ребенок. Впрочем, капризы случались, чем дальше, тем реже. Билли уяснил для себя смысл дисциплины, распорядка дня, назначение тренировок и обучения. Он бегал вместе с отцом, отжимался, учился стрелять из дедовской беличьей винтовки и был гордостью поселка. Позже Грант, вздыхая, часто задумывался вслух: кем бы мог стать Вильям Янг, если бы его отец пожил чуть дольше. Как правило, при этих словах Анджелина Мак-Артур картинно закатывала глаза и говорила, что Джордж, похоже, уже совсем одряхлел, если задается подобными вопросами.

В общем, крепость приняла Билла довольно легко. Однако скоро выяснилось, что легкость эта была обманчивой. Бешеная энергия и необузданный нрав могучего полукровки очень скоро дали о себе знать. Грегори умел направить яростное стремление сына побеждать, узнавать и ломать в относительно мирное русло. Увы, у паладинов и писцов крепости, занятых воспитанием детей, не было таких талантов, да еще и у каждого постоянно на руках висело по десять-пятнадцать малышей и подростков. Предоставленный самому себе Билли развернулся во всю. Янг не был задирой-обидчиком, «bully», как их называют американцы. Разумеется, от него часто доставалось младшим детям, но с не меньшей охотой Билл лез в драку со сверстниками, старшими ребятами, и пару раз даже всерьез сцеплялся с взрослыми инструкторами. Анджелина была крайне встревожена таким асоциальным поведением молодого Янга и даже хотела отправить его обратно к матери, но Грант остановил подругу. Старый паладин обратил внимание писца Мак-Артур на одно крайне интересное обстоятельство: Билли всегда дрался без злобы. Обычно, когда дети сцепляются друг с другом в драке – это всегда серьезно: до слез, пены изо рта и характерной детской жестокости. Для того чтобы драться, ребенку нужно разозлиться, и даже игра, легкая борьба или взаимное стуканье может перейти в отчаянный поединок. Но Билл никогда не злился на своих противников, он колотил их, хохоча. Более того, в тех нечастых случаях, когда ему самому случалось получить по шее, он не таил злобы на победителя, но лишь утверждал иногда, что его побили нечестно. Янг не мучил побежденных, казалось, он просто удовлетворяется самим фактом победы. Анджелина спросила Гранта: если Билли такой благородный и просто хочет померяться силами, зачем он бьет младших. В ответ Джордж привел изречение из старинного китайского военного трактата: «Тигр с равной силой бросается на маленькую мышь и огромного буйвола. Это называется искренность». Анджелина заметила, что всегда полагала этих проклятых комми свихнувшимися на банальностях трепачами. Тем не менее, она решила понаблюдать за Билли дальше, тем более что ее дочь сумела дать Янгу достойный отпор, после которого задире пришлось полчаса сидеть на корточках.

Впрочем, в конце концов вопрос с драчливостью Янга решился сам собой, мальчик стал драться гораздо реже и уже не трогал младших. Только через год Анджелина и Джордж узнали, что это стало следствием серии поединков Янга с Джеймсом Армстронгом Круком. Когда Билли был в первый раз в жизни честно побит в настоящей драке мальчиком слабее и младше себя, он от неожиданности сперва даже расплакался. Тем не менее, после этого стремление Янга побеждать перешло на качественно новый уровень. Он перестал драться с кем попало, начал очень серьезно заниматься рукопашным боем и стал регулярно выходить на тренировочные поединки со старшими бойцами.

С Джеймсом же его отныне связала самая крепкая дружба. Нельзя сказать, что Билл полностью попал под влияние харизмы юного Крука. И все же, Янг проникся к Джиму глубочайшим уважением. Позже, Грант предположил, что честностью, благородством и самоотверженностью младший товарищ напоминал Биллу отца. Конечно, Янг этого не осознавал, но в Джиме он увидел пример, которого ему так не хватало с тех пор, как паладин Грегори не вернулся из похода на юг. Билл, конечно, часто посмеивался над другом, он вообще любил смеяться над людьми, но если кто-то и мог повлиять на юного Вильяма Ахиллеса, так это Крук.

Несколько позже к Круку добавилась и Саванна Мак-Артур. Билли не забыл изящество, с которым девочка отправила его размышлять о превратностях судьбы, сидя на пятках, и тот лаконизм, с которым она отвергла его претензии к справедливости одержанной победы. Кроме того, Саванна отличалась рассудительностью, соединенной со справедливостью и умением убеждать. Билли не отличался ни первым, ни третьим, а понятие о справедливости у него было своеобразное. Поэтому он, как и прочие дети-солдаты, признал авторитет Саванны в спорных вопросах. Таким образом, среди малолетних курсантов сама собой выстроилась иерархия, вершину которой заняли Джим, Саванна и Билл. После того, как Билл перестал задираться, он довольно быстро завоевал определенный авторитет среди детей. Янг был лучшим стрелком на курсе, он прекрасно разбирался в оружии и взрывчатых веществах, и, что, пожалуй, более важно, отлично умел придумывать всевозможные шкоды. Естественно, все бунтари, разгильдяи и потенциальные хулиганы признавали его вожаком. Это, разумеется, представляло бы серьезную проблему, если бы Билл был сознательно антиобщественным типом. К счастью, его склонность хулиганить объяснялась исключительно неуемной энергией, которую инструкторы, как ни старались, никак не могли выбить из него на тренировках.

Оценки юного Янга по всем предметам, кроме стрелковой и физической подготовки, и, пожалуй, военного дела, долгое время оставались средними или даже ниже. Грант, который уже подумывал, что Янг мог бы стать одним из его учеников, был этим очень огорчен. Разочарование старика оказалось столь велико, что он обмолвился об этом при Джимми и Саванне. Это, разумеется, было неправильно. Цепь, Которая Связывает, помимо всего прочего, учит, что старшему по званию не следует ругать младших при их товарищах, особенно за глаза. Если, конечно, он не сержант. Однако ответ юных учеников очень удивил Гранта. И Джим, и Саванна единодушно объяснили паладину, что, на самом деле, Билли куда способнее их обоих, просто ему не интересно учиться. Старый паладин обратился к Анджелине, и та, скрепя сердце, разрешила использовать одно из своих сокровищ – довоенный армейский медицинский автомат, использовавшийся на призывных пунктах армии США для определения способностей будущих военнослужащих. Результаты исследования подтвердили слова Джима и Саванны. Вильям Ахиллес Янг показал блестящие, экстраординарные результаты на всех тестах, кроме одного: мотивационного. Попросту говоря, ему было на все наплевать.

Грант не знал, смеяться ему или плакать. У него, наконец, появился третий потенциальный командир, но он не мог ему ничему научить, потому что Янг не хотел учиться. Когда у старого паладина окончательно опустились руки, Джим, следивший за терзаниями учителя, предложил свою помощь. Юный Крук тоже полагал, что Вильям попусту растрачивает свой талант на мелкие шкоды и увиливание от учебы. Джим решил, что основная проблема Билла в том, что он не видит результатов повседневной рутинной учебы. Со стрельбой, рукопашным боем и механикой силового доспеха все было понятно: больше стреляешь – лучше попадаешь, больше тренируешься – чаще побеждаешь, ну а собственный доспех по-прежнему оставался главной мечтой Янга. Но смысла в изучении физики, химии, математики, теории материалов, Билли не видел.

Для осуществления своего плана юный Крук попросил у Гранта ни много, ни мало - главную реликвию крепости, лазерный гатлинг Старшего Паладина Джонсона. Тяжелый лучемет был с Джонсоном в последнем бою у HELIOS-1 и своего хозяина не пережил. Пораженный несколькими пулями бойцов NCR, гатлинг замолчал навсегда. Поскольку бросить такую технореликвию было выше их сил, выжившие рыцари дотащили священное оружие до крепости, но все попытки привести лучемет в порядок ни к чему не привели. Десяток с лишним лет гатлинг пылился в хранилище, и вот теперь ему предстояло сыграть главную роль в хитром плане Джима…

Однажды утром Грант вызвал к себе Вильяма Янга. Билл, прикидывая, какой из его последних подвигов мог привлечь внимание старого паладина, осторожно вошел в кабинет и приготовился выслушивать очередной разнос. Янг был уверен, что о самой громкой его проделке с самодельной петардой в котле общей столовой Грант знать не может. Вернее, знать-то он знает, взрыв вышел громкий, но доказать причастность Билла наставник не сумеет.

Однако вместо разноса, нравоучений и приказа отправляться чистить туалеты вне очереди, Грант вдруг разразился прочувственной речью. Начав издалека, он рассказал Биллу о том, каким прекрасным человеком был его, Вильяма Янга, покойный отец, как сильно они дружили, каким уважением пользовались у покойного Старшего Паладина Джонсона и т. д. и т. п. Несколько ошарашенный этим потоком воспоминаний, Билл терпеливо слушал, ожидая, когда же старик дойдет до сути. На столе у Гранта под большим одеялом из шкуры брамина лежал какой-то длинный громоздкий предмет. Янг знал, что старый паладин ничего не делает просто так. Таинственный длинный агрегат явно должен был сыграть существенную роль в беседе. Изнывая от любопытства, Билли слушал рассуждения старика о том, как важно воину Братства овладевать священным знанием предков. Наконец, заметив, что Вильям уже чуть не подпрыгивает на месте, Грант решил перейти к сути дела. Как всегда, паладин сделал это резко и прямолинейно. Биллу уже пятнадцать лет, сказал Грант, он - неофит Братства. Если его оценки будут достаточно высокими, а результаты полевых выходов с рыцарями покажут, что он готов вступить в ряды техновоинов, то максимум через два года Вильям получит свой силовой доспех и оружие. С доспехами в крепости обстоит неплохо, а вот с оружием несколько хуже – лазерные и плазменные винтовки идут под счет и только лучшим бойцам. Но в память об отце, Грант готов сделать для Янга исключение, хотя для этого придется потрудиться. Картинным движением паладин отбросил шкуру, и перед обалдевшим Биллом предстал легендарный лазерный гатлинг Старшего Паладина Джонсона. Условие, поставленное Грантом, было предельно простым: если Янг сумеет починить оружие, лучемет будет закреплен за ним. Если нет – придется удовольствоваться обычным штурмовым карабином. Естественно, Билли немедленно согласился. Грант тут же вручил ему лучемет, заставил расписаться в журнале и велел выметаться.



Естественно, первым делом Билл обратился за помощью в мастерскую. Писцы-оружейники подняли подростка на смех, объяснив, что оружие починить невозможно – это пытались сделать еще десять лет назад. Кого-нибудь другого такой ответ, возможно, обескуражил бы, но в Билле проснулось невероятное упорство. Для начала он засел за книги и голодиски. День за днем он упорно изучал физику, материаловедение, теорию механизмов. Все свободное время он пропадал в лаборатории и мастерской, разбираясь с устройством старинного оружия. Он постоянно приставал к писцам с вопросами, требованиями объяснить, показать, научить, пока Анджелина Мак-Артур не ввела жесткое правило, согласно которому Вильям мог рассчитывать на дополнительные занятия и помощь специалистов только в ответ на выполнение определенных работ в крепости. Янг забросил свои хулиганские выходки, хотя время от времени поколачивал своих вассалов-разгильдяев, просто для того, чтобы напомнить им, кто тут главный.

Невероятное упорство, проявленное юным курсантом, постепенно склонило к нему сердца и детей и взрослых. Когда выяснилось, что два из трех оптических стержней оружия расплавились и не подлежат ремонту, Старший Паладин Нимиц санкционировал заказ запасных частей у торговцев в Нью-Бойсе. Это был первый за долгое время контакт Ордена со столицей Нового Айдахо. Когда стержни были доставлены, Янг лично произвел калибровку каждого под непосредственным руководством Анджелины Мак-Артур. Дальше дело пошло веселее, и через каких-то полгода Вильям Янг, только что отметивший свое семнадцатилетие, торжественно поставил на стол перед Грантом отремонтированный лучемет. Согласно уставу, разрешение на испытательный отстрел должен был дать Старший Паладин Нимиц, но Билли посчитал, что первым исправное оружие должен увидеть Старый Одноглаз. Нимиц, Мак-Артур и Грант долго совещались, решая, позволить ли Янгу самому провести пробный отстрел гатлинга. Все-таки лучемет был сильно поврежден, и при стрельбе не исключался перегрев разрядных батарей, что могло привести к расплавлению оружия и даже взрыву. Нимиц хотел сам отстрелять оружие, но Грант после долгих колебаний решил, что эту честь отнимать у Янга нельзя. Мак-Артур, как ни странно, поддержала старого приятеля. Старший писец, больше других занимавшаяся с Янгом последние полтора года, была поражена переменами в его характере, упорством и трудолюбием, проявленными бывшим хулиганом. Такой подвиг духа заслуживал вознаграждения. Что же касается риска… Биллу предстояло стать паладином Братства, так что рано или поздно юноше пришлось бы рисковать жизнью все равно.

Через два дня рано утром Вильям Янг, облаченный ради такого события в силовой доспех T-51, вышел с отремонтированным гатлингом на стрельбище. Все свободные от дежурств рыцари и писцы собрались на стрелковой площадке. По такому случаю были отменены занятия в военной школе – курсанты и дети-воспитанники под присмотром преподавателей вышли на смотровую площадку над стрельбищем. Размеренным шагом Билл выдвинулся на огневой рубеж и изготовился к стрельбе. Неизвестно, кто волновался больше: паладин Нимиц, взявший на себя управление стрельбами, старый Грант, Анджелина Мак-Артур или Джеймс Крук. А вот кто не волновался абсолютно – так это сам Билл. Со странной отрешенностью он произвел рутинную проверку оружия, взял его наизготовку и совместил крест нашлемной системы наведения с мишенью. Услышав команду: «Огонь!», Янг плавно нажал на спуск, и словно во сне увидел, как шкура с грубо нарисованным силуэтом людоеда вспыхнула и разлетелась клочьями. Крепость взорвалась торжествующим ревом, но Билл ничего не слышал. Согласно утвержденной программе стрельб, он выпустил пять коротких очередей, каждый раз диктуя на внутренний голодиск доспеха температуру стержней и примерный процент попаданий, после чего отстрелял остатки заряда двумя длинными сериями. Гатлинг работал, как часы. Опустошив зарядную коробку, Янг четким шагом подошел к огневому рубежу, поставил лучемет на стол и отрапортовал Нимицу результаты стрельбы. Старший Паладин принял рапорт и торжественно вписал оружие в список снаряжения неофита Янга.



Разумеется, до того, как Билл, наконец, получил доспех и стал полноправным рыцарем, гатлинг не раз выносили на задание паладины. Однако каждый раз перед выходом они в торжественной обстановке обращались к юному неофиту с официальной просьбой позволить воспользоваться его снаряжением. Конечно, Янг очень переживал за свой драгоценный гатлинг и страшно ревновал его к старшим рыцарям. Но, несмотря на молодость, Билли понимал, что это необходимо. А то, что оружие, несмотря ни на что, оставалось закрепленным за ним, заставило юного Янга по-новому посмотреть на то, что раньше он считал лишь громкими словами: честь, взаимное уважение и традиции Братства Стали, оказывается, были не пустым звуком. Поэтому, когда Грант предложил Биллу стать его третьим учеником, юноша согласился без колебаний.

Разумеется, даже облеченный высоким доверием старейшин, Билл отнюдь не стал паинькой. Однако теперь большая часть его буйной энергии была направлена на что-то полезное для Ордена. Билл по-прежнему оставался хулиганом и разгильдяем, поэтому силовой доспех и звание рыцаря он получил одним из последних в группе. И все же Янг изменился. Проводя большую часть времени в совместных занятиях с Саванной и Джимом, он начал задумываться о своем месте в Братстве. Почти забытые рассказы отца о высокой миссии техновоинов Ордена понемногу возвращались к Биллу. Изучая историю, географию Америки, Билл начал представлять, какую грандиозную, почти невыполнимую задачу поставило перед собой Братство Стали. Цель казалась недостижимой. Враги – бесчисленными. Препятствия – непреодолимыми. Янг был в восторге и дал себе слово, что сделает все в его силах, чтобы будущий Орден Айдахо возродил величие Старого Мира. Ну, хотя бы его часть.

Вскоре Билл присоединился к своим товарищам и теперь уже писцу, а не палапдину, Гранту в их экспедициях по окрестностям крепости. Янг давно мечтал о путешествиях и встречах с новыми людьми. Неуемное любопытство юного рыцаря гнало его на поиски приключений, однако главной причиной, по которой Билли стремился вырваться из крепости, был его возраст и одна связанная с ним серьезная проблема. Вильяму Ахиллесу Янгу очень хотелось заняться сексом.

Традиции Братства подразумевали известную строгость нравов. Половые отношения среди неофитов не то, чтобы запрещались, однако предполагалось, что постель должна стать следствием серьезного чувства, определенным этапом в развитии новой семейной ячейки. Янг, чья энергия била через край и в этом направлении тоже, ни о какой семейной ячейке не задумывался, ему просто позарез нужно было с кем-то переспать. Попытки приставать к девушкам в крепости кончились неудачно: испуганные его напором, потенциальные жертвы пожаловались Саванне. Саванна Мак-Артур, к тому времени уже заработавшая заплатку на голове, поймала Билла в темном коридоре и очень круто с ним поговорила. Разговор, в основном, вращался вокруг всевозможных заточенных предметов и Билловых гениталий. Янг понял, что юная Мак-Артур настроена очень серьезно, и сдал назад. В родном поселке, куда Билл иногда выбирался, его все знали, очень им гордились, уважали, и это, увы, отсекало всякую возможность переспать с кем-нибудь по-быстрому, поскольку такая пошлая интрижка бросила бы тень на семью, а честью семьи Билл дорожил.

Однако походы в гости к дикарям открывали для юного Янга (по его мнению, конечно), море возможностей расстаться с девственностью. В крепости всем было известно, что за время своей жизни среди племен Грант наплодил кучу отпрысков. И уж если старый хрыч (сорок лет – это ведь уже глубокая старость, правда?) сумел добиться успеха у туземок, то такой невероятный парень, как Вильям Ахиллес Янг ну просто обязан собрать целый гарем.

В общем, Билл с нетерпением ждал, когда же Грант и юный Крук соберутся в очередную экспедицию к Новым Шошонам. Ждать пришлось недолго – племя пригласило Железных Людей принять участие в традиционном ежегодном празднике солнца. Грант, Крук, Мак-Артур и Янг погрузились в транспортер и бронеавтомобиль и отправились в деревню. Сердце Янга пело – наконец-то он окажется среди женщин и девушек свободных нравов: молодой, красивый, в свежепокрашенном Т-45d и с самой гигантской пушкой, которую только можно представить.

Путешествие было неспешным. Во-первых, дедушка Бадасс придерживался мнения, что тише едешь – дальше будешь. Во-вторых, Крук полагал, что древние машины нужно беречь, тем более, что топливо, на котором они работали, было, мягко говоря, не лучшего качества. В-третьих, торопиться было некуда – группа выехала заранее, и до праздника оставалось еще три дня. Однако Билл ждать уже не мог. Последнюю остановку на ночь Крук решил сделать в каких-то пятнадцати милях от деревни. Напрасно Янг кричал, что это расстояние можно проскочить за час, Джим указал другу, что, во-первых, дорогу не ремонтировали два века, и от нее мало что осталось, во-вторых, ехать в полутьме опасно, а в-третьих, приезжать в деревню лучше утром. Билл понял, что переспорить командира не удастся, и решил, что будет действовать сам. Янг должен был стоять второе дежурство. Зная, что его товарищи спят очень крепко, он осторожно откатил бронеавтомобиль вперед по дороге (благо, силовой доспех позволяет вытворять и не такие фокусы), затем уселся в машину (доспех, правда, пришлось снять), и дал по газам. От шума двигателя Крук, Грант и Мак-Артур, естественно, проснулись, но Янга уже и след простыл. Джим был вне себя. Подозревая, куда именно рванул Билл, он приказал товарищам грузиться в транспортер. К сожалению, гусеничный «Вартхог» был гораздо медленней бронеавтомобиля. Когда группа добралась до деревни, их встретили встревоженные воины Новых Шошонов. Они рассказали, что буквально час назад мимо деревни на полной скорости пронеслась, светя фарами, Железная Телега. Джим понял, что Янг в темноте проскочил нужный поворот. А когда воины поведали, что в окрестностях видели боевой отряд каннибалов, Крук испугался уже по настоящему. Попросив у вождя разведчиков (и немедленно их получив), Джим направился по следам бронеавтомобиля, благо, накануне шел дождь, и шины на разбитых участках давали четкие следы.

Билл ехал по дороге уже два с половиной часа, но деревни все не было. Он уже начал подумывать, что зря во все это ввязался, когда в смотровой щели мелькнул огонек. Обрадовавшись, Янг подъехал к костру, подумав про себя, что деревня выглядит совсем не так грандиозно, как ему говорили Джим и Саванна – так, несколько палаток из шкур. Остановив машину, Билл торжествующе улыбнулся, открыл люк и вышел в ночь, раскинув руки в традиционном приветственном жесте. На затылок юного рыцаря мягко опустилась дубинка, и Билл провалился в темноту.

Янг пришел в себя, привязанный к дереву. Голова очень болела, а из одежды на нем остались лишь трусы и майка. В двадцати шагах от дерева горел костер, возле которого сидели два человека. Эти люди совершенно не походили на Новых Шошонов, которых Билл иногда видел в своем поселке. Одетые в шкуры, раскрашенные белыми красками, они сидели молча, и когда один повернулся к юноше, Янга поразили его глаза – темные, почти без белков, они ничего не выражали.

К счастью для Янга, людоеды предпочитали не нажираться на ночь. А поскольку любое мясо лучше всего есть в самом свежем виде, пленника привязали к дереву, чтобы забить непосредственно перед трапезой. В других обстоятельствах каннибалы, наверное, попытались бы обратить Билла в свою веру, но у военного отряда на такое просто не было времени. Все эти обстоятельства, в общем, и спасли Янгу жизнь. Его не разделали, не накормили насильно человечиной, и когда с первыми лучами солнца часовые каннибалов тихо рассыпались кучками пепла от двух красных лучей, Билл вздохнул с облегчением – перспектива быть съеденным девственником ему больше не грозила.

На то, чтобы уничтожить спящих каннибалов, у Крука, Гранта, Мак-Артур и шошонов ушло две минуты. Удостоверившись, что людоеды мертвы, рыцари быстро отвязали Янга, собрали его разбросанное по поляне барахло, сунули в броневик и быстро уехали с места боя.

Обратно ехали молча. Не доезжая мили до деревни Новых Шошонов, Джим приказал остановиться. Крук и Саванна вылезли из транспортера, сняли доспехи, после чего вытащили из броневика Билла. Янг приготовился выслушивать нотации, но у Крука были другие намерения. Сбив лучшего друга с ног, Джим и Саванна подвергли его самому жестокому избиению, которое только можно устроить человеку без намерения искалечить его навсегда. Время от времени к валяющемуся в пыли Биллу подходил Джордж и отвешивал пару пинков, после чего снова отходил в сторону. Джим бил Янга за то, что тот оставил свой пост и спящих товарищей. Саванна била за то, что ей надоели Билловы выкрутасы. Джордж вносил свою лепту за то, что Билл повел себя, как дурак, да еще и угнал любимый Грантов броневик. Все трое били из-за того, что страшно переволновались. Наблюдая эту экзекуцию, воины Новых Шошонов лишь качали головами, преисполняясь уважения к суровым методам воспитания Железных Людей.

Наконец, Крук решил, что с Янга хватит. Джим и Саванна отошли в сторону и стали ждать, что теперь им скажет их друг, и останутся ли они вообще после этого друзьями. Билл некоторое время полежал в пыли, собираясь с дыханием, после чего встал, и, слегка покачиваясь, начал свою извинительную речь. Он сказал, что был неправ, и не столько тем, что подверг себя опасности, сколько тем, что оставил пост и бросил спящих товарищей. Янг признал себя виновным и сообщил, что готов понести любое наказание. Он даже согласен отдать свой гатлинг кому-нибудь более достойному. Билл сказал, что он сделал выводы, и если товарищи все-таки сочтут его достойным доверия, он больше их не подведет. Крук и Мак-Артур молчали, ошарашенные таким совсем не янговским поведением, Грант тоже помалкивал, оставляя решение на выбор Крука. Молчание затягивалось, и тут Янг ухмыльнулся распухшими губами и показал Джиму «фак». Саванна хихикнула. Джим некоторое время крепился, но потом тоже заржал, и, отвесив Биллу последний дружеский подзатыльник, сказал, что тот прощен.



Больше Янг таких выходок не допускал. Нет, разумеется, он так и не стал образцово дисциплинированным рыцарем, но с тех пор никогда не вел себя безответственно. По-прежнему склонный рисковать, Билл теперь всегда соизмеряет сложность задачи со своими возможностями. Со временем, Джим Крук даже стал доверять Янгу командование небольшими группами неофитов. Билл научился ответственности.

Теперь их было трое. Джеймс Армстронг Крук – ответственность, лидерство, благородство. Саванна Текумсе Мак-Артур – мудрость, справедливость, умение предвидеть. Вильям Ахиллес Янг – энергия, любознательность, сила. Три молодых рыцаря, которым предстояло повести Орден Айдахо в будущее. Надежда Братства Стали на лучшее будущее. Гордость старого Гранта и мудрой Анджелины Мак-Артур. Они выросли без родителей, без детства, и все же старшие рыцари считали, что эта молодежь ни чем не уступит им, воспитанным в полных традициях Старого Братства. Над штатом собирались тучи, но Орден Айдахо был готов к тяжелым временам.

Перед нами – несравненный Вильям Ахиллес Янг, самый красивый, сильный и смелый рыцарь крепости. Нет, серьезно, Билл действительно лучший рукопашный боец Ордена, не зря он занимался долгие годы. Сейчас он совершенно точно взгреет Джимми Крука, если захочет. Но Билл не захочет, потому, что Джим – командир, и Янг это признает. Билл, в принципе, и сам уже умеет командовать, просто не очень любит это делать. Янг всегда весел и постоянно над всеми подшучивает – иногда зло, иногда по-доброму, но всегда – остроумно. К сожалению, эта привычка не пользуется успехом у женщин. Впрочем, Билл все-таки расстался с девственностью во время визита в один из торговых поселков, но после этого ему пришлось пройти довольно унизительное обследование у тети Анджелины в крепости (к счастью, все обошлось). С тех пор Янг стал осторожнее и всегда таскает с собой презервативы. Он постоянно пристает к Гранту с просьбой рассказать, как тот сумел добиться такого успеха у женщин, но старик лишь смеется и отвечает, что это словами не объяснить. Янг вооружен лазерным гатлингом Старшего Паладина Джонсона и носит стандартный доспех T-45d. Модель – Братец Вини без всяких переделок-доделок, прямо из блистера.









Tags: brotherhood of steel, fallout new vegas, idaho, miniatures, postapocalypse, вкусная и здоровая пища, доброта, дружба - это магия, индейцы, слабоумие и отвага, юные школьницы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments