bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Tentacles in the dark. Part IV.

Настоящее имя Мамаши Яо-гай было Аделаида Луиза Ковальски фон Блауберг. Ее отец, потомственный лесоруб мистер Билл Ковальски, так любил свою жену, что когда та, наконец, родила их первого и, увы, единственного ребенка, наградил девочку двойным именем и присоединил к своей фамилии фамилию жены. Ада выросла в весьма боевую девушку, и недостаток роста (пять футов один дюйм в ботинках с толстой резиновой подошвой) компенсировала умением постоять за себя, причем, как правило, на гениталиях обидчика. Кроме того, мисс Ковальски фон Блауберг имела язык столь острый, что даже самый отъявленные хамы старались с ней не связываться. Клички и дразнилки, слетавшие с языка юной Аделаиды, как опилки из-под циркулярной пилы, имели неприятной свойство прилипать к человеку на годы, а иногда и на всю жизнь. Однорукий Джек до сих пор молча покидает бар, когда кто-нибудь из молодых лесорубов просит его рассказать: почему он носит такое прозвище, хотя, вроде, обе руки у него на месте. Помимо умения драться и оскорблять, Ада прекрасно освоила двустволку, которую отец подарил ей на четырнадцатилетие. Старина Рагаззо не раз говорил, что хотя его и называют Королем Шотгана, по-хорошему в Нью-Бойсе у этого оружия должен быть не король, а королева.

Однако прозвище, которое стало ее вторым именем, мисс Ковальски фон Блауберг получила отнюдь не от коллег-лесорубов. Вскоре после окончания Великой Войны с Каннибалами, лесорубы Айдахо начали объединяться в большие бригады, чтобы обезопасить себя и своих близких во время зимнего и летнего сезонов лесоповала. Мы не станем здесь подробно описывать методы работы таких отрядов, этому будет посвящена отдельная глава. Достаточно сказать, что бригада, застолбив для себя участок нетронутого леса и заключив договор с одним из лесных баронов, отправлялась в назначенное место и принималась валить деревья, стаскивать их к месту отправки, а иногда и распиливать стволы на грубые доски и горбыли. Обычно в первые два дня ставили неказистый, но крепкий блокгауз, после чего вся бригада – и мужчины, и женщины, отправлялась валить лес. С детьми оставались один-два мужчины для охраны и одна из женщин – командовать приготовлением обеда. Старшие дети следили за младшими и помогали варить еду. Одним словом – все были при деле.

В тот день еду выпало готовить семнадцатилетней Аде. Из двух мужчин-охранников один расхворался и слег, второй же обходил блокгауз по периметру. Именно он и получил первые три стрелы людоедов. Лесоруб оказался человеком крепким и мужественным. Он не запаниковал, не бросился к дому, но, присев за поленницей, обломал стрелы и успел сделать несколько выстрелов в сторону леса. Предупрежденные выстрелами старшие дети успели загнать малышей в дом. Последней за дверь прыгнула Ада Ковальски. Через мгновение из леса выскочили воющие людоеды. Они добили раненого лесоруба и, окружив блокгауз, принялись ломать двери. Второй охранник метался в бреду, в срубе спрятались четырнадцать детей в возрасте от года до тринадцати, и одна девушка семнадцати лет. Казалось, все решится быстро, но у Ады насчет этого были другие соображения. Передав винтовку больного лесоруба старшему мальчику, она отправила его с детьми наверх – на стропила, а сама хладнокровно просунула ствол дробовика в бойницу и застрелила ближайшего дикаря наповал. Разумеется, в бойницу немедленно полетели стрелы, а потом и просунулось копье, но Ада уже отбежала к другой амбразуре и отстрелила еще одному людоеду ногу. Всего у девушки было пять патронов, и ни один не пропал даром. После того, как пятый дикарь свалился с зарядом дроби в животе, остальные отошли посовещаться. Они знали, что в доме остались дети, а детей каннибалы всегда старались взять живыми. Но в этот раз цена за пленников оказалась слишком высокой. Однако вернуться без добычи, потеряв столько воинов, людоеды не могли. Они снова начали подбираться к блокгаузу. Ада забрала у старшего мальчика винтовку, но незнакомое оружие заклинило при первом же выстреле. Ободренные отсутствием сопротивления людоеды сломали дверь и полезли в дом, но через мгновение отпрянули в ужасе. Первый воин, проникший в блокгауз, упал с разрубленной головой, а над его трупом встало чудовище с черным лицом и растрепанными волосами. Дико завывая, тварь всадила окровавленный топор в грудь второму каннибалу, остальные отпрянули, выставив вперед амулеты. Ада, с вымазанным сажей лицом и старательно взлохмаченными волосами, тихо подвывала у косяка, как бы приглашая смельчаков испытать судьбу. В конце концов, людоеды обошли дом и через бойницы всадили в девушку три стрелы. На этом, пожалуй, наша история бы закончилась, но, к счастью для детей, из леса бесшумно выбежали высокие люди с землисто-серой кожей и перьями в длинных, завернутых в узлы волосах.

Вообще говоря, военный отряд Серых Кроу собирался напасть как раз на лесорубов, которые самым наглым образом принялись валить деревья в охотничьих угодьях племени. И это при том, что инджуны через Рейнджеров передали лесным баронам, что данная территория принадлежит им! В общем, лесорубы, обманутые своим работодателем, вот-вот должны были стать жертвой гнева хозяев леса, но тут, на их счастье, Кроу наткнулись на свежий след стаи каннибалов. Поскольку людоеды всегда были приоритетной целью, военный вождь изменил планы и повел свой отряд за дикарями. Кроу подоспели как раз вовремя. Их внезапная атака повергла каннибалов в бегство, впрочем, уйти от инджунов не удалось никому. В принципе, следующими после людоедов должны были стать лесорубы, причем начать воины вполне могли с детей. Кроу всегда отличались простыми, патриархальными нравами, и не делали врагам скидку на возраст и пол. Однако начав, по привычке, разбираться с картиной произошедшей до прибытия его отряда схватки, вождь заинтересовался. Возле блокгауза лежали пять застреленных каннибалов, еще двое валялись на пороге, убитые топором. По всему выходило, что в доме засели храбрые и умелые воины. Вождь был уверен в силе своих талисманов, поэтому первым шагнул в тьму блокгауза. Легко перехватив слабый удар топором, инджун схватил своего противника и вытащил наружу. Перед ним была девушка ростом едва пять футов. Ее лицо было вымазано сажей, рыжие волосы страшно взлохмачены, а из спины торчали три обломанные стрелы. Рубашка девушки вся пропиталась кровью, и вождь знал, что наконечники стрел отравлены. Тем не менее, скво медленно взялась за рукоять маленького ножа на поясе и попыталась вытащить его из ножен, но пальцы уже не слушались хозяйку. Остальные воины тем временем вытолкали из дома наружу плачущих детей. Вождь снова осмотрел представшую перед ним картину, затем вынул из кисета мешочек с желтым порошком, и, используя Священную Трубку, вдул его Аде в ноздри.

Мисс Ковальски, которая последние несколько минут находилась между кошмарным бредом и явью, вдруг почувствовала, что ее мысли проясняются. Открыв глаза, она увидела перед собой гордое и суровое лицо, раскрашенное синими и зелеными красками. Ада подумала, что, видимо, попала из огня да в полымя, но тут инджун на вполне приличном английском спросил, как зовут маленькую скво. Не видя смысла скрываться, девушка гордо, пусть и слегка заплетающимся языком ответила, что ее зовут Аделаида Луиза Ковальски фон Блауберг, она дочь Билла Ковальски, и мистеру инджуну очень повезло, что у нее было только пять патронов. Инджун улыбнулся, потом расхохотался, а затем произошло неслыханное: огромный воин, ростом почти семь футов (Серые Кроу вообще редко бывают ниже шести), наклонился и поцеловал девушку в лоб. После этого он провел пальцами по своему лбу, а затем по щекам Ады, оставив на них две синие полосы – особенно яркие на саже. Вождь сказал, что отныне ее имя будет Мать Яо-гай, потому что только самки Яо-гаев сражаются за детенышей так, как дралась она. Вождь сказал, что они не тронут ни детей, ни лесорубов, но белые должны уйти – этот лес принадлежит не им. Воткнув, для наглядности, в косяк блокгауза свой украшенный перьями и разноцветной пластмассой томагавк, вождь увел свой отряд прочь. Через несколько минут на поляну выбежали лесорубы. Вырубка располагалась вниз по склону, и они услышали выстрелы, но для того, чтобы преодолеть три мили вверх у них ушло почти сорок минут.

Разумеется, лесорубы моментально собрали лагерь и убрались прочь. Лекарство дикарей подействовало, и Ада выжила, но отныне и навсегда она для всех, даже для родителей, будущего мужа, детей и внуков была Мамаша Яо-гай. Ада, в общем, не возражала. Она по-прежнему работала с бригадой своего отца, постоянно упражняясь с дробовиком. Отныне Мамаша всегда следила за тем, чтобы в патронташе было никак не меньше пятнадцати патронов. Она вышла замуж, родила четверых детей, потом овдовела. Когда Аде исполнилось пятьдесят пять, она решила покончить с кочевой жизнью лесорубов и открыла гостиницу в Нью-Бойсе. Ее характер, обширный круг знакомств со всякого рода отчаянными людьми, а также совершенно феноменальное мастерство, с которым Ада управлялась с двустволкой привели к тому, что гостиница «У Мамаши Яо-гай» приобрела уникальную репутацию: с одной стороны, там могли останавливаться весьма суровые и даже опасные люди, но с другой, рядом с такими крутыми мужиками вполне могли снимать комнату мирные механики, рабочие и даже одинокие приличные женщины.

fo37

В свое время Арчи жил в гостинице Ады Ковальски (даже в браке женщина сохранила фамилию отца, более того, настояла, чтобы дети носили двойную фамилию, как она в свое время) почти год, и успел по-своему полюбить сильную и мудрую старуху. Ему, человеку до мозга костей прагматичному, циничному и думающему, в основном, о собственной выгоде, почему-то доставляло удовольствие знать, что на свете есть честные и хорошие люди, которых, при этом совершенно не хочется убить, как того же Законника Роба. Надо сказать, мадам Ковальски тоже в некоторой степени привязалась к Хитрому Арчи. Умная женщина, в общем, догадывалась, что ее постоялец – вовсе не тот положительный и приятный молодой мужчина, за которого себя выдает. И то, что Арчи совершенно искренне старался вести себя с ней по возможности честно в некотором роде даже умиляло Мамашу Яо-гай. Ада всемерно одобрила переход Валдо в команду старого Морица. Мадам Ковальски считала Морица одним из самых приличных людей в Нью-Бойсе, и всяко уж лучшим и достойнейшим из наемников. Когда банда Плохих Парней завела собственное гнездо, Арчи не порвал связи с гостиницей Ковальски. Хотя бы раз в месяц он навещал Мамашу Яо-гай и приносил какой-нибудь подарок или гостинец. Рагаззо, посмеиваясь, часто говорил своему обожаемому капо (естественно, не при Валдо), что, похоже, у них там под землей все дети рождаются в пробирке, и малыш только сейчас вдруг понял, что у человека может быть мать.

В общем, нет ничего удивительного в том, что когда Валдо понадобилось пристроить дикую, но приличную девицу с Запада, он повел ее в гостиницу «У мамаши Яо-гай». Когда Арчи и Эва вошли в прихожую, мадам Ковальски как раз проверяла приходно-расходные книги. Арчибальд начал было объяснять, что ему, вернее этой мисс, нужно снять комнату на время, но тут мадам Ада коротко велела мисс-не-знаю-вашего-имени подождать у стойки, а мистеру Валдо, наоборот, следовать за ней. Мистер Валдо покорно отправился за мадам Ковальски в ее кабинет, где его немедленно взяли за ухо и принялись это ухо немилосердно драть.

Мало кто в Нью-Бойсе мог похвастаться тем, что дергал за ухо Змеиного Судью и остался при этом жив. Собственно, большинству бы это и в голову не пришло. Но, как мы уже говорили, у мадам Ковальски были репутация и особое влияние на Арчибальда Валдо. Поэтому Хитрый Арчи лишь стиснул зубы, пока Мамаша Яо-гай шепотом выговаривала ему на тему: за кого он ее держит и что себе позволяет в ее приличном заведении, хочешь кувыркаться со шлюхами - иди в клоповники на набережной! Так же шепотом (ибо стены в старом доме очень тонкие и все в дырах), Змеиный Судья ответил, что эта мисс – отнюдь не шлюха, просто дикарка из морского племени, уже успела вляпаться в историю, из которой он, Арчи, ее вытащил, и теперь ему нужно пристроить ее у какой-нибудь приличной женщины, которая сможет объяснить девушке, как следует вести себя в городе-да-не-дергай-ты-так-ухо!

Мадам Ковальски отпустила ухо и с некоторым сомнением посмотрела на Арчи. Затем, велев ему ждать в кабинете, она вышла в прихожую и принялась допрашивать Эву. В конце концов, в будний день в одиннадцать утра в гостинице визитеры бывают крайне редко. После недолгого, буквально минут на десять, разговора, Ада вызвала Валдо обратно и объявила свое решение: мисс Эва Кайла Макдональд из клана Двухголовых Акул может остаться в гостинице, благо, номера свободные есть. Завтрак – в семь, ужин – в восемь, но вечера. Мадам Ковальски даже сделает ей скидку, но у нее есть одно условие. Арчи, который уже догадывался, что это будет за условие, глубоко вздохнул. Мамаша Яо-гай посмотрела на него своим особым, я-с-тобой-еще-поговорю-юный-джентльмен взглядом, после чего объявила: Эва будет жить в гостинице, если только станет подобающе одеваться. У нее приличное заведение, и незамужняя девушка не будет в нем разгуливать с голым, простите, задом. Да и замужняя, в общем, тоже. И живот надо тоже чем-нибудь прикрыть.

К удивлению Арчи, Эва легко согласилась на это условие. Девушка была простодушна, но отнюдь не глупа, и видела, что ее наряд несколько отличается от того, что принято носить в Нью-Бойсе. Поскольку готовой одежды ее размеров ни в одной лавке не было, мадам Ковальски выдала Эве занавеску с приказом обернуть вокруг талии, и отправила к соседу-гулю мистеру Эпштейну, который занимался пошивом костюмов и платьев в Бойсе вот уже двести тридцать пять лет с некоторыми перерывами.

Первые три недели Эва работала в гостинице, помогая мадам Ковальски с разного рода домашними делами, вроде колки дров, стирки белья, пайки труб в котле (после лодки покойного дяди котел казался сущим пустяком) и тому подобными мелкими хлопотами. Пару раз девушка помогала привести в чувство зарвавшихся соседей (иногда такого рода инциденты случались даже в относительно приличных районах Нью-Бойсе), и однажды осуществила выселение клиента, который не платил за комнату месяц. Мадам Ковальски особенно понравилось то, что перед тем, как выставить паршивца на улицу (прямо с третьего этажа), Эва открыла окно, так что и рама и стекло остались целы. Такие предусмотрительность и внимание к мелочам говорили о том, что девушка пойдет далеко.

Однако мисс Макдональд (отныне мы вслед за мадам Ковальски будем использовать сокращенную форму ее именования) понимала, что ее заработок в качестве гостиничной прислуги вряд ли позволит содержать всю семью. Девушке нужна была работа с жалованьем повыше. Посоветовавшись с Адой, Эва решила попробовать карьеру независимого мерка. С тех пор, как UWMWI перешла под крыло Легислатуры, штат испытывал постоянную нехватку ломерков для выполнения заказов частных клиентов. Мадам Ковальски, постепенно вытянувшая из Эвы всю ее историю рассудила, что работа наемницы вряд ли будет более опасной, чем охота на чудовищ в водах Си-Атолл. И вот, одним ноябрьским утром Эва отправилась становиться на учет в Службу Учета Независимых Мерков Питера Доннахью.

Надо сказать, первоначально Питер был не слишком высокого мнения о мисс Макдональд (да простится нам этот неловкий каламбур). В конце концов, когда в городе можно вполне спокойно купить лазерное и плазменное оружие – были бы крышки – копья, дротики и морские тесаки выглядят несколько архаично. Но первая же работа по сопровождению каравана показала, что мистер Доннахью несколько поспешил со своим скепсисом. Дротик из электрода действительно выглядит несколько старомодно, но только до тех пор, пока вам не нужно отражать нападение внезапно вынырнувшего из казалось бы неглубокой лужи Болотного ныряльщика. Панцирь этих тварей выдерживает попадание свинцовой пули, если, конечно, это не 45/70 Govt или 0,50 Браунинг. С другой стороны, отравленный дротик в морду несколько дезориентирует опасное существо, позволяя одной сильной и смелой девушке зайти сбоку и, подцепив ноги гарпуном, опрокинуть чудовище на панцирь. После чего воткнуть этот же гарпун твари в брюхо и, приплясывая, чтобы увернуться от мечущихся хитиновых ног и щелкающих клешней удерживать жертву, пока яд не подействует. Второго ныряльщика, конечно, застрелили обычным способом, но на караванщика огромное впечатление произвел тот факт, что в одном случае для уничтожения зверя потребовалось израсходовать двадцать патронов различного калибра и одну микроядерную ячейку, а в другом все обошлось одним броском отравленного заточенного электрода. Словом, мало-помалу, Эва сделала себе имя в кругах наемников Нью-Бойсе. Она, конечно, не могла претендовать на верхние строчки в рейтинге Питера Доннахью, но, тем не менее, считалась профессионалом высокого класса, который прекрасно работает там, где возможно внезапное нападение и бой накоротке. Кроме того, Эва часто бралась за заказы на уничтожение вредных и опасных животных. По всей видимости, привычка соревноваться с сильным и опасным зверем засела в характере мисс Макдональд сильнее, чем она думала. Тем не менее, Эва избегала работ, связанных с водой: на озерах, реках, болотах и даже на их берегах. Мисс Макдональд до сих пор иногда просыпалась в холодном поту, увидев во сне два ряда горящих зеленых глаз и щупальца в черной воде.

Мистер Валдо, который теперь навещал гостиницу «У Мамаши Яо-Гай» гораздо чаще, чем раньше, сперва не одобрил выбор мисс Макдональд. Но мадам Ковальски указала ему на то, что, во-первых, с такими данными, как у Эвы, девушке дорога либо в шлюхи, либо в домохозяйки. В шлюхи мисс Макдональд не годится. Для того, чтобы стать домохозяйкой, надо для начала выйти за кого-нибудь замуж, на что у девушки, принимая во внимание некоторые особенности ее характера, шансов немного. Да и много ли в Нью-Бойсе хороших мужчин, с которыми бы не страшно было прожить всю жизнь? Ну а на любой другой работе из красивой девушки рано или поздно попытаются сделать опять же шлюху. Что ты хочешь? Wasteland sucks, kiddo. И вообще, что это ты вдруг так заинтересовался судьбой Эвы? Это больше не твоя забота, все, пост сдал – пост принял. Или у вас, мистер Арчибальд Боуи Валдо, здесь есть какой-то особый, личный интерес? Ну так имейте в виду: я не дам морочить девчонке голову и ломать ей жизнь. На эту отповедь Арчи огрызнулся в том смысле, что, конечно, будет гораздо лучше, если девчонке сломают шею, или, например, она попадет в руки к рейдерам или каннибалам, так, что ей сперва сломают жизнь, потом шею, а потом съедят, но вынужден был признать, что у него нет никаких таких особенных интересов в судьбе Эвы Макдональд. Ада с некоторым разочарованием пожала плечами и сказала, что на нет и суда нет.

Однако стремление взобраться по рейтинговой лестнице как можно выше, чтобы получить по-настоящему высокооплачиваемые заказы, в конце концов сыграло с мисс Макдональд дурную шутку. Однажды, когда Арчи Валдо отдыхал в «Голове Каннибала» после очередной работы (Чак Мориц продолжал неукоснительно брать заказы на выполнение, несмотря на свою работу судьей), к нему прибежал мальчишка-уборщик из «У Мамаши Яо-гай» и сказал, что мадам Ковальски очень просит зайти господина Валдо, как можно скорее. Рагаззо было предложил пойти с ним, но Арчи вежливо, но твердо отклонил его предложение и побежал в ночь за мальчишкой, оставив Джонни посмеиваться в свой стакан с виски.

В гостинице мадам Ковальски рассказала Арчи, что Эва нанялась охранницей в караван, направляющийся в поселок Рири (Ririe), что к северо-востоку от Айдахо-Фоллз. Валдо знал об этой работе. В окрестностях Рири орудовала пара самцов-дефкло, поэтому большинство караванов в ту сторону было отменено – купцы ждали, когда у Рейнджеров дойдут руки разобраться с этой напастью. Разумеется, можно было нанять сильную охрану, но в таком случае расходы на охранников заметно превысили бы любую выгоду от торговли. Однако один не слишком умный торговец решил, что попробует проскочить, сыграв на том, что после долгого перерыва в торговле цены на его товары: лекарства, боеприпасы и соль взлетят так, что он сделает минимум триста процентов прибыли. Тратить деньги на хорошую охрану он не собирался, поэтому нанял лишь жадных до заработка и известности юнцов, в числе которых оказалась и Эва. Караван ушел шесть дней назад…

Странное дело, но мистер Арчибальд Боуи Валдо, которому, кажется, не было никакого личного интереса до судьбы Эвы Макдональд-и-Что-то-Там-с-Акулой-с-Двумя-Головами, при этих новостях наорал на мадам Ковальски и так треснул кулаком по стойке, что проломил одну доску. С полминуты он размышлял, причем мадам Ковальски – удивительное дело! – сидела тихо, после чего бегом направился в штаб-квартиру Плохих Парней. Прихватив в своей комнате штурмовую винтовку, пистолет, нож и combat armor, он оставил для Джонни Рагаззо записку с извинениями по поводу того, что вынужден взять его, Джонни, личные две ньюка-гранаты, но обязательно вернет, после чего направился к зданию «Фарго», где за двойную цену купил билет на бронированный автобус, направляющийся в Айдахо-Фоллз.

На дворе стоял декабрь, но настоящий снег еще не выпал, а вот дороги уже подморозило – словом, идеальное время для путешествия в машине, представляющей обшитый разными кусками металла грузовик, которому уже больше двухсот лет от роду.



Машина бодро катила по разбитому шоссе с устрашающей скоростью 20 миль в час, словом, через трое суток Арчи был в Айдахо Фоллз – как раз для того, чтобы узнать, что караван на Рири ушел ровно час назад. Было два часа дня. Арчи глубоко вздохнул, прикинул, что брамины идут со скоростью едва ли две мили в час, после чего купил в ближайшем магазине на всякий случай снегоступы (они были отложены для другого покупателя, но Арчи дал две цены), приторочил их к своему рюкзаку и побежал по свежему следу в совсем неглубоком снегу.



Больше всего Арчи боялся увидеть на снегу кровь и растерзанные тела, но к своему облегчению через час он догнал караван. Внезапное появление самого Змеиного Судьи нагнало такого страху на караванщика и молодых мерков, что Арчи, сам того не желая, вдруг оказался командиром отряда. Следовало решать – и быстро – что делать: возвращаться в Айдахо-Фоллз или идти дальше в Рири. Первый путь, конечно, был правильней, но, посмотрев в ту сторону, откуда пришел, Арчибальд увидел серебряную полоску на горизонте и понял, что с юго-запада идет снежный фронт. Если двигаться ему навстречу, можно попасть в снегопад в миле от города. При этом дефкло, наверняка, почувствовав перемену погоды выйдут на охоту – они ориентируются, в основном, по нюху, им не составит труда найти добычу. Кроме того, отвернуть от цели, до которой оставалось каких-то восемь миль, означало уронить честь Плохих Парней. И хотя Старый Мориц, наверное, одобрит такое решение, остальные мерки могут посчитать, что Змеиный Судья – вовсе не тот опасный ублюдок, которым кажется. И, наконец, Арчи знал, что, охотясь, дефкло, как правило, идут по следу, в то же время местность до Рири – открытая, не оставляющая места для засады. Взвесив все шансы, Валдо приказал гнать браминов, что было сил – в Рири надо попасть до темноты.

Эва, как самая сильная, шла впереди, тропя дорогу остальным. Арчи – единственный, догадавшийся взять снегоступы – бегал вдоль каравана по неглубокому снегу с винтовкой в руках и вглядывался в белое безмолвие, пытаясь угадать холмик, за которым спряталась гребнистая смерть. Змеиного Судью утешало лишь одно обстоятельство: зимой, на холоде дефкло должны двигаться гораздо медленнее, чем летом.



К счастью, отряд добрался до поселка без приключений. Рири был совсем небольшим поселением – он не имел сплошной стены, лишь две сторожевые вышки-башни. В этом районе Айдахо леса не росли даже до Великой Войны, а сейчас со строительными материалами стало и того хуже, поэтому даже Общий Зал, в котором нашли укрытие от ветра и холода караванщики, был довольно хлипким строением.



Приказав задать корма браминам, назначив караулы и обговорив ситуацию со старейшиной поселка, Арчибальд без лишних слов подошел к Эве и, схватив ее за куртку чуть пониже грудей (выше было просто неудобно), припечатал девушку к стенке. Все немедленно сделали вид, что смотрят в другую сторону, а Арчи, задыхаясь от ярости и, чего греха таить, стыда за свое глупое поведение во всей этой истории, прошипел: «Какого черта ты сюда поперлась?» Эва, ошарашенная таким взрывом эмоций, осторожно отцепила руки Змеиного Судьи от своей одежды, аккуратно взяла Арчи подмышки и переставила на фут от себя, чтобы говорить с ним не поверх бюста, после чего пролепетала, что просто хотела немного заработать, ведь ей надо будет перевезти в Нью-Бойсе семью, и вообще, почему Арчи так этим интересуется и что он тут делает? Арчи, понимая, что неудержимо краснеет, буркнул, что он волновался.

Арчибальду Боуи Валдо следовало бы получше подбирать слова для этого разговора. За всю свою жизнь ни один мужчина не говорил Эве, что он за нее волнуется. Ну, конечно, были отец и братья, но это все немного не то. Это, как если бы за тебя волновалась твоя рука или нога. Но Арчи был абсолютно посторонний человек, помощник вождя (Эва понемногу начала разбираться в том, как устроено общество Нью-Бойсе), младший судья – а ведь это должность старейшины! – и вообще довольно симпатичный молодой человек, смелый, удачливый и умный воин! Даже для современной девушки это был бы завидный куш, а для простодушной дикарки из племени, слишком примитивного, чтобы врать и придумывать то, чего не было, Арчибальд был пределом женских мечтаний! Да, он был немного низковат, но Эва уже привыкла к тому, что все мужчины смотрят на нее снизу вверх, и научилась не обращать на это внимание. Словом, наша героиня лишь открывала и закрывала рот, лихорадочно пытаясь придумать ответ, который не выставил бы ее совсем уж дурой… К сожалению, как раз в этот момент с улицы раздался рев и треск ломаемых досок: голодные дефкло, наконец, пришли за добычей прямо в Рири.

Зверушки, судя по всему, не ели несколько дней. В результате они совершенно утратили страх перед людьми (даже если у них и было что-то подобное) и принялись ломиться в первую попавшуюся хижину, из которой пахло вкусной человечиной. Вообще говоря, дефкло не слишком хорошо ориентируются в помещениях, да и когти их не предназначены для того, чтобы ломать бревна и доски. Но, как мы уже сказали, шаки поселка были слеплены буквально на живую нитку. Всем моментально стало ясно, что скоро твари доберутся до человечины. Старейшина, естественно, бросился за помощью к меркам. Из пяти охранников двое сразу заявили, что это не их дело, еще два колебались, и лишь Эва молча скинула куртку и юбку, оставшись в своем морском одеянии (если его можно так назвать) и принялась застегивать на груди бандольеры с дротиками. Такое обилие совершенно неприкрытого женского тела на время прекратило дискуссию: все представители мужского пола сглатывали слюну и пытались вспомнить, о чем они тут спорили. Именно в этот момент в зале прозвучал жесткий, не терпящий возражений, поистине командирский голос. Арчибальд Боуи Валдо сказал, что о том, чтобы бросить жителей поселка на произвол чудовищ не может быть и речи. У членов ассоциации независимых мерков есть свои нормы чести и правила работы. И если кто-то попытается на них наплевать, он, Младший Судья Валдо прямо сейчас проведет выездную сессию суда, вынесет приговор и приведет его в исполнение. Гонорар за уничтожение опасных животных он обсудит со старейшиной позднее. План будет такой: вы пятеро полезете на стропила, раздвинете дранку крыши и будете стрелять тварям в спину и шею сверху, стараясь поразить хребет. Эва, ты должна всадить в них как можно больше своих отравленных дротиков. Один выйдет на улицу и будет стрелять в дефкло снизу, чтобы отвлечь их от хижины с людьми и заставить бегать вокруг зала, подставляя под пули и дротики. На немой вопрос: кто же будет этим смельчаком? Арчи молча скинул меховую куртку, оставшись в комбинезоне, проверил пистолет и винтовку и шагнул за дверь.

Не то, чтобы Арчибальд Боуи Валдо вдруг ни с того ни с сего решил стать героем. Нет, естественно, все его существо кричало о том, что это глупость и надо послать в качестве наживки одного из молодых идиотов. Но, во-первых, Арчи собирался стать начальником полиции Нью-Бойсе, а для этого мало иметь в своей репутации только умение стрелять в людей прежде, чем они закончат тебе угрожать. С другой стороны, самоотверженный, смелый и при этом умный и справедливый мужчина – это как раз подходящая кандидатура на такой пост. Во-вторых, от того, сколько дротиков успеет всадить в тварей Эва зависело – останутся ли они все в живых, а значит, дефкло надо отвлекать как можно дольше. Неопытный мальчишка с таким просто не справится. Ну и в-третьих (Арчи никогда бы не признался себе, что и в главных) – он действительно в жизни никогда не видел таких сисек и задницы! Арчи считал себя достаточно опытным в отношениях с женщинами молодым человеком. Но Эва была, скажем так, женщиной другого рода. Валдо знал, что смог бы ее соблазнить, даже если из-за этого пришлось бы рассориться с мадам Ковальски, Джонни, да и старым Морицом, у которого были свои понятия о чести. Но при всей своей хитрости и беспринципности Арчи, как это ни смешно, все-таки считал, что обещают жениться только совсем уж грязные ублюдки.

Словом, Арчи не мог уронить себя в глазах девушки с такими выдающимися достоинствами. Поэтому он подошел к хижине, которую дефкло уже разобрали настолько, чтобы просунуть внутрь морду (но пока еще не обе лапы), и спокойно выпустил в обеих тварей все двадцать патронов, после чего сменил магазин и принялся пятиться к городскому залу. Даже несмотря на пищевую лихорадку, твари почувствовали попадания пуль 7,62 мм и, оторвавшись от хижины, повернулись в сторону Валдо.



Не слишком хорошее зрение и великолепное обоняние сообщило животным, что прямо перед ними находится добыча, до которой не нужно проламываться сквозь стенку. Твари развернулись и бросились на Валдо, который, не теряя спокойствия, катнул им под ноги ньюка-гранату и, повернувшись, бросился наутек. Он как раз успел забежать за угол, когда мощный взрыв сотряс все здание, прикрывшее Арчи от ударной волны. Змеиный Судья не видел, что граната серьезно покалечила одного из дефкло, который с трудом поднялся и, хромая, поковылял к Городскому Залу, осыпаемый сверху пулями и дробью мерков. Второй зверь мчался по следу Валдо, и именно в него Эва всадила один за другим четыре отравленных дротика. Морской яд очень силен, но действует не сразу, поэтому Арчи, услышав за спиной тяжелый топот, не оглядываясь швырнул за спину вторую гранату и прибавил ходу. Взрывная волна приподняла его над землей, перевернула в воздухе и швырнула в сугроб. Борясь с подступающей темнотой, Арчи сел в снегу и поднял винтовку. Дефкло был в каких-то двадцати футах – взрывом ему перебило ногу, и он медленно полз, подтягиваясь на когтях. Арчи навел «Инфильтратор» и короткими очередями расстрелял второй магазин прямо в голову твари. Отбросив винтовку, Судья вытащил пистолет и успел сделать еще восемь выстрелов, когда яд, наконец, подействовал, и дефкло, задергавшись, издох, не дотянувшись до ботинка Валдо каких-то восемь дюймов. Арчи аккуратно убрал пистолет в кобуру. Из-за дома доносилась пальба и бодрые вопли молодых мерков, добивавших второго зверя. Арчи блаженно откинулся в снег, и тут на него обрушился кто-то очень сильный, кричащий, гладкий и очень приятный на ощупь. Стиснутый в могучих объятьях, прижатый к огромной и практически не прикрытой груди, Арчибальд Боуи Валдо удовлетворенно зашипел от боли в отбитой спине и подумал, что несмотря на значительные финансовые затраты и профессиональный риск, эта работа, пожалуй, будет самой выгодной с начала его карьеры независимого мерка.

Вроде, третий раз у меня идет без фотографий моделей, но раньше-то все было про разный лор, а сейчас про персонажей. Ладно, надо напрячься и сделать последнюю часть - и закончить уже с этим, а то там новье подпирает. Одно плохо - "Гасдрубал" закрыт до апреля (надеюсь, что только до апреля), так что до апреля новье отфоткать не получится(((
Tags: 45-70 govt, deathclaw, fallout, fallout new vegas, huge members, idaho, nom-nom-nom, postapocalypse, Хибины, дружба - это магия, индейцы, много скальпов, резать по живому, слабоумие и отвага, хорошие картинки, юные школьницы
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments