bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

"Old Home". Pet.

Седьмой, и, как надеется Кайли, последний в ближайшие год-два, член экипажа появился на сухопутном (и непобедимом!) крейсере «Old Home» совершенно случайно. Ну, то есть, разумеется, непосредственной виновницей такого прибавления стала юная Алисия, которую, в свою очередь, решила оставить на тракторе сама Кайли, так что, как иногда замечает Виктор, племянница должна винить сама себя. Но где вы видели директора компании, который признает свою вину? Нигде, конечно.

В общем, дело было ранней весной 2291 года. В отличие от зимы, когда нашли Алисию, в этот раз снега выпало немного, солнце пригрело как-то сразу и сильно, и Кайли решила не прерывать навигацию. Виктор, разумеется, ворчал, что трактору надо дать передохнуть, но мисс Кэмпбелл не собиралась упускать прибыль. В связи с небольшой, но распутицей, дороги были труднопроходимы для караванов, и контракты сыпались один за другим. Все, разумеется, устали, даже Алисия, которую Джессика обучала работать на камбузе, но Кайли обещала скорый отдых, регламент для трактора, новый комплект инструментов для Виктора, пулемет Андреа, отличную бигхорновую нить для Джессики и премию в крышках для Джеральда, потому что Джеральд всегда покупал себе поощрения сам. Ученый человек, как-никак, кто там разберет, что ему нужно.

Трактор как раз прибыл в Покателло – большой восточный торговый город (шестьсот пятнадцать жителей и продолжает расти!) Кайли отчиталась за груз, проверила вместе с Виктором ходовую часть и пошла договариваться насчет припасов и контракта на обратную дорогу. Андреа и Джеральд проверяли и чистили оружие экипажа, благо, в дороге пришлось изрядно пострелять. Джессика развернула свой медпункт и начала прием больных, потому что по весне доктора Покателло (оба) не справлялись с наплывом страждущих и не возражали против того, чтобы поделиться практикой. Словом, все были при деле, кроме юной Алисии. Маленькая мисс Кэмпбелл закончила приборку на камбузе, и, поскольку продуктов в холодильнике больше не было, постановила считать себя свободной. В Покателло ей бывать пока не приходилось, и девочка предвкушала массу интересного.

Мисс Кэмпбелл как раз закончила обговаривать оптовую закупку продуктов на экипаж из пяти с половиной человек, когда на улице раздались крики, и в магазин вбежал запыхавшийся помощник шерифа. Долговязый, нескладный, слегка прыщавый юноша снял шляпу и сказал, что он очень извиняется, но шериф настоятельно просит мисс Кэмпбелл выйти на улицу, потому что ее приемная дочь лупит палкой детей и одному, кажется, уже проломила голову.

Надо сказать, что помимо накопившейся усталости у мисс Кэмпбелл (да и у мисс Портер тоже, так нередко бывает у живущих вместе близких подруг), наступили вполне определенные дни месяца, что, естественно, не прибавляло мисс Кэмпбелл (и даже мисс Портер!) доброты и готовности прощать и любить своих ближних. В общем, когда Кайли ворвалась на площадь (долговязый юный помощник шерифа еле поспевал следом), Андреа и Джеральд (который, как мы помним, был отнюдь не дурак подраться), уже приготовившиеся сцепиться с несколькими здоровенными лесорубами из местных, резко осадили назад. Трое лесорубов, те, что поумнее, тоже отступили, а четвертый по совету добросердечного Джеральда вынужден был присесть на корточки и немного попрыгать, так быстрее проходит. Нельзя сказать, что лесорубы боялись женщин, в Покателло царили патриархальные нравы, и добрые горожане частенько поколачивали своих жен – не реже, чем раз в месяц. Это считалось показателем того, что в семье царят здоровая любовь и разумная строгость. Однако во взгляде мисс Кэмпбелл было что-то особенное, от чего огромные сильные мужчины вдруг задумались: откуда взялась эта дурацкая мода вставлять в носки ботинок стальные пластины?

Убедившись, что ей больше не нужно никого пинать в пах, Кайли перешла к осмотру места преступления. Судя по всему, битва разыгралась в небольшом углу между прачечной и продуктовой лавкой. Во всяком случае, именно там валялись на земле, держась за головы, два подростка лет по тринадцать-четырнадцать. Возле прачечной сгрудились еще семь или восемь мальчишек, напротив, прижавшись спиной к стене магазина, занимала оборону Алисия. В правой руке девочка держала, выставив вперед, большую суковатую палку, левой прижимала к груди какой-то громко пищащий живой комок.

Быстрый опрос свидетелей прояснил ситуацию. Оказывается, утром из леса вернулись охотники. Помимо мяса и шкур, мужчины принесли с собой четырех двухнедельных котят карликовой пумы. Трех разобрали владельцы магазинов на вырост, а четвертого охотники отдали детям – «поиграться». Дети, надо сказать, довольно жестокие создания, особенно когда они собираются в свои детские стаи. Мальчишки Покателло крутили котенка так и сяк, переворачивали на спину, щелкали по носу, подбрасывали в воздух и скоро заиграли бы насмерть, если бы на писк не прибежала исследовавшая город Алисия. Девочка вырвала детеныша из рук мальчишек и немедленно получила в глаз - как мы уже говорили, в Покателло царили патриархальные нравы. Однако маленькая мисс Кэмпбелл росла на непобедимом сухопутном крейсере «Old Home», где женщины пользовались заслуженным уважением, в том числе и потому, что умели постоять за себя. Алисия выдернула из поленицы палку и мигом отправила двух самых здоровых обидчиков в царство грез. Остальные отступили, но отрезали пути отхода, при этом самые младшие громко ревели, как принято у детей, когда тот, кого они собирались побить, дает сдачи.

Тем временем, на крик сбежались матери пострадавших, и ситуация осложнилась. Кайли отлично понимала, что если мужчинам можно дать носком ботинка по мошонке, то женщины за своих детей как минимум выдерут волосы. К счастью, в этот момент на поле битвы появилась Джессика. Несмотря на то, что у нее тоже подошло то самое время, мисс Портер по-прежнему являла собой средоточие доброты и любви – может не океан, но крупный такой залив. Осмотрев пострадавших, она успокоила их матерей, сказав, что головы целы, только немного разодрана кожа, и вообще, мальчики молодцы, что так смело терпят боль. При этих словах мальчики немедленно перестали стонать, мисс Портер сказала, что осмотрит и перевяжет их совершенно бесплатно, и вообще сегодня будет принимать пациентов с двадцатипроцентной скидкой, после чего инцидент немедленно оказался исчерпан. Через минуту зеваки разошлись с площади, Джессика увела побитых сорванцов лечиться, и Кайли, устало вздохнув, подошла к своей приемной дочери. Алисия уже выбросила палку и теперь прижимала к себе котенка обеими руками. В глазах девочки светилось такое отчаянное упрямство, что Кайли, несмотря на боль и раздражение, улыбнулась. Мисс Кэмпбелл обняла дочку и сказала, что та молодец, так и надо поступать, но вот котенка придется отдать. Алисия вывернулась из рук матери и подбежала к Андреа. Джеральд заметил, что детенышу всего две недели, у него еще даже не открылись глаза. Без матери такой зверек обречен – он не доживет и до вечера. Алисия немедленно заревела, Андреа укоризненно помахал на ученого раскрытой у уха ладонью, что у Серых Кроу является жестом глубокой укоризны. Но тут в разговор вступил лесоруб, познакомившийся с ботинком Кайли. Разогнувшись, наконец, здоровенный мужик сдавленно просипел, что эта дрянь так просто не дохнет, и вообще, если замешать молоко брамина с яичным белком и кормить из соски каждые два часа, то детеныш вырастет, как на материнском молоке. Надо только время от времени массировать ему животик и протирать мокрой тряпочкой, когда обделается. Они всегда так делают, когда собираются вырастить котенка пумы.

Здесь надо сделать небольшое зоологическое отступление. Пумы оказались единственным представителем семейства кошачьих, пережившим атомную войну. Звери оказались ровно того размера и силы, чтобы добыть себе пропитание в постъядерной Америке, особенно в то время, когда с деревьями было напряженно. Разумеется, черный дождь и светящийся снег не прошли для кошек даром – они здорово уменьшились в размерах. Но нет худа без добра - карликовые пумы изрядно прибавили в интеллекте, вплоть до того, что на зиму стали сбиваться в прайды, чтобы было проще охотиться на бигхорнеров, браминов, кротокрыс и лорибу. С людьми пумы старались не связываться, но изредка молодые звери, откочевавшие от прайда, чтобы создать свою стаю, начинали хулиганить на окраинах поселков. С такими кончали быстро и жестоко, но когда удавалось найти котят, их, обычно, оставляли в живых, особенно если те были совсем маленькие. Детеныши пумы легко приручались, отлично поддавались дрессировке, а когда подрастали – уверенно разбирались с гигантскими крысами и кротокрысами как в домах, так и на полях. Разумеется, при этом иногда из курятников пропадала птица, но это считалось разумной платой за сохранение урожая и уверенность в том, что ночью никто не отгрызет твоему ребенку нос или уши.

Внимательно выслушав этот фелинологический исторический экскурс, Кайли решительно повернулась к Андреа и сказала, чтобы Кроу купил молока брамина, яиц индейки и сделал соску – выкармливание котенка возлагается на него. Могучий воин, естественно, возмутился, но тут Кайли, наконец, взорвалась, и мистер Че Гавана, мистер Александер, несчастный лесоруб-фелинолог, да и, чего греха таить, Алисия, выслушали о себе много нового и интересного. Когда Кайли развернулась и яростно зашагала в сторону магазина, чтобы закончить сделку с припасами, Джеральд похлопал друга по плечу и весьма разумно разъяснил ему, что Кайли занята с грузом, Виктор – с трактором, он сам сейчас пойдет перезапускать систему управления реактором и подвеской, Джессика лечит, а вот с оружием они, вроде, уже закончили. И вообще, ну его к черту, спорить с бабами когда у них это самое. Андреа был гордым человеком, но он умел признавать очевидное, и, к тому же, очень уважал Мудрого Упоротого Енота. Тяжело вздохнув, метис сказал Алисии идти за ним и направился в продуктовую лавку.

Молоко брамина, пусть и несколько радиоактивное, обладает одним очень ценным свойством: оно долго не скисает. Замесив на камбузе стакан молока с яичным белком, Андреа и Алисия слегка нагрели смесь, налили в бутылку из-под «Ньюка-Колы», надели на горло самодельную соску из некоего резинового изделия и сунули бутылку детенышу. Котенок к этому времени уже так ослаб, что пищал совсем тихо.



Стоило, однако, дать ему в беззубый ротик соску, как детеныш моментально присосался к ней и в пять минут выпил все. Закончив с едой, маленький звереныш перевернулся на спину и уснул. Андреа, вспомнив наставления лесоруба, осторожно смочил водой полоску резины и принялся гладить котенка по животу, бокам и голове. Звереныш немедленно обделался, к немалой радости Алисии, которая даже не огорчилась, когда ее заставили менять подстилку. Уложив детеныша спать в набитый соломой ящик из-под гранат, Андреа сунул туда же завернутую в брезент бутылку с горячей водой и занялся своим ненаглядным штуцером. Алисия уселась рядом с ящиком и, не отрываясь, смотрела на спящего зверька. Ровно через два часа котенок проснулся и громким писком возвестил, что он снова хочет есть. Процедура повторилась. Когда вечером Кайли вернулась с рынка и увидела Андреа с котенком на коленях и бутылкой в руках, она, несмотря на боль, усталость и раздражение, прыснула. Могучий Кроу сделал каменное лицо и принялся наглаживать зверька резинкой. Всем своим видом воин показывал, что сын вождя выше насмешек неразумной скво.

Алисия хотела лечь спать рядом с ящиком, но ее отправили в постель, а ящик Андреа поставил рядом со своим постом наверху у люка. Метис спал чутко, и каждые два часа просыпался, чтобы покормить детеныша.

На следующий день выяснилось, что у Джессики несколько больше пациентов, чем предполагалось сначала, и трактору придется задержаться в городе. Кайли решила, что это пойдет на пользу репутации компании, да и лишние крышки никогда не помешают. Дел у мисс Кэмпбелл в этот день не было, и она предложила своему мужчине подменить его на дежурстве у котенка. К ее огромному удивлению Андреа отказался наотрез, объявив, что раз Ватанка передал эту жизнь в его руки, он и будет за нее отвечать. Покачав головой, Кайли пошла проверить, как дела у Виктора, а Андреа, напевая себе под нос что-то монотонное, принялся разогревать молоко.

«Old Home» задержался в Покателло на пять дней. За это время У Кайли и Джессики закончились женские дни, а у детеныша открылись глаза.



Он стал есть реже, но больше, орать громче и уже пробовал вылезти из своего ящика. Даже Виктор, который ворчал, что звереныш – это баловство, умилился, глядя, как котенок раз за разом пытается встать на задние лапки, чтобы перевалиться через край. Старый механик сделал для котенка упряжь, чтобы зверька можно был сажать на привязь, а дальновидный Джеральд уселся за изготовление портативного радиомаячка. За две недели, которые потребовались сухопутному крейсеру, чтобы вернуться из Покателло в Нью-Бойсе, котенок подрос настолько, что уже уверенно бегал по койкам, прыгая с одной на другую. Андреа постепенно начал переводить зверька на мясную диету.

Воспитание маленького звереныша – дело непростое, чем крупнее будет взрослый зверь, тем больше внимания нужно уделять тому, как растет детеныш. К счастью, Андреа, прошедший систему воспитания Серых Кроу, интуитивно понял, как следует обращаться с будущей стофунтовой кошкой. Котенку позволялось играть и даже слегка кусаться, но при малейшей попытке выпустить когти или цапнуть кого-то по-настоящему, Андреа хватал звереныша и довольно больно кусал его за лапы или за загривок. Котенок, считавший Кроу своей матерью (Андреа, конечно, утверждал, что отцом, но все понимали, что для зверька он – именно мама), быстро учился тому, что можно, а что нельзя. В Нью-Бойсе Джеральд надел на зверька ошейник с радиомаячком, что значительно упростило поиски детеныша, который, разумеется, начал исследовать окрестности. Соседей предупредили о пополнении у Кэмпбеллов, и маленькой пуме, по крайней мере, не грозило быть подстреленной. Правда, несколько раз котенка приходилось снимать со столбов, куда его загоняли собаки.

Некоторое время весь экипаж думал, как следует назвать звереныша. Андреа, как всегда, предлагал сильные и грозные имена, Джессика – миленькие, Джеральд и Виктор устранились, а Кайли сказала, что ей все равно. Однако довольно быстро выяснилось, что Алисия, которая чаще всего ходила искать звереныша по окрестностям, давно зовет маленькую пуму Флаффи (Fluffy), причем котенок отзывается на эту кличку. Джессика была в восторге, Андреа пришлось смириться. Виктор иногда в раздражении ворчит, что Fluffy – это сокращение от F…cking Lazy Utterly Foolish Furry Youngster, но Кайли запрещает ему так выражаться при ребенке. Впрочем, когда Флаффи передавил всех крыс в доме и выложил десяток Виктору на постель, старый механик признал, что от зверька, несомненно, есть польза. Его уважение к пуме выросло многократно, когда гигантский кот пресек вторжение кротокрыс, которые, оказывается, уже подкопались под северную стену мастерской и в любой момент могли обрушить полдома.

Разумеется, с началом новой навигации Флаффи стали брать в путешествия. Дважды он терялся, чем вызывал яростные скандалы между Кайли и Андреа, потому что капитанша утверждала, что ждать кота – это безумие, а Андреа требовал повернуть обратно, иначе он пойдет искать пуму сам. Оба раз мисс Кэмпбелл сдавалась и разворачивала машину обратно, только для того, чтобы убедиться, что Флаффи, выбиваясь из сил, бежит по следам «Old Home», оглашая окрестности немелодичными криками. На третий раз юный зверь, снова отправившийся гулять по городу (мисс Кэмпбелл пришлось заплатить за трех задавленных индюшек), прискакал к машине, как только услышал отвальный рев сирены.

Некоторое время Джеральд вынужден был ставить решетки на все дыры, в которые мог забраться непутевый зверь. К счастью, пума достаточно быстро выросла до таких размеров, что в большинство интересных для нее мест она теперь может просунуть разве что лапу. Впрочем, Флаффи нельзя назвать просто шкодливым нахлебником. Помимо периодического уничтожения крыс на базе в Нью-Бойсе, пума служит неплохим ночным сторожем на стоянках. Напуганный теми двумя случаями, когда, вернувшись, он не нашел трактора на месте, Флаффи теперь старается не отходить от машины далеко, поэтому любой негодяй, попытавшийся подкрасться к «Old Home» под покровом ночи, будет обнаружен чутким и зорким стофунтовым котом. Трижды за время своей недолгой жизни Флаффи громкими воплями предупреждал Андреа о подкрадывающихся врагах.

Интересно, что, решая проблему кормления довольно крупного зверя, Джеральд разработал схему изготовления сухого корма для домашних животных. Самому мистеру Александеру было лень заниматься разворачиванием промышленного производства, и, с согласия мисс Кэмпбелл, он продал технологию одному из бигхорнеровых баронов за небольшой пакет акций. Неизвестно, правда, найдет ли такой товар далеко не первой необходимости сбыт в Айдахо, где среди охотников, фермеров и лесорубов давно сложилась освященная временем традиция кормить домашних собак и пум тем, что попадется под руку. Впрочем, для Флаффи Джеральд всегда имеет пару мешков вкусных сухих печенюшек – это гораздо проще, чем варить для гигантской кошки мясо кротокрыс или жирномух.



Итак, встречаем: Флаффи – краса и гордость домашнего животного мира Нью-Бойсе:



Гроза гигантских крыс, кротокрысов и, по крайней мере, одного каннибала, которого он загрыз во время большой ночной схватки возле Айдахо-Фоллз. С городскими собаками Нью-Бойсе поддерживается вооруженный нейтралитет за исключением тех случаев, когда они собираются в стаю – тогда приходится спасаться на заборе. Вес – сто фунтов без малого, длина – четыре с половиной фута от носа до кончика хвоста. А что вы хотите – я же говорил, что в постъядерной Америке пумы – карликовые. Глаза – желтые, хотя Алисии и Джессике больше нравились такие, какие были у Флаффи в детстве – голубые.





Из-за перенесенных в ранней юности тяжелых моральных травм старается не отходить далеко от дома, как в Нью-Бойсе, так и от трактора. В Нью-Бойсе его вообще не видели дальше, чем в трех кварталах от мастерской мистера Брауна. Впрочем, поскольку мода на домашних пум еще не дошла до столицы, Флаффи не ощущает недостатка в объектах охоты – его война с крысами и кротокрысами будет продолжаться вечно. Флаффи достаточно уверенно расправляется с любой живностью до среднего радскорпиона включительно, если же оппонент ему не по зубам, кот не видит ничего зазорного в том, чтобы отступить. Тем не менее, пума несколько раз попадала в серьезный переплет, заставляя мисс Портер переквалифицироваться в ветеринара. Кстати, шрам над глазом Флаффи заработал, когда спасал Алисию от Ночного Охотника.

В дороге пума большую часть времени спит, валяется на лежанке в кабине рядом с Алисией или сидит на крыше рядом с Андреа, зато на стоянках носится вокруг трактора, как сумасшедший, впрочем, как мы говорили, далеко не отходит.

Экипаж «Old Home» Флаффи воспринимает, как свой прайд. Во главе прайда стоит самка его мамы (о некотором несоответствии пола Андреа и его роли матери Флаффи не задумывается), сам мама, видимо, выполняет роль главного самца. Второй самец, который маленький, видимо тоже играет важную роль в прайде, во всяком случае, его лучше не кусать за ноги, потому что если это сделать, откуда ни возьмись, прилетает молния, струя воды в нос или шарик вонючей краски. Еще у этого самца всегда есть вкусные мясные печеньки и иногда он втайне от мамы дает пожевать какую-то вкусную травку, от которой голова становится легкой и хочется кататься по земле, кусать свой хвост и вообще все выглядит очень веселым. Вторую самку, которая самая большая, кусать бесполезно, потому что она начинает громко ухать, хватает под пузо и очень сильно гладит по голове и спине. Старого самца кусать неинтересно, потому что он медленный, но весело, потому что он громко ругается и кидает чем-нибудь тяжелым. Детеныша кусать нельзя. Во-первых, потому что он ходит звать домой, а во-вторых, потому что за это мама может взять за задние лапы и больно ударить деревом, большим железным домом или просто землей. То же самое будет, если кого-то укусить до крови. Или сильно поцарапать. А ведь еще может взять за шкирку и больно-больно укусить. Так что ну его… И вообще, с детенышем интересно играть и спать на лежанке. Маму кусать можно, даже нужно, потому мама начинает быстро бить руками по голове, груди и лапам и нужно очень очень-очень постараться, чтобы их схватить.

В общем, с точки зрения пумы жизнь у него удалась. И, кстати, маячок Джеральд усовершенствовал до такой степени, что тот теперь помещается в небольшой серьге в ухе кота.

А вот теперь – общие фотографии нашего экипажа:






Не передать, как я задолбался с этой аркой. После Братства как-то думалось, что следующий кусок окажется меньше. Ан нет, сам собой вырос в черт знает что. Ладно, следующая глава будет больше соответствовать традиционному миру фоллаута, а текст я сделаю в разы короче - только, чтобы описать главное.
Tags: fallout new vegas, idaho, miniatures, postapocalypse, доброта, индейцы, котя, мужское, няш-мяш, трактористы, фауна, человечность, юные школьницы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments