bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Injunz of Idaho. New Shoshones, Part VII.

Залог успеха любой военной операции – простота ее плана. Это особенно справедливо для случая, когда планирование осуществляется в спешке. Нельзя сказать, что Билл не готовился к штурму убежища. На протяжении многих месяцев он придумывал для своих ополченцев тренировки и учения, которые должны были помочь им в будущей атаке на подземный город. Снова и снова капитан и Джим Мохонно намечали маршруты движения колонн эвакуируемых жителей резервации. Билл выучил наизусть распорядок смены караулов охраны Волт-Тек, расположение и сектора обстрелов автоматических турелей, время, необходимое для перезагрузки компьютеров, управляющих гигантской стальной дверью, что закрывает вход в Убежище 31. И все же, Холл надеялся, что у него будет больше времени на разработку плана атаки. Приказ сопроводить будущих жителей убежища ко входу в подземный город менял все. Билл понимал, что как только последний обладатель пропуска Волт-Тек перейдет по складному мостику глубокий забетонированный ров перед входом, стальная дверь с грохотом встанет на свое место, и путь в Убежище 31 для Шошонов будет закрыт навсегда. Значит, первоочередная задача Ополчения – задержать прибывающих жителей и персонал на территории резервации до наступления темноты. В этом деле вся надежда Билла была на Оливера Сайка. И Сайк не подвел своего командира.

Когда первые счастливые обладатели пропуска Волт-Тех подъехали к границе резервации Форт Холл, их встретил шлагбаум, перекрывающий восемьдесят шестое шоссе. С восточной стороны дороги препятствие дополняла видавшая виды полицейская кабина из пластика на металлическом каркасе. Рядом с будкой стоял потертый пикап, а возле пикапа – высокий человек в темной форме. Широкополая шляпа военного образца лежала на капоте машины. Длинные черные волосы и узкие глаза человека не оставляли сомнения в его этнической принадлежности, а эмблема на рукаве куртки подтверждала, что он принадлежит к резервационной полиции Форт-Холл.



Водитель первой машины, остановившись перед шлагбаумом, несколько раз просигналил. В ответ полицейский, не двигаясь с места, указал на табличку на полосатой стальной трубе. Табличка уверяла всех, что проезд закрыт. Водитель – широкоплечий, начинающий полнеть мужчина немного за сорок, вышел из машины и подошел к полицейскому. Смерив взглядом индейца, он приказал, не попросил, а именно приказал, немедленно убрать шлагбаум. Индеец спокойно посмотрел на стоящего перед ним человека. Одетый в дорогое пальто, в превосходной бежевой шляпе с голубой лентой, этот джентльмен явно происходил из высших слоев общества.



Индеец выдержал тщательно рассчитанную паузу, после чего сказал, что его зовут Уэлком, Майкл Уэлком, он – депьюти шериф полиции резервации Форт Холл и имеет приказ никого не пропускать, поскольку в резервации ожидают персонал объекта корпорации «Волт-Тек», и пока эти люди не проедут – шоссе останется закрытым. Хорошо одетый мужчина раздраженно сказал, что он и есть один из жителей Убежища 31. Майкл Уэлком, не говоря ни слова, вежливо приподнял густую черную бровь. Мужчина резко сунул руку за пазуху и внезапно обнаружил, что смотрит прямо в ствол служебного десятимиллиметрового пистолета. Этот индеец двигался чертовски быстро. Замерев на месте, человек в дорогом пальто, запинаясь, объяснил, что просто хотел достать бумажник, в котором находится его приглашение от корпорации «Волт-Тек» и пропуск в Убежище. В ответ Майкл спокойно и даже дружелюбно попросил вынимать бумажник очень медленно. Человек так и сделал, попутно заметив несколько окрепшим голосом, что его зовут Донован Рассел и он является сенатором от Айдахо. Майкл кивнул, принимая бумаги. Просматривая приглашение и пропуск, не опуская при этом пистолета и все время держа сенатора в поле зрения (этот чертов индеец был настоящим профессионалом), Майкл заметил, что голосовал за мистера Рассела. Вернув документы, полицейский убрал пистолет в кобуру и сказал, что минут через сорок здесь будет мистер Оливер Сайк со взводом Ополчения Резервации. Они сформируют из уважаемых приглашенных колонну и сопроводят ее к въезду на территорию объекта. Сенатор спросил: почему он не может проехать сам? Полицейский покачал головой и ответил, что жители и персонал Убежища 31 должны ехать через резервацию только в сопровождении конвоя. Таков приказ корпорации «Волт-Тек». Сенатор начал кипятиться и потребовал, чтобы его пропустили к телефону, который, судя по проводу, находится в будке. Майкл Уэлком покачал головой и, положив руку на кобуру, мягко ответил: нельзя, телефон – служебный.

Когда Оливер Сайк со своим взводом на четырех пикапах подъехал к КПП на въезде в резервацию, там уже скопилось четыре десятка машин. Здесь были мощные «Корвеги», семейные микроавтобусы с салоном, похожим на кабину старинного бомбардировщика, и даже пара невероятно быстрых «Черри-Бомб».





Водители и пассажиры собрались у шлагбаума и наперебой кричали, не соглашаясь с таким безобразием, размахивали удостоверениями и сообщали невозмутимому полицейскому, что ему это с рук не сойдет. Окинув взглядом эту картину, Оливер увидел глубокую колею в раскисшей от осенних дождей земле. Похоже, кто-то пытался объехать шлагбаум прямо по целине, но, судя по следам, повернул обратно. Заметив прислоненную к стене будки винтовку, Оливер усмехнулся. Тем временем, от толпы кричащих пассажиров отделился человек в хорошем пальто и дорогой бежевой шляпе. Подойдя к Оливеру, он сухо представился, назвавшись сенатором Расселом. Сайк кивнул, сказав, что он узнал господина сенатора – тот выступал в резервации перед выборами. Сенатор Донован Рассел был явно очень недоволен тем, что ему пришлось целый час ждать перед шлагбаумом. Сенатор Донован Рассел не привык к подобному отношению. Однако, окинув взглядом полтора десятка крепких мужчин – все, как на подбор, с длинными черными волосами, широкими скуластыми лицами и узкими темными глазами, мистер Рассел умерил свой пыл. Эти пятнадцать мужчин, впрочем, кажется вон там, с краю – женщина, просто коренастая, да и в такой мешковатой одежде ведь ничего не видно, как следует, были одеты в куртки и штаны военного образца и держали в руках винтовки. На левом предплечье у каждого была эмблема: скрещенные ружье и топор и буквы: FHRM. Сенатор сделал вывод, что перед ним тот самый конвой, о котором говорил полицейский. Мистер Рассел умел разговаривать с простыми людьми (ну, во всяком случае, он сам был уверен, что умеет). Протянув руку командиру ополченцев – крепкому мужчине лет сорока со шрамом на лице, он сказал, что рад встрече с людьми, готовыми защищать Америку на домашнем фронте. Это ваши люди, сэр? Они делают вам честь. Вы знаете, я сам был на военной службе, имею ранение. Я в таких вещах разбираюсь.

roadBlock1

Оливер Сайк знал, что сенатор Донован Рассел в молодости действительно служил в армии. Это считалось хорошим началом для карьеры будущего политика. Но лейтенант Рассел никогда не покидал пределы Соединенных Содружеств, а ранение получил в 2056 году во время подавления выступлений рабочих автомобильных заводов в Детройте, протестовавших против увеличения рабочей недели до пятидесяти пяти часов. Не то, чтобы это афишировалось, и «Бойсе Геральд» даже пришлось уволить раскопавшую этот факт журналистку и выступить с официальным опровержением, но ветераны в таких вещах разбираются. Особенно, если человек, ходивший в атаку лишь на вооруженных кусками арматуры и самодельными пистолетами людей, приезжает на собрание мужчин, прорывавшихся сквозь мангровые заросли под пулеметным огнем, и пытается учить всех патриотизму. Но капитан Холл сказал лейтенанту Сайку, что надеется на него, и лейтенант Сайк не собирался подводить своего командира. Подводить людей, за плечами которых стоит Птица Грома, вообще неправильно и даже глупо. Поэтому Оливер скупо улыбнулся и ответил, что, конечно, он знает о военном прошлом сенатора Рассела. И поэтому надеется, что сенатор поймет его, лейтенанта Ополчения Оливера Сайка, в прошлом – сержанта Морской Пехоты ССА. Поступила информация, что в резервацию под видом активистов антивоенного движения готовятся проникнуть китайские агенты. Вы знаете, сенатор, что пять лет назад резервации укрупнили. К сожалению, не все отнеслись к этому с пониманием. Наша Милиция сформирована в том числе и для того, чтобы бороться с коммунистическими агентами влияния. Очевидно, их первой задачей будет устроить беспорядки, направив гнев несознательных граждан против корпорации «Волт-Тек» и всех, кто с ней связан. Поэтому капитан распорядился, чтобы все прибывающие на территорию убежища следовали туда только колонной и только под охраной. Тут, я вижу, уже собралось изрядно машин, сейчас отберем первые тридцать и поедем. Полагаю, сенатор, вы – в первой очереди. Впрочем, если вы хотите уступить кому-нибудь свое место – например, вон той семье в хвосте, там, кажется, есть маленькие дети – мы отнесемся к этому с пониманием.

posta018

Сенатор пробормотал что-то о своем долге солдата: раз возможно нападение китайских агентов влияния, его место – в первой колонне, а детей лучше пустить тогда, когда дорога будет разведана. Оливер понимающе кивнул, а про себя отметил, что если большие шишки так торопятся в убежище – дело и впрямь дрянь. Отобрав первые тридцать машин (в очереди было уже сорок три автомобиля разных типов и четыре мотоцикла), Оливер своим самым убедительным и спокойным голосом объявил оставшимся, что их отправят со следующим конвоем, после чего изложил водителям правила движения в колонне: дистанция – не менее тридцати футов, скорость – не выше двадцати пяти миль в час. Да, леди и джентльмены, двадцать пять, не больше. Мы будем ехать через населенные пункты – это первое. А второе – мне нужно всех вас видеть. В случае каких-либо экстремальных происшествий – сворачивайте на обочину, выбирайтесь из машины и постарайтесь найти укрытие. Люди притихли, после чего толстая женщина в легкомысленно коротком платье и ужасной шляпке выразила общую мысль, спросив у Оливера: а какие, собственно, могут быть происшествия. Оливер сурово вздохнул и ответил, что, как он надеется, происшествий не будет. Но, как командир конвоя, он должен был всех предупредить. Поэтому, леди и джентльмены, помните: держим дистанцию, держим скорость и следим за дорогой.

Тридцать миль от въезда в резервацию до КПП «Волт-Тек» колонна Сайка преодолела за один час пятнадцать минут без происшествий. Машины ехали с поднятыми стеклами. Более того, люди даже опустили, где возможно, шторки на окнах. Когда колонна остановилась у высоких раздвижных ворот в пятнадцатифутовом бетонном заборе, Оливер вышел из своего пикапа и подошел к будке часового. Предъявив свое удостоверение лейтенанта Ополчения, на котором красовалась печать Командования Национальной Гвардии Айдахо, Северо-Западное Содружество, Бойсе, он сообщил, что первый конвой с жителями и персоналом Убежища прибыл. Часовой смерил коренастого индейца взглядом и вызвал по телефону командира. Судя по всему, командный пункт у охраны «Волт-Тек» был где-то совсем рядом, потому что через каких-то пять минут створки ворот, подвывая электромоторами, разъехались, и к будке подошел высокий, атлетически сложенный человек в серой форме охраны «Волт-Тек». Оливер, тщательно рассматривавший устройство въезда на территорию Убежища 31, повернулся к высокому охраннику, когда тот был в каких-то пяти шагах. Охрана «Волт-Тек» не носила погон или нарукавных нашивок. Их знаки различия выглядели необычно: полоски разной длины и цвета на правой стороне груди. У часового была одна короткая черная полоса. Человек, стоявший перед лейтенантом Сайком, нес три длинных полосы красного цвета. Что бы это ни значило, сделал вывод Оливер, этот парень, похоже, был большая шишка здесь у них под землей. Вытянувшись по стойке смирно, Сайк вскинул руку к виску в образцовом военном салюте, и прорявкал о прибытии первой колонны жителей и персонала Убежища 31, командир-конвоя-лейтенант-Ополчения-Резервации-Форт-Холл-Оливер-Сайк-сэр! Выкрикивая слова доклада, Шошон пристально вглядывался в лицо Белого, пытаясь понять: что за человек командует теми, с кем ему и его людям придется драться сегодня ночью. Охранник с тремя красными полосками выглядел ровесником Оливера. И хотя внешне этот высокий атлет с коротко стриженными светлыми волосами, словно сошедший с армейского плаката, казался полной противоположностью индейцу, у мужчин было кое-что общее. Сайк мог бы поклясться, что этот здоровяк отдал свой долг стране, причем, в отличие от сенатора Рассела, он стрелял не по гражданским. Блондин бросил взгляд на длинную колонну автомобилей, на два головных пикапа, из которых вылезали бойцы Ополчения, после чего ответил на салют и коротко представился. Оказалось, что блондина зовут Джордж Кэмпбелл, и он является начальником охраны внешнего периметра. Кэмпбелл кивнул на пикапы, возле которых дисциплинированно замерли восемь мужчин в военной форме с винтовками в руках, и спросил: для чего это все? Голос начальника охраны был спокойным, без тени высокомерия, и каким-то усталым. Оливер даже ощутил некоторую симпатию к этому немолодому уже вояке, в сущности, такому же, как он сам. Лейтенант сделал себе заметку на память: если Кэмпбелла убьют у него на глазах, проследить, чтобы никто из молодых дураков не снял с него скальп. Вслух он лишь сказал, что таков приказ капитана: все машины должны двигаться по резервации колоннами и с сопровождением. Начальник охраны проворчал, что Холл вечно все усложняет. Оливер пожал плечами и сказал, что, конечно, может и так. Но понимаете, какое дело, у нас тут всего одно нормальное шоссе, мистер Кэмпбелл, сэр. Сами подумайте, что будет, если они все будут на нем толкаться. Пробка начнется от въезда резервацию и кончится здесь. А если еще, не дай Бог, авария? Вы же знаете, как иногда взрываются ядерные накопители? Вот если бы их автобусами везли… Кэмпбелл пожал плечами и сказал, что это ведь не эвакуация, а научный эксперимент. Так что едут на своих машинах. Хотя доводы лейтенанта звучат убедительно. Вот только мы должны сегодня принять полторы тысячи человек, мистер Сайк, а тут от силы полторы сотни. Поэтому я буду вам с капитаном очень благодарен, если следующая колонна окажется здесь через час, а лучше – быстрее. Оливер снова вскинул руку к виску и ответил, что приложит все усилия.

Отъезжая от ворот, в которые медленно втягивались автомобили жителей убежища, Сайк про себя отметил, что Билл абсолютно прав, ворота – их единственная надежда. Каждая секция забора опирается на бетонный блок сечением полтора на два фута. Даже если удастся повалить стену, скажем, взрывчаткой, снести основание так, чтобы могли проехать грузовики и автобусы, не получится. В то же время ворота, как оказалось, довольно тонкие. Наверное, их сделали такими, чтобы избежать проблем с электромоторами – ведь створки открывают и закрывают по многy раз в день. Ворота вполне можно снести ударом грузовика, особенно если закрепить перед капотом что-нибудь массивное. Билл говорил, что для тарана подготовлены две машины. Две – это хорошо. Слава Дума Аппа, инженеры «Волт-Тек» сделали проезд очень широким, чтобы прошел большой гусеничный транспортер для больших грузов. Эти сволочи четыре раза таскали через всю резервацию какие-то чудовищные, закрытые брезентом конструкции. Каждый раз огромные грузовые платформы на двух парах гусениц каждая разбивали бетон восемьдесят шестого шоссе в мелкий щебень. Впрочем, надо отдать должное, «Волт-Тек» начинала восстанавливать дорогу сразу после проезда этих жутких танков, и восстанавливала быстро. В конце концов, шоссе было нужно и им самим. Пока пикап несся по ровно уложенному поверх бетонных плит асфальту, Оливер думал о том, что, судя по всему, охрана «Волт-Тек» в обороне ворот полагается на турели. С обеих сторон от въезда высились сетчатые металлические вышки с площадками из просечного листа. На каждой площадке располагались по две роботизированные боевые установки: по четыре пулемета и два тяжелых лазера с каждой стороны.



Прикрытые щитами из многослойной метало-кевларовой брони, эти жужжащие сервоприводами тумбы с хищно выступающими стволами могли за минуту засыпать пространство радиусом в четверть мили семьюдесятью фунтами свинца. А что не достанут пулями – выжечь смертоносными алыми лучами. Сайк имел возможность наблюдать работу автоматизированных турелей на Аляске, где инженерная рота, которую прикрывали морские пехотинцы, отразила атаку не только двух батальонов китайской пехоты, но и остановила шесть зеленых, с красными звездами, танков. Оливер навсегда запомнил тундру, усыпанную трупами в комбинезонах цвета хаки, ослепшие танки с разбитыми пулями и лазерными лучами накатниками орудий, и тяжелый запах горелой изоляции от расстрелянных подбежавшими ближе других коммунистами роботизированных пулеметов и лазеров.



Пикапы летели по шоссе, предупреждая о своем приближении непрерывными гудками. Обычно водители-индейцы держали на дороге не более сорока миль в час - ведь Восемьдесят Шестое проходило через главные поселения резервации, на улице могли быть люди. Но сейчас Сайк должен был торопиться. В паре сотен ярдов от полицейского участка лейтенант высунул руку в окно и дважды махнул сверху вниз, давая остальным водителям сигнал остановиться. Когда пикапы затормозили у одноэтажного каменного здания, Оливер выскочил из машины и, распахнув двери, вбежал внутрь. Сотрудники полиции привыкли, что офицеры Ополчения заходят в участок в любое время, но поспешность, с которой в этот раз ворвался лейтенант Сайк, насторожила людей. Окинув взглядом обращенные к нему встревоженные лица, Оливер глубоко вздохнул и молча выругал себя за то, что позволил эмоциям взять верх над выдержкой, которой он так гордился. Размеренным шагом он подошел к столу дежурной, с вежливой улыбкой повернул к себе телефон и, набрав номер штаба Милиции, доложил, что первый конвой доставил жителей Убежища 31 к проходной, поэтому лейтенант Сайк ждет дальнейших распоряжений. Он слышал, как дежурный позвал Билла и слегка кивнул: капитан оставался в лагере, отдавая распоряжения, командуя, а не носясь туда-сюда, чтобы все проконтролировать и везде распорядиться лично. Холл вел себя, как хороший командир. Это повышало их шансы на успех. Подойдя к телефону, Билл выслушал короткий доклад Оливера и приказал лейтенанту двигаться к въезду в резервацию, где, если Майкл Уэлком не врет, собралось уже под сотню машин. В этот раз, сопроводив их к воротам, оставь пикап сержанта Холифилда у КПП. У Холифилда в отделении люди верные и спокойные, они не предадут и не сделают глупостей. Если будут спрашивать, что они тут делают – пусть ссылаются на мой приказ. И скажи Элли, что я велел проводить тебя в хранилище вещественных доказательств и выдать чемодан № 237b. Отдашь его Холифилду, пусть положит в багажник и будет поаккуратней на дороге. Когла Оливер осторожно поинтересовался: а что, собственно, хранится в чемодане, Билл спокойно ответил, что там гранаты. Сайк присвистнул и повесил трубку, после чего поднял голову к круглым часам на атомной батарее, что висели над входом в кабинет капитана Холла. Часы показывали три-тридцать пополудни…

До шести-тридцати вечера Сайк сопроводил к КПП еще две колонны. После того, как еще тридцать автомобилей втянулись в ворота, Джордж Кэмпбелл обрушился на лейтенанта со сдержанным, и от того еще более страшным, негодованием. Начальник охраны указал индейцу на то обстоятельство, что через час с небольшим окончательно стемнеет, а в убежище сопроводили не больше трети жителей. Пробка на шоссе вытянулась на полторы мили. Ему постоянно названивают из Бойсе, а полчаса назад позвонили и из Вашингтона! Холл вообще понимает, какой важности эксперимент здесь проводится? Оливер ответил, что, наверное, понимает. Он обязательно доложит капитану Холлу о том, что нужно увеличить размер колонн. Если они будут водить не тридцать, а шестьдесят автомобилей, то можно будет управиться до утра. Кстати, почему бы вам самому не позвонить Биллу, в смысле, капитану, мистер Кэмпбелл? Джордж Кэмпбелл процедил, что он весь день пытается дозвониться до штаба Ополчения, но линия то занята, то выдает какие-то странные гудки, то сбрасывает звонок. Сайк сочувственно покивал и сказал, что у них в резервации такое время от времени случается. Оборудование старое, сэр, установлено еще в тридцатые. Главный телефонный компьютер старше, чем большая часть населения Форт Холл. Кэмпбелл раздраженно ответил, что это его не касается. До утра все жители и весь персонал должны быть в убежище! Сайк вскинул руку к виску и сказал, что Ополчение резервации Форт Холл приложит все силы, чтобы выполнить задачу. Повернувшись через левое плечо, лейтенант направился к пикапу. Садясь в машину, Оливер криво усмехнулся. Этот Белый, кажется, до сих пор уверен, что индейцы не способны управиться с чем-либо сложнее винтовки или старого автомобиля. Сэмми Аканат закончила университет Бойсе по специальности «Электронные устройства». Говорят, ей предлагали работу в «Дженерал Атомикс», но гордая дочь народа Шошонов предпочла вернуться в резервацию - управлять телефонным узлом и радиостанцией Форт Холл. Когда Билл позвонил ей утром и сказал, что нужно сделать так, чтобы из Убежища 31 нельзя было связаться со штабом Ополчения, а с Советом Резервации и полицейским участком – можно, но с огромным трудом, девушка не задавала лишних вопросов. Если Билл Холл просит об этом – значит, так надо. Аканат очень уважала начальника полиции.

Пока все шло так, как предсказывал Билл. Теперь оставалось привести последнюю колонну – большую, чтобы охрана периметра привыкла к виду большого количества машин на экранах своих приборов ночного видения. Пикапы как раз проезжали через Форт Холл, когда в поселке разом сработали сирены воздушной тревоги. Вой продолжался недолго – секунд тридцать, не более, после чего громкоговоритель на здании Совета Резервации возвестил, что в связи с проведением ремонтных работ сегодня вечером будет испытываться оборудование гражданской обороны, поэтому возможны срабатывания сирен и прочих сигнальных устройств. Всем гражданам следует помнить, что только долгий и продолжительный сигнал означает, что действительно объявлена гражданская тревога. Сайк удовлетворенно кивнул. Теперь ночной рев сирен не вызовет у и без того измотанного Кэмпбелла подозрений. Первое время, по крайней мере. Впереди на дороге показался грузовик, буксирующий вторую машину. Капот и кабина буксируемого трехосного армейского автомобиля были закрыты серебристым синтетическим чехлом. Оливер скупо улыбнулся: Билл предпочел не рисковать. Капитан решил заранее выдвинуть один из модернизированных для тарана ворот грузовиков как можно ближе к периметру. Из-за творящегося уже пять часов бардака с колоннами, охрана вряд ли обратит внимание на то, что в полумиле от ворот на обочине остановился неисправный грузовик. Судя по всему, таран они соорудили действительно мощный, и, чтобы не нагружать до времени передний мост и двигатель, Холл приказал доставить машину на буксире. Только теперь Сайк по-настоящему осознал, что они действительно собираются штурмовать убежище. По спине лейтенанта поползла струйка холодного пота. За годы службы он побывал во многих передрягах и не раз был на волосок от смерти. Но все эти бои, засады, десанты происходили далеко от дома. Сегодня Сайк и прочие бойцы Ополчения станут сражаться на американской земле и убивать американцев, пусть, главным образом, Белых. И если они потерпят поражение – его цена будет непомерно высока. Сайк повернулся к водителю и приказал прибавить скорости. Немолодой Пайютт удивился – пикап и так несся со скоростью шестьдесят миль в час. Но с командиром не спорят. Перед ними прямой линией уходило к границе резервации восемьдесят шестое шоссе, только три месяца, как отремонтированное. И пусть на Айдахо опускались сумерки, мощные фары разгоняли мрак на сотни футов. Пикапы неслись по шоссе, предупреждая о своем приближении гудением, и Оливеру на несколько мгновений показалось, что рядом, во мраке мчатся призрачные всадники – в леггинах и рубахах из кожи бизона, с перьями орла в волосах и винтовками в руках. Сайк покачал головой. Сегодня ночью Шошоны резервации Форт Холл действительно выйдут на тропу войны. Но прежде нужно завершить первую часть плана Билла Холла. За спиной снова коротко проревели включенные на полминуты сирены. Теперь Сайк должен был сопроводить к воротам большую колонну – последнюю. Пикапы влетели на холм. Шоссе впереди уходило вдаль гирляндой ярких огней. По меньшей мере две сотни машин растянулись на дороге на полторы мили. Сотни фар разгоняли темноту. Было удивительно сознавать, что сотни тонн стали, стекла и пластика, тысяча человек, замерли перед выкрашенной в белый и черный цвет стальной трубой длиной в двадцать пять футов. Оливер почувствовал, что в нем растет нетерпение. Лейтенанту хотелось как можно быстрее отогнать шестьдесят машин к воротам и вернуться в лагерь. Последний час перед боем Сайк хотел провести среди своих братьев (и немногих сестер) по оружию. Если Том Холл не ошибся – это будет их последний бой на земле Айдахо. Оливер остро пожалел, что выходя сегодня из дома, он не взял с собой кожаную рубашку и шест со скальповыми прядями.
Tags: fallout, fallout new vegas, idaho, Битва Народов, США, белые, добрые милиционеры, индейцы, капитализм, машинки, много скальпов, мужское, мы все умрем, политически верно, хитрость, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 26 comments