bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

"Old Home". Doctor.

После мрачняка и жесткого постапока надо для контраста дать немного человечности, любви и вообще розовых тонов.

Компания "Campbell & Co Transportation" вышла, или правильнее будет сказать: ворвалась на транспортный рынок Айдахо подобно бешеному брамину на общий выпас. Огромный, надежно прикрытый броней гусеничный трактор на атомной тяге мог за один раз перевести почти десять тонн груза или сорок пассажиров с багажом. Правда, багаж приходилось привязывать на боковых площадках, а пассажиры ехали лежа на шестиэтажных полках, как чернокожие рабы из Африки за четыреста пятьдесят лет до описываемых событий, но возможность добраться до места за пару суток вместо двух недель, да еще без риска получить отравленную стрелу в спину, стоила таких неудобств. Разумеется, в танке немного укачивало, но отмывание пассажирского отсека от блевотины, как правило, входило в обязанности пассажиров – за это Кайли делала небольшую скидку на стоимость билета. Хозяева рудников и лесные бароны скоро поняли, что быстрая и без потерь доставка рабочей силы к месту извлечения прибыли стоит тех крышек, которые требовала за рейс вызывающе одетая мисс Кэмпбелл.

Впрочем, «Old Home» можно было переоборудовать и под более комфортное средство перевозки. Разработанная гениальным Джеральдом и воплощенная в жизнь золотыми руками Виктора система складных перегородок и полок превращала грузовой отсек трактора в довольно уютную каюту на восемь человек с диванами, спальными полками, крохотной кухней и даже голопроектором. Разного рода сильные мира сего – менеджеры крупных компаний, мэры богатых поселков, удачливые старатели и тому подобная сволочь часто прибегали к услугам "Campbell & Co Transportation" для того, чтобы с комфортом ездить из столицы в менее цивилизованные места штата.

Третьим и, пожалуй, самым прибыльным бизнесом компании стала срочная доставка грузов. Трактор возил все, что угодно: от скоропортящегося мяса болотных ныряльщиков до свежеоткованных частей паровых машин и хрупких технореликвий. Пару раз Кайли бралась за доставку припасов в осажденные людоедами поселки, причем не брала обычную в таких случаях надбавку за риск, чем заслужила благодарность спасенных. Мисс Кэмпбелл вообще уделяла много внимания имиджу компании.

Разумеется, один трактор, даже такой уникальный, как «Old Home», не мог потеснить Фарго на рынке перевозок. В конце концов, «Уэллз Фарго» со своими пятью грузовиками, четырьмя бронированными автобусами, тремя полугусеничными бронированными тракторами, переделанными из горнопроходческих машин, был просто недостижим для "Campbell & Co Transportation" по объему перевозок. Однако, у трактора Кайли было одно неоспоримое преимущество – высочайшая проходимость и атомный реактор в качестве энергетической установки. “Old Home” занял особую нишу в транспортной сфере – скоростные перевозки по бездорожью, связанные с высокими рисками. Собственно, в этой области у Кайли и ее друзей просто не было конкурентов.

Естественно, Фарго не собиралось мириться с тем, что какие-то выскочки из ниоткуда вдруг откусили изрядный кусок от транспортного пирога. То, что этот кусок корпорации был не по зубам в любом случае, директоров старинной компании не интересовало. Все дороги (и бездорожье) Штата считались принадлежащими «Уэллз Фарго», точка. Примерно через четыре месяца после начала своей бурной деятельности мисс Кэмпбелл получила предложение, от которого не отказываются. Фарго предлагало девушке продать трактор, причем даже назначило за машину сравнительно приличную цену. Но, разумеется, Кайли и ее друзья не собирались расставаться со своим новым домом даже за пятьдесят тысяч крышек. У всех были свои мотивы. Кайли не могла продать мечту покойного отца, за которую тот заплатил жизнью. Да и чего греха таить, в процессе воплощения этой мечты в жизнь девушке тоже здорово досталось. Виктор до сих пор испытывал стыд за то, что в свое время отошел в сторону, предоставив Джону в одиночку сражаться с Фарго. Джеральд впервые за многие годы обрел какой-то смысл жизни, и расставаться с ним не собирался. Андреа же просто люто ненавидел все корпорации, которые считал чем-то вроде банков, и был готов рвать пополам любого корпоративного банкира, который посягнет на его новый железный дом. Не говоря уж о том, что этот дом очень любит Кайли, а ради Кайли молодой Кроу мог убить не только банкира. (Да-да, симпатия, родившаяся во время деловой беседы в «Голове каннибала» переросла в сильное и высокое чувство, но об этом мы расскажем позже).

Естественно, получив страшный намек, Кайли первым делом привела свои «войска» в боевую готовность – из дома Виктора все переместились непосредственно в трактор, который теперь на самом деле стал домом для четырех друзей. Однако, помимо этой достаточно очевидной меры, мисс Кэмпбелл подала жалобу в Легислатуру Штата. В письме девушка указала, что «Уэллз Фарго» прибегает к незаконным формам давления на конкурентов и вообще угрожает безопасности ее транспортного средства. Помимо прочего, девушка намекнула, что подрыв машины с действующим атомным реактором – это немного не то, что взрыв обычной атомной батареи, и в случае, если такая трагедия, не дай Бог, случится, зараженным окажется весь Нью-Бойсе. По совету ученого Джеральда Кайли добавила, что в отличие от атомного взрыва, когда наведенная радиация слабеет буквально за несколько дней, разбросанная по поверхности активная зона убьет землю на века. Сам по себе реактор абсолютно безопасен, все Убежища снабжались подобными, но прямая диверсия может привести к трагедии.

Как уже говорилось ранее, за последние годы в Айдахо многое изменилось. Легислатура и губернатор, избранные прямым голосованием, представляли интересы значительной части населения и, что более важно, интересы нескольких крупных компаний штата. Лесные бароны, горные промышленники, кукурузные и бигхорнеровые магнаты чувствовали, что спокойная жизнь Айдахо подходит к концу. Война на юге, возросшее давление людоедов, миграция супермутантов, появление новых могучих сил, таких, как Орден Братства Стали – все это требовало концентрации усилий по отражению возникающих угроз. Штату требовалось ответственное и сильное руководство, и, к счастью, в Айдахо нашлись люди, из которых такое руководство удалось сформировать.

Естественно, новое правительство первым делом прищемило хвост отдельным, особо ретивым компаниям. Неизвестно, читал ли новый Губернатор «Гроздья гнева» древнего писателя Стейнбека. Скорее всего, не читал – ядерную войну пережило не так много книг. Однако глава штата понимал, что перед лицом грозящих Айдахо опасностей крайне важно, чтобы население сохраняло единство. А такое единство было невозможно без создания у людей иллюзии того, что они защищены от беззакония.

Именно по этой причине «Уэллз Фарго» получила весьма прозрачный намек оставить "Campbell & Co Transportation" в покое и в любом случае вести конкурентную борьбу законными методами. На всякий случай, компании напомнили о судьбе одного банка, который слишком агрессивно проводил политику скупки земель на востоке. Участок с выгоревшими развалинами до сих пор не нашел покупателя. Из этого, кстати, можно сделать вывод, что новое руководство штата действительно серьезно взялось за наведение порядка на вверенной ему территории, вплоть до того, что стало разбираться с разного рода темными делишками и гангстерскими войнами. Впрочем, старый Мориц, узнав о предупреждении Легислатуры, просто пожал плечами и заметил, что ни он, ни его люди не имеют представления, о чем тут идет речь. В общем, в конце концов Фарго выразилось в том смысле, что оно слишком сыто сегодня, и мисс Кайли оставили в покое. На время, по крайней мере. Во всяком случае, трактор никто взрывать не собирался – в Нью-Бойсе у корпорации была штаб квартира, большое и удобное депо с мастерскими, и заражать это все радиацией директорату Фарго совсем не хотелось.

На личном фронте у мисс Кэмпбелл также наметилось некоторое движение. Мистер Че Гавана, хоть и продолжал скорбеть о дорогих его сердцу людях, все-таки оставался молодым человеком, а мисс Кэмпбелл была весьма привлекательной, хоть и, как правило, вызывающе одетой девушкой. Поэтому нет ничего удивительного, что молодой Кроу начал испытывать к своей начальнице определенные чувства, причем, чем дальше, тем эти чувства становились глубже. В отношениях с женщинами Кроу, в целом, исповедовали двойную мораль. Пленниц, обычно, не спрашивали, что они делают сегодня вечером и вообще, как отнесутся к резкой и даже грубой смене семейного положения. Однако, в отношении девушек своего племени (а также дружественных племен) полагалось соблюдать сложную систему правил и приличий. Кайли, без сомнения, принадлежала к одному племени с Андреа, поэтому воин начал процесс ухаживания, как полагается. Как следует угостив Виктора и Чака, он завел с уважаемыми старцами беседу о том, что вот одному его знакомому очень нравится одна девушка… На этом месте Чак довольно невежливо оборвал Андреа и объяснил, что в Нью-Бойсе принято сперва разговаривать с девушкой, а уже потом с ее старшими родственниками, потому что если девушка против, особенно такая сильная и независимая, как Кайли, то и ему и Виктору останется только посочувствовать бедному Андреа Че Гавана. Молодой Кроу учел совет старейшин и пошел разговаривать с Кайли. Вот так прямо сразу взял и пошел. Мистер Че Гавана вообще полагал неправильным тянуть кота за хвост в долгий ящик.

Нельзя сказать, что объяснение Андреа оказалось для Кайли чем-то неожиданным. Мисс Кэмпбелл была неглупой девушкой и видела, какими глазами смотрит на нее молодой Кроу. Надо сказать, что лет семь-восемь назад, поймав такой взгляд от мужчины вроде Андреа, юная Кайли запрыгала бы от радости. Увы, эти семь лет наложили на душу мисс Кэмпбелл довольно уродливый отпечаток. Не то, чтобы Кайли возненавидела мужчин, вовсе нет. Но вот мысль о том, чтобы вступить с кем-нибудь из них в какие-то отношения, кроме товарищеских, пугала и отталкивала девушку. И все же, при всем при этом, Андреа Кайли нравился. Более того, мисс Кэмпбелл даже начала подумывать о том, что кроме пальцев и одной резиновой штуки, которую она приобрела в свое время в Нью-Рино и теперь старательно прятала от Виктора, могут быть и другие способы… Ну, вы понимаете, да? В общем, Кайли ответила Андреа в том смысле, что вот прямо сейчас она не готова, потому что… Ну, потому что не готова! Но в целом мистер Че Гавана ей нравится, и если он согласен подождать, пока мисс Кэмпбелл разберется в себе и вообще… Больше всего Кайли боялась, что Андреа воспримет это все, как отказ, вспылит и уйдет. Но, к облегчению девушки, молодой Кроу проявил неожиданный такт и понимание и согласился подождать. Жизнь пошла своим чередом, но Кайли теперь почти официально стала считаться девушкой Андреа. Или, вернее, Андреа стал считаться молодым человеком Кайли. В общем, сложно, но не безнадежно.

Отношения отношениями, а работа работой. ”Campbell & Co Transportation" продолжала возить людей и грузы, прокладывать новые маршруты и пробиваться к новым поселкам. Именно “Old Home” первым пробилсяы в город Сумасшедших Сук, доставив кое-какие необходимые грузы, и установив, таким образом, сообщение с новым и весьма многообещающим торговым пунктом. Собственно, с этого момента ”Campbell & Co Transportation" стала осуществлять ежемесячные рейсы к Сукам, став, таким образом, первым регулярным караваном на этой линии. Кайли водила свой трактор к Новым Шошонам, Не Персе и Серым Кроу, что, помимо прочего, позволило Андреа впервые за несколько лет увидеться с родственниками и соплеменниками. ”Campbell & Co Transportation" выполнила несколько работа в интересах независимых мерков и Рейнджеров Айдахо. Больших крышек это не принесло, но хорошие отношения с вольными наемниками и Лесными Воинами стоили затраченных времени и нервов.

В общем, жизнь шла своим чередом. У каждого члена в рейсе было свое место. Джеральд сидел за пультом контроля над реактором в крохотной кабинке сразу за отсеком управления и следил, чтобы «Old Home» не превратился в большое радиоактивное пятно. Конечно, автоматическая система защиты работала надежно, как и оба дублирующих контура, но мистер Александер полагал, что его контроль все равно необходим. Иногда, когда по той или иной причине трактору требовалась скорость, Джеральд переводил реактор на ручное управление, заметно повышая вырабатываемую мощность. Адреналин у членов экипажа в таких случаях тоже вырабатывался в повышенных количествах, да и давление у Виктора подскакивало.

Виктор, как правило, находился в кабине, готовясь, если потребуется, подменить Кайли за рулем. Если же вдруг по какой-то причине «Old Home» нуждался в срочном ремонте, Браун бесстрашно (ну, то есть он, конечно, боялся, но виду не подавал) выходил наружу и устранял неисправность. В таких случаях механику придавал смелости тот факт, что из верхнего люка за ним присматривал, обложившись своим немаленьким арсеналом, мистер Че Гавана.

Кайли оставалась бессменным пилотом и капитаном сухопутного крейсера. Она же вела переговоры (и, надо признать, вела успешно). Кроме того, девушка взяла на себя обязанности повара команды. Виктор как-то попытался намекнуть почти племяннице, что не дело председателя правления компании варить похлебку из кротокрыс, и вообще, надо думать об авторитете, но Кайли только рассмеялась в ответ. В самом деле, уронить авторитет в глазах любимого дядюшки мисс Кэмпбелл просто не могла, мистер Александер жил в своем особом мире, где авторитетов просто не существовало, а молодой Че Гавана, хоть и пообтерся в городе, сохранил повадки дикаря Кроу. А у Кроу, как и у прочих племенных, женщина, каким бы авторитетом она ни пользовалась, всегда оставалась хранительницей домашнего очага, пусть даже командовала военным отрядом. Так уж у них было заведено. И молодые Кроу беспрекословно подчинялись командиру-скво на поле боя, но при этом совершенно спокойно принимали то, что эта же скво на привале разводит костер и варит пищу.

Тем не менее, Кайли не раз думала, что в экипаже остается открытой одна довольно важная вакансия – корабельного врача. Мистер Александр, в общем, был неплохим фельдшером и ученым. Он, к примеру, мог довольно уверенно вскрыть человеку черепную коробку и потом поставить все на место. Но его метод лечения, в целом, сводился к тому, чтобы закинуть пациента максимальным количеством сильнодействующих препаратов и смотреть, что получится. Лечить людей Джеральд не умел – у него просто не было к этому склонности.

И вот, в одном из рейсов, мисс Кэмпбелл особенно остро ощутила, что «Old Home» нуждается в собственном медике. В этой поездке все как-то сразу пошло наперекосяк.
Ни с того ни с сего в середине июля зарядил долгий и сильный дождь. Старая разбитая дорога немедленно превратилась в болото. Хуже того, в этом болоте под слоем воды и грязи скрывались довольно неприятные куски довоенного бетона и всякие железные обломки. В сухое время их можно было объехать или осторожно столкнуть с дороги, но сейчас оставалось только ехать вперед, потому что обочины превратились в бурлящие потоки. Разумеется, “Old Home” зацепил правой передней гусеницей какую-то древнюю железяку. И разумеется, эта железяка заклинила ведущее колесо.

Виктор полез наружу с ящиком инструментов и, стоя по пояс в воде, принялся вырезать проклятую железяку из «звездочки». К сожалению, трактор застрял возле болота, и это болото оказалось густонаселенным местом. Болотный ныряльщик – весьма опасный хищник, в воде он не виден и не слышен, пока не станет слишком поздно. Тем не менее, первых двух тварей Андреа обнаружил и застрелил из своего гигантского штуцера прежде, чем они успели подобраться к Виктору. Однако, пока Кроу перезаряжал свое орудие, из грязи показался гигантский самец-охотник – глава семейства.



Отбросив штуцер, Че Гавана разрядил в чудовище штурмовой карабин, но это не остановило ныряльщика. Страшным ударом клешни он отбросил Виктора в сторону и уже собирался добить механика, когда Андреа с диким воплем прыгнул с трактора прямо на верхний панцирь охотника. Ухватив покрепче край хитиновой брони, Кроу вонзил длинный кинжал в лицо ныряльщика – единственное незащищенное панцирем место. Монстр осел в воду, а Че Гавана подхватил Виктора на руки и втащил его внутрь трактора. К счастью, инструменты в карманах фартука старого механика приняли на себя большую часть удара. У Брауна были сломаны ребра и разорвано плечо, но рана не выглядела смертельной. Увы, и Андреа и Кайли отлично понимали, что неминуемое заражение может довершить работу ныряльщика. К тому же, оставался открытым вопрос с заклиненной гусеницей. Джеральд не мог оставить свой пост – трактор остановился, и, чтобы не заглушить реактор, ученый перевел его на ручное управление. Андреа, к сожалению, мало что смыслил в гусеницах и плазменных резаках. В общем, Кайли сказала Кроу, что вверяет ему свою жизнь, и шагнула в воду.

К счастью, оказалось, что Виктор уже сделал большую часть работы, и спустя каких-то сорок минут и еще четыре ныряльщика гусеница была освобождена. Оставшиеся тридцать миль трактор прополз за пять часов, и все эти пять часов настроение Кайли только ухудшалось. У Виктора начался жар, раны воспалились, механику требовалась квалифицированная медицинская помощь. Помимо этого мисс Кэмпбелл начала ощущать, что работа по пояс в холодной воде не прошла для нее даром. Девушка чувствовала, что, похоже, она застудила свои женские места, которые начали слегка побаливать.

В результате в Айдахо-Фоллз капитан “Old Home” прибыла мрачнее тучи. Сдав груз получателю, Кайли, прихрамывая, отправилась к мэру и спросила: есть ли в городе врач. Мэр невозмутимо ответил, что врач в городе есть, и неплохой, но вот сумеет ли мисс Кэмпбелл с этим врачом договориться – это еще вопрос. Кайли раздраженно поинтересовалась, что это значит, и градоначальник ответил, что врач у них, как он уже сказал, хороший, но эта баба совершенно больная на голову, и он не уверен, что его сограждане не линчуют ее уже завтра. Ну, или она не разнесет полгорода.

Боль в женских местах была уже довольно сильной, да и Виктору с каждой минутой становилось все хуже, поэтому Кайли решительно потребовала, чтобы ее проводили к сумасшедшей бабе, а там уж она разберется. Помощник мэра вызвался отвести мисс Кэмпбелл. Стараясь не делать слишком резких движений, девушка отправилась за молодым человеком к приличному с виду двухэтажному зданию, на первом этаже которого располагался салун.

Несмотря на вечернее время, заведение было практически пустым. За стойкой бармен, как водится у этого племени, протирал старинные стеклянные стаканы, в углу высокая крепкая женщина в шортах, едва прикрывающих задницу, и короткой футболке, совершенно не прикрывающей живот, избивала кастетом двух здоровых мужиков, судя по виду – старателей. Помощник мэра поспешил откланяться, и Кайли осталась наедине с могучей амазонкой (бармен не в счет).

Мисс Кэмпбелл, впрочем, так просто было не смутить. Как мы уже говорили, наша героиня недолюбливала мужчин, и зрелище сурового, но наверняка справедливого наказания двух представителей противопо ложного пола ее не шокировало. Кайли откашлялась, и великанша, врезав в последний раз одной из своих жертв по уху, повернулась к мисс Кэмпбелл. Женщина была довольно молода – лет 27-28, в общем, ровесница Кайли. Ее круглое, деревенское лицо казалось довольно приятным, но больше всего мисс Кэмпбелл поразила улыбка незнакомки – добрая, приветливая и совершенно искренняя. «Больная на голову баба» была одета, как мы уже сказали, в шорты и футболку явно довоенной выделки. На футболке, на груди, красовалась старинная эмблема врачей – красный крест в белом круге. Крепкие ноги дамы прикрывали чулки – кожаный черный и вызывающе розовый нейлоновый, оба, впрочем, дырявые. Пара могучих ботинок из кожи брамина довершала наряд незнакомки. Русые волосы девушки были выбриты на макушке и затылке в совершенно рейдерском стиле.

Кайли решила, что женщина ей, в общем, нравится. Мисс Кэмпбелл уже открыла рот, чтобы изложить суть дела, когда незнакомка, не переставая мило улыбаться, шагнула ей навстречу. Кайли не успела и глазом моргнуть, как могучая амазонка оказалась прямо перед ней и по хозяйски положила руку прямо на больное место. Кайли почувствовала, что краснеет, причем не только от стыда, но снова не успела ничего сказать. Женщина убрала руку и совершенно спокойно заметила, что, в целом, ничего страшного, но тянуть с лечением не стоит. Мисс Кэмпбелл в ответ только и смогла промямлить, что ее механику помощь нужнее. Женщина кивнула, сняла с вешалки в виде рогов лорибу смешную шляпу-котелок с точно таким же красным крестом, как и на футболке и, взяв со стола небольшой кожаный саквояж, решительно направилась к выходу. Кайли, морщась, поспешила за ней. В углу на полу стонали и ворочались избитые старатели.

По дороге к трактору Кайли спросила незнакомку: за что она так отделала этих деревенщин. Высокая девушка пожала плечами и, не переставая улыбаться, ответила, что с мужчинами, которые сквернословят в присутствии дамы, иначе просто нельзя. Кайли задумчиво кивнула в ответ. Девушка на ходу сунула мисс Кэмпбелл крепкую широкую ладонь и как бы между делом сказала, что ее зовут Джессика Бланка Портер. Кайли представилась в ответ, и Джессика заявила, что им суждено стать друзьями, тем более, что обе понимают в красивой одежде.

Гигантский трактор, похоже, совершенно не удивил мисс Портер. Легко запрыгнув на подножку, Джессика втащила за собой Кайли, кивнула Андреа, как старому знакомому, и уверенно полезла в каюту, где громко стонал в бреду Виктор «Мятежник» Браун. Быстро и уверенно осмотрев старого механика, Джессика посерьезнела и сказала, что старика надо срочно отнести в ее кабинет. Андреа и Джеральд, который, наконец, заглушил реактор, быстро достали брезентовые носилки, прикрепили их к грузовой стреле и осторожно спустили Виктора на землю.

Кабинет Джессики располагался в полуразрушенном доме на краю города. Несмотря на несколько неортодоксальную манеру поведения доктора, клиника оказалась на удивление чистой и опрятной. Приказав положить механика на древний операционный стол, Джессика надела потрепанный, но чистый белый халат, вставила электронную ячейку в автоклав и принялась кипятить инструменты. Операция продолжалась три часа, все это время Андреа и Кайли ждали за дверью. Джеральд попросил разрешения остаться в операционной, чтобы ассистировать и набираться бесценного опыта. Мисс Портер умело вычистила раны, удалила омертвевшие ткани самодельным коагулятором, сделанным, судя по всему, из лазерного пистолета, наложила гипсовый корсет на сломанные ребра и поставила капельницу с антибиотиком и общеукрепляющими веществами. Джеральд предложил было вколоть больному пару стимпаков, но Джессика запретила это делать, указав на то, что сильнодействующее средство может повредить немолодому организму, ослабленному ранами и воспалением. Джеральд понял, что перед ним действительно профессионал.

Переложив Брауна на самодельную каталку, Джессика и Джеральд отвезли его в палату – соседнюю комнату, тоже весьма чистую. За окном уже темнело, когда мисс Портер пригласила Кайли в кабинет и велела раздеваться. В связи с деликатным характером болезни, Джеральд и Андреа были отосланы обратно к трактору с наказом не появляться, пока не позовут, а лучше вообще до утра. Морщась, абсолютно голая мисс Кжмпбелл улеглась на пахнущий мылом операционный стол и приготовилась к осмотру…

Кайли проснулась рано утром, когда первые лучи июльского солнца начали с трудом протискиваться в палату сквозь помутневшее за двести лет стекло. Девушка лежала на разложенном в углу операционной старом диване, по-прежнему голая, но прикрытая простыней. Женские места больше не болели, лишь слегка приятно ныли. Повернув голову, Кайли увидела, что рядом с ней на диване спит Джессика. Одежды на мисс Портер тоже не было…

Быстро восстановив в памяти события прошедшей ночи, мисс Кэмпбелл резко села на кровати и почувствовала, что неудержимо краснеет. Нельзя сказать, что для нее это был первый опыт такого рода, да и, чего греха таить, все прошло очень неплохо, чтобы не сказать больше. Просто Кайли уже давно решила для себя, что ее интересы лежат не в этой области. Хотя мужчина она тоже не любит. Но Андреа ей нравится. Даже больше, чем нравится. Все было так запутано, что когда Джессика, потревоженная резким подъемом Кайли, проснулась и потянулась к девушке с явным намерением продолжить ночные игры, мисс Кэмпбелл с перепугу в один дух выпалила свою историю, затем историю своей компании, своих друзей, и вообще, ты же понимаешь, что я так не могу, я его… Люблю. Осознав, что первым человеком, которому она сказала о своих чувствах к Кроу, стала лесбиянка, переспавшая с ней этой ночью, Кайли в замешательстве замолчала. К ее удивлению, Джессика широко улыбнулась и вдруг сказала, что любовь – это же здорово, и она всячески поддерживает в этом Кайли, и раз так, то больше они этого делать не будут, а мистеру Че Гавана, который, кстати, очень сексуален в этой своей кожаной безрукавке, о сегодняшнем можно просто ничего не говорить.

Кайли с облегчением вздохнула и принялась одеваться. Проверив, как обстоят дела у Брауна (жар пропал и механик спокойно спал), девушки позавтракали и отправились к трактору. По дороге их пару раз освистали (вернее освистали Джессику), три женщины сказали в адрес Джессики грубые слова, а один мальчишка запустил огрызком мутофрукта (не попал). Кайли заметила, что Джессику в городе, похоже, не очень любят, но докторша лишь беспечно рассмеялась и ответила, что местная деревенщина смелая лишь на словах, а на деле все равно ходит к ней лечиться. Хотя в последнее время они что-то стали совсем неприветливы. Наверное, из-за того случая на танцах. Но, в конце концов, не думают же они, что Джессику Бланку Портер позволено оскорблять лишь потому, что она одевается не так, как местные клуши! Кайли сказала, что по словам мэра жители городка подумывают о том, чтобы линчевать Джессику. «Пусть только попробуют», - храбро ответила мисс Портер. Однако лицо ее при этом погрустнело. Кайли вдруг подумала, что Джессику печалит не столько угроза ее жизни, сколько неблагодарность темных горожан.

В тракторе Джессика рассказала, что господин Браун находится на пути к выздоровлению, но перевозить его можно будет не раньше, чем через пять дней. Это время мисс Портер предложила друзьям пожить у нее. Кайли отогнала “Old Home” к клинике, и пошла закупать припасы.

В городе довольно быстро узнали, что экипаж “Old Home” живет в больнице, и члены команды быстро почувствовали, что неприязнь, которую население поселка испытывают к мисс Портер, теперь относится и к ним тоже. Кайли попыталась выяснить, чем именно Джессика так насолила горожанам, но ничего конкретного не узнала. Действительно, мисс Джессика вышибла дерьмо из пятерых мужчин – троих на танцах и двоих в салуне, но это членовредительство мало чем отличалось от того, что представители мужской половины города наносили друг другу по праздникам. Да, мисс Портер одевалась несколько легкомысленно, но для города, в котором действовал бордель с тремя девочками (которые, кстати, исправно платили налоги в городскую казну), здесь не было чего-то экстраординарного. Джессика просто раздражала горожан, и хотя некоторые уже успели полечиться у нее и признавали, что доктор она хороший, население Айдахо-Фоллз было едино во мнении: таким, как эта наглая шлюха, в городе не место. Кайли подумала, что наверное мисс Портер с ее вечной жизнерадостностью, улыбчивостью, яркими легкомысленными нарядами и готовностью сломать рот, назвавший ее дурным словом, просто слишком выделяется среди горожан. Люди не любят тех, кто выделяется. Особенно, если те могут дать сдачи. Между делом, Джессика призналась Кайли, что она, в общем, не совсем лесбиянка, мужчины ей нравятся тоже, просто ей почему-то не везет в любви.

На четвертый день, когда Виктор уже довольно уверенно ходил вокруг клиники, явился помощник мэра и пригласил мисс Кэмпбелл и мисс Портер к градоначальнику. Предчувствуя недоброе, Кайли велела Джеральду запустить реактор, а Андреа внимательно смотреть по сторонам. Че Гавана не хотел отпускать Кайли одну, ну ладно, Кайли и Джессику одних, но Виктор сказал ему, что он уже довольно оправился, чтобы управлять трактором, так что в случае необходимости они приедут на помощь, даже если для этого придется проложить в этом паршивом городишке новую улицу. Андреа сказал Кайли в случае беды стрелять почаще – они тотчас примчатся.

Мэр Айдахо Фоллз был мрачнее тучи. Закрыв дверь в свой кабинет, он предложил дамам садиться, и сразу взял брамина за рога. Горожане, наконец, дозрели до того, чтобы устроить маленькое линчевание. В городе последние полгода никого не убивали, и народ, судя по всему, заскучал. Линчевать решили мисс Портер, потому что она чужак, хоть и живет и лечит в Айдахо Фоллз с зимы. В общем, он настоятельно рекомендует мисс Портер уехать из города вместе с мисс Кэмпбелл. Джессика начала было говорить, что пусть только попробуют, но мэр поднял руку, и девушка замолчала. Мужчина выглядел очень усталым и несчастным. Градоначальник сказал, что если бы это что-то решало, он сам встал бы на защиту мисс Портер. Но это приведет лишь к тому, что их линчуют вдвоем, и город вновь погрузится в пучину анархии, а он только-только начал приводить Айдахо-Фоллз в порядок. Местные жители – люди темные, они живут в постоянном страхе перед набегами каннибалов, нападениями рейдеров, болезнями, радскорпионами и яо-гаями. В общем, нет ничего удивительного, что они хотят выместить свое раздражение на чужаках. Может быть, со временем что-то изменится… С этими словами мэр достал из стола увесистый мешочек, в котором что-то звякало, и попросил мисс Портер принять эти крышки в качестве компенсации за клинику, которую она привела в порядок, и которую теперь придется бросить. Девушки молча встали, забрали деньги, и, пожав мэру руку, вышли на улицу.

Близился вечер, и на улицах стали появляться вернувшиеся с полевых работ горожане. Жители Айдахо Фоллз провожали девушек враждебными взглядами, кто-то негромко шипел им вслед грязные оскорбления, украдкой плевал, но заступить дорогу не решались. Обернувшись назад, Кайли увидела, что за ними идет небольшая группа мужчин, к которой время от времени присоединялись новые горожане. Джессика, между делом, спросила у Кайли, сколько та возьмет с нее за билет до Нью-Бойсе. Мисс Кэмпбелл сквозь зубы ответила, что этот вопрос они обсудят потом. К счастью, они уже подошли к клинике, а вид гигантского, посвистывающего турбиной трактора несколько охладил пыл несостоявшихся линчевателей. Тем более, что из люка на крыше кабины торчал мистер Че Гавана, выложивший перед собой на броню довольно внушительный арсенал.

На то, чтобы собраться, у мисс Портер ушло не больше часа. Примерно треть этого времени Кайли отговаривала ее затаскивать в трактор диван, операционный стол и шкаф для инструментов, уверяя, что в Нью-Бойсе найдется не хуже. Наконец, вещи были уложены, двери задраены, и Кайли заняла свое место за рулем трактора. Поскольку Виктор по болезни решил ехать в горизонтальном положении на спальной полке, рядом с мисс Кэмпбелл на сиденье уселась Джессика. Когда «Old Home» уже тронулся, мисс Портер вдруг откинула верхний люк и по пояс высунулась из трактора. Кайли ожидала, что сумасшедшая докторша обложит собравшихся возле клиники угрюмых горожан последними словами, но вместо этого Джессика помахала жителям Айдахо Фоллз шляпой и крикнула, что она всех их любит. Шлепнувшись на сиденье, мисс Портер сказала, что вот теперь можно ехать. При этом девушка улыбалась во весь рот. Похоже, необходимость бежать из города, в котором она проработала полгода, мисс Портер совершенно не расстроила.

Обратная дорога до Нью Бойсе оказалась довольно скучной. Вода схлынула, и трактор уверено шлепал широкими гусеницами по грязи, слегка покачиваясь на ухабах. По дороге Джессика опять завела разговор о плате за проезд, и тут Кайли, наконец, решилась. Мисс Кэмпбелл предложила мисс Портер присоединиться к экипажу непобедимого сухопутного крейсера “Old Home” в качестве корабельного медика. Мисс Портер некоторое время молчала, а потом, сравнительно тихо (совсем тихо на тракторе говорить было нельзя из-за свиста турбины и лязга траков) ответила, что хотя это предложение, несомненно, очень лестное и ей тут нравится, но ведь она – доктор, и должна лечить людей. А на тракторе у нее будет только четыре потенциальных пациента, и ведь, если откровенно, их не в каждой поездке так ранят?

Это были как раз те слова, которых Кайли ожидала от сумасшедшей бабы Джессики Бланки Портер. Оторвавшись на мгновение от руля, растроганная мисс Кэмпбелл смачно чмокнула ошарашенную докторшу в щеку, после чего сказала, что никто не мешает мисс Портер исполнять свои обязанности в поездках. “Old Home” посещает разные места, и в большинстве этих мест врач бывает с караваном раз в месяц, а то и реже. Джеральд говорит, что в одном из блоков трактора был медпункт, там даже сохранилась эмблема, такая же, как на футболке Джессики. Джеральд вообще очень умный, а у Виктора – золотые руки, да Кайли и сама неплохо управляется с инструментами. Они в два счета соорудят для мисс Портер разборную операционную, и она сможет лечить в поездках людей, сколько ее душе будет угодно. А у компании будет еще один источник дохода. Перед таким предложением Джессика устоять не могла, и на первой же стоянке Кайли сообщила мужчинам, что теперь их в компании пятеро.

Мисс Портер вписалась коллектив, как тщательно подогнанная деталь в отлаженный механизм. Она была неприхотлива, сильна, вынослива, не боялась никакой работы и всегда источала радость и доброту. Много радости и доброты. Очень много радости и доброты. Если честно, то уже через месяц Кайли, Виктор и Андреа начали подумывать, что в их жизни никогда не было столько чертовой доброты.

Не то, чтобы это было так уж плохо, вовсе нет. В жестоком постапокалиптическом мире доброта оставалась довольно редким и дорогим товаром. Но даже рулет из мяса болотного ныряльщика может надоесть, если есть его каждый день на завтрак, обед и ужин. В душе Джессики таился неистощимый запас добра, океан любви и целая вселенная радости, и вся эта доброта, радость и любовь выплескивались на ни в чем не повинных членов компании "Campbell & Co Transportation". Собственно, выплескивались они на всех, просто Кайли, Виктор и Андреа чаще оказывались рядом. Постоянно находиться в эпицентре торнадо любви устанет даже самый истосковавшийся по человеческому теплу страдалец. Вспомнив, что Джессика говорила, будто ей не везет в любви, Кайли решила помочь подруге найти ее простое человеческое счастье, в надежде на то, что объект счастья слегка отвлечет богиню добра от простых смертных из компании "Campbell & Co Transportation". Однако довольно быстро выяснилось, что Джессика, несмотря на кажущуюся простоту, открытость и смелость, довольно робка в отношениях с совершенно незнакомыми мужчинами. То есть, дать такому мужчине в зубы кастетом, выпить с ним виски или залезть рукой в резиновой перчатке в задницу на предмет лечения геморроя – это всегда пожалуйста. Но даже простой разговор о погоде давался мисс Портер с огромным трудом. Она краснела, бледнела, запиналась и, в конце концов, либо уходила в себя, либо начинала нести такую околесицу, что отпугивала даже видавших виды посетителей «Головы каннибала». Для того, чтобы установить отношения с мисс Портер от мужчины требовались недюжинное терпение и чувство такта. Увы, в Нью-Бойсе мужчин с такими качествами было крайне мало, хотя, к примеру, Чак Мориц с Джессикой подружился.
Tags: fallout new vegas, idaho, miniatures, postapocalypse, доброта, дружба - это магия, медики, никогда не ешь наркотик, трактористы, человечность, юные школьницы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments