bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

From "Our Northern Brothers" by John North Catlin. Part III.

Глава 12. О Великой Войне с Каннибалами.

Сразу после выхода из Убежища 31 Ополчение народа представляло из себя довольно серьезную, по меркам Пустошей, конечно, военную силу. Почти четыре сотни молодых воинов под командой старых бойцов, участвовавших еще в битвах Войны за Ресурсы, получили первый боевой опыт во время операции по уничтожению орды диких гулей, бродившей в окрестностях подземного города. Это была тяжелая и опасная работа. Воинам потребовалось совершить несколько выходов, прежде, чем подступы к убежищу стали полностью безопасны. Затем были сражения с рейдерами в начале эвакуации и во время похода в земли, которым суждено было стать страной Новых Шошонов. Вожди Новых Шошонов организовали свое Ополчение, как армию, в которой они когда-то служили. Даже командиры носили военные звания: лейтенант, капитан, сержант. Когда народ разошелся по долинам, где старейшины заложили поселки своих кланов, Ополчение некоторое время сохраняло единое командование. Роты базировались в деревне Холлов. Оттуда воины отправлялись на защиту поселков и патрулирование границ. В те годы вооруженные силы Новых Шошонов состояли из трех с половиной сотен бойцов, вооруженных репитерами калибра 0,357, 0,44 и 45-70 Gov, армейскими самозарядными винтовками 0,45 и 5,56, а также дробовиками и 10 мм и лазерными пистолетами. В каждой роте один взвод являлся штурмовым. Штурмовики имели защитное снаряжение, состоявшее из шлемов, бронежилетов, и щитов Службы Безопасности «Волт-Тек».

Однако, вскоре стало ясно, что такая система обороны не подходит для защиты разбросанных на десятках тысячах квадратных миль деревень. Помощь, зачастую, приходила слишком поздно. Люди задавались вопросом: зачем нам нужна армия, если отбиваться от стай одичавших псов и одичавших людей все равно приходится фермерам, механикам и скотоводам? В конце концов, на совете старейшин было решено, что роты встанут гарнизонами в основных деревнях. Формально они все еще подчинялись командиру Ополчения, державшему штаб в поселке Холлов, но фактически это были уже собственные силы обороны главных родов Новых Шошонов.

Постепенно, установился новый порядок формирования вооруженных сил народа. Каждый поселок обучал и вооружал определенное количество воинов, достаточное, по мнению старейшин, для обороны собственно деревни, а также защиты людей, работающих в полях, пастухов с их стадами, и вынесенных за пределы защитных укреплений мастерских. Помимо этого, род выставлял некоторое количество бойцов для патрулирования границ земель Новых Шошонов. В первой половине 22-го века этот порядок соблюдался неукоснительно. Но постепенно некоторые деревни начали сокращать свой вклад в общую оборону. Старейшины Браунов, Расселов, Вашакайев и Олосунов объясняли уменьшение количества воинов, посылаемых в поселок Холлов для распределения по боевым постам и рубежам, снижением внутренней и внешней угрозы. На территории Новых Шошонов практически не осталось радскорпионов и казадоров. Мигрирующие дефкло перехватывались еще на границе при активном содействии Рейнджеров Айдахо. Огромные банды рейдеров, насчитывавшие десятки бойцов, постепенно исчезли, уничтоженные голодом и набравшими силу Людьми Долин (так Новые Шошоны называют ту часть Белого (равно как и Черного и Желтого) населения Айдахо, что пережила атомный холокост на поверхности). На северных границах случались стычки с людоедами, но хорошо обученные воины народа, при помощи рейнджеров, уничтожали тварей без потерь со своей стороны, обходясь, иногда, одними мушкетами, чтобы поберечь ресурс старого оружия и патроны к нему. Напрасно полковник Донован Холл, командир Ополчения, доказывал на общем совете, что уменьшение количества воинов рано или поздно приведет к ужасной катастрофе. Старейшины посчитали, что военные поселки нагнетают ужасы, опасаясь утратить свое влияние среди Новых Шошонов. Война между Людьми Долин и вышедшими на поверхность жителями убежищ шла на юге. Вожди Новых Шошонов посчитали, что этот конфликт их не касается, и даже играет на руку народу, а других опасностей они не ждали. Увы, правы оказались именно Холлы и их верные союзники – Сайки.

Великая Война с Каннибалами началась в июне 2203 года и стала самым страшным испытанием, обрушившимся на жителей Айдахо, после ядерной зимы. Никто не знает, сколько именно пожирателей плоти пришло с северо-востока. По самым приблизительным оценкам их число приближалось к двадцати тысячам. Даже для Рейнджеров Айдахо вторжение таких масштабов стало неожиданностью. Земли Новых Шошонов лежали прямо на пути кровожадной орды. Судя по хроникам народа, население страны в это время составляло почти двенадцать тысяч человек. Увы, воинов из них было всего три сотни.

К счастью, двенадцатое шоссе, всегда бывшее границей наших земель, лежит к северу от реки Локза. Даже в июне этот горный поток еще весьма полноводен. Воды реки несутся между огромных валунов с бешеной скоростью, и переправиться через Локзу можно лишь в четырех местах, каждое из которых прикрыто фортом. Давным-давно президент одной некогда могучей страны в Европе сказал: «Редко бывало, чтобы столь многие были обязаны всем столь немногим». Если я правильно помню, это относилось к одной из бесконечных войн с коммунистами или кем-то в этом роде. Народ Новых Шошонов может по праву отнести эти слова к своим воинам, занимавшим в тот страшный месяц крепости на Локзе. В каждом форте было от трех до шести десятков воинов – лучших из лучших, вооруженных как оружием предков, так и вновь сделанными нашими мастерами мушкетами и револьверами. Эти бойцы, воспитанные в традициях старого Ополчения, считали своим командиром полковника Донована. Их дозоры были зоркими и надежными. Воины вовремя обнаружили подходящую орду и подали сигнал дымами.

Страна Новых Шошонов покрыта сетью многочисленных вышек, искусно укрытых среди деревьев или скал. На каждой из них под надежным навесом хранится запас смолистых, пропитанных дегтем, дров. Разведенный из этих дров огонь дает необычайно густой черный дым, который видно издалека. Каждый Шошон в возрасте от четырнадцати лет, будь он юношей или девушкой, мужчиной или женщиной, стариком или старухой, знает расположение всех вышек в окрестностях родной деревни. Увидев дым, человек должен немедленно оставить все дела, броситься к ближайшему сигнальному посту и разжечь огонь. Только после этого разрешается искать укрытие – так заведено еще Уильямом Холлом. Вышки расположены таким образом, что с каждой из них можно увидеть сразу несколько дымов. В принципе, это позволяет передать сигнал тревоги через всю страну за какие-то час-полтора. Увы, вышки, как и военная служба, за мирные годы также пришли в небрежение. Во многие деревни сигнал дошел с большим опозданием.

Новым Шошонам очень повезло, что Рейнджеры Айдахо все эти годы оставались надежными союзниками народа. Из семи батальонов пять несли дежурство на севере, из них три: первый, четвертый и пятый находились на севере нашей страны. Капитаны рейнджеров разослали гонцов во все деревни, предупреждая, что началось вторжение, равного которому не было до сих пор. После этого первый и четвертый батальоны разбились на роты и рассеялись по стране, чтобы засадами и нападениями на горных тропах задерживать продвижение людоедов. Пятый отправился к самой северной деревне, принадлежавшей клану Браунов, чтобы помочь людям эвакуироваться.

Нам, живущим в не столь бурные времена, сложно представить себе масштаб катаклизма, которым явилась для людей Айдахо Великая Война с каннибалами. Лето 2203 года стало символом ужасной трагедии, обрушившейся на возрождающуюся цивилизацию штата. Но оно также дало нам примеры мужества и величия человеческого духа, на которые надлежит равняться солдатам всех рас. Трудно поверить, но две сотни воинов в фортах на реке Локза задержали каннибалов на целый день. Из ста девяноста семи человек выжило лишь двое: пятнадцатилетний юноша, которого командир – капитан Оливер Холл – отправил на юг с величайшей реликвией, боевым топором Уильяма Холла, когда стало ясно, что форт удержать не удастся. Второй воин, видя, что его товарищи перебиты, бросился в бурную реку. Течение пронесло солдата несколько десятков миль и выбросило израненного на берег реки Миддлфорк Клируотер, где его подобрал патруль Не Персе. От этих двоих нам известно о героической обороне четырех маленьких фортов, сравнимых по величию с защитой великой крепости Аламо Одинокая Звезда от мексиканских коммунистов.

Благодаря выучке и мужеству наших солдат, людоеды не только потеряли почти тысячу особей на переправах, но и оказались задержаны на целый день. В конце концов, они форсировали реку буквально по мостам из трупов, но время было потеряно. Понимая, что защитить слабо укрепленные деревни Браунов и Расселов не удастся, старейшины этих поселков приказали своим людям уходить к городкам Сайков и Холлов. Вожди и воины, а также старики, остались в деревнях, чтобы отвлечь на себя основной удар дикарей. Прикрываемые пятым батальоном Рейнджеров Айдахо, несколько тысяч мужчин, женщин и детей тайными тропами устремились на юг. С собой они взяли лишь самое ценное: оружие, записи предков и те приборы и инструменты, которые можно было унести в наспинном мешке.

О битве за деревни Расселов и Браунов нам практически ничего не известно. Уходившие на восток люди клана механиков и мастеров видели в темноте вспышку там, где был их дом. Если учесть, что взрыв был виден на расстоянии тридцати миль, можно сделать вывод, что кто-то из последних защитников взорвал запасы пороха и мастерскую по производству капсюлей. Рейнджеры пятого батальона сумели отвлечь на себя значительную часть людоедов, что позволило почти половине людей из сожженных деревень дойти до укрепленных поселков Холлов и Сайков. При этом все Лесные Воины погибли в ожесточенных ночных схватках. С тех пор Рейнджеры Айдахо стали не просто союзниками, но братьями и желанными гостями в наших деревнях.

Оборона городков Сайков, Олосунов, Вашакайев и Холлов была упорной, но продолжалась не очень долго. Людоеды, раздраженные потерями, понесенными на Локзе, а также в ночных схватках во время преследования отступавших Расселов и Браунов, осаждали сильные крепости четырех больших кланов всего два дня. На третий потерявшие терпение каннибалы сняли осаду и устремились на юг. По всей видимости, они рассчитывая быстро разделаться с ослабленными войной Людьми Долин и Подземниками, а потом вернуться, чтобы довершить начатое. Но, как известно, замыслы каннибалов разбились о стойкость и мужество Рейнджеров Айдахо и Белых, отложивших свои распри ради борьбы с общим врагом. Так когда-то народы США и СССР забыли на время о своих различиях, чтобы вместе противостоять угрозе коммунизма, исходившей от Германии.

В конце концов, людоеды были разбиты. Воины народа основательно проредили остатки орды, откатывавшейся на север через страну Новых Шошонов. В конце концов, за Локзу ушло не более двух тысяч каннибалов. Увы, победа досталась дорогой ценой. Более трети населения некогда цветущей страны погибло от топоров нелюдей. Поля были разорены, скот перебит. Из уцелевших в войне, четверть умерла от голода и вызванных им болезней в зиму 2203-2204. Но, как ни кощунственно это прозвучит, была потеря страшнее смерти людей. В огне военного катаклизма погибла значительная часть наследия предков. То, о чем мечтали Бабушка Мина, Донован Звенящая Змея, Хозяин Машин Эзекииль Браун и сам великий Уильям Холл, сгорело без следа. Под топорами тварей, которые когда-то были людьми, погибли перенесенные на руках в горы станки и приборы, инструменты и приспособления. В пламени исчезли чертежи и записи, голодиски и компьютеры. И, самое страшное, в боях погибли те, кто мог творить чудесное инженерное волшебство, помнил и понимал законы природы, выраженные в формулах и уравнениях, знал правила, по которым живет и развивается сложное человеческое общество. Судя по тому, что сохранили для нас хроники племен, до Великой Войны Новые Шошоны стояли на очень высокой ступени развития, не уступая, а во многом и превосходя Народы Долин. Фактически, они были теми же Подземниками, что вышли из своих глубинных городов на рубеже двадцать второго и двадцать третьего столетий, но при этом сохранившими знания и память о жизни на поверхности, и имевшие планы на то, как эту жизнь продолжить, постепенно восстанавливая разрушенное войной. Трагедия 2203-го года навсегда перечеркнула большую часть этих планов.


Глава 14. О военных традициях Новых Шошонов.

После окончания Великой Войны с каннибалами наступил долгий период восстановления. Новые Шошоны потеряли почти половину людей, и теперь уже всем стало ясно: экономить на обороне больше нельзя. С тех пор и до нынешних дней все мужчины в возрасте от пятнадцати до двадцати лет несут военную службу с оружием в руках. После этого лучшие из них могут остаться на военной службе, чтобы патрулировать границы земли Новых Шошонов, оберегать лесные тропы и дороги, уничтожать опасных зверей и просочившихся через внешние рубежи двуногих хищников.

Каждый мальчик, родившийся в деревне народа, с детства готовится быть воином. Едва ребенок начинает ходить, кто-нибудь из стариков делает ему первое, пока еще тупое, копье, и щит. Забавно наблюдать, как трехлетний карапуз с самым серьезным лицом ковыляет по двору, держа в левой руке раскрашенный кусок тонкой доски с маленькой рукояткой, а в другой – обструганную палку длиной в ярд. Вот он подкрадывается к старому псу, что прикорнул в теньке у забора, и с пронзительным визгом бьет несчастное животное концом своей палки по задней лапе. Пес поднимается с тяжелым вздохом, и ударом лапы опрокидывает маленького воина, прижимая его к земле. Любой Белый мальчик при таком обхождении, конечно, расплакался бы, но женщины народа с младенчества приучают своих детей не плакать по пустякам, брызгая им в нос теплой водой всякий раз, когда папуз попытается поднять рев. И сейчас малыш, прижатый к земле огромной мохнатой лапой, пыхтит и выворачивается, стараясь подняться, а пес с совершенно человеческой тоской смотрит на смеющихся взрослых в надежде, что кто-то спасет его от этого издевательства.

С пяти лет мальчики начинают сражаться между собой тупым оружием. Эти схватки всегда происходят под присмотром кого-нибудь из стариков. Как правило, таким воспитателем становится один из воинов, отдавших молодость и зрелые годы защите народа. Теперь он, пока хватает сил и носят ноги, водит за собой орду перемазанных грязью и, иногда, засохшей кровью, малышей, показывая, как нужно вести себя в бою, как следует подкрадываться, как читать следы и устраивать лагерь. Детям строго-настрого запрещено биться друг с другом без присмотра наставника. За нарушение этого правила предусмотрено самое страшное наказание: провинившихся лишают копья и щита и запирают дома, где они служат предметом насмешек женщин. Попытки бежать сурово пресекаются, в случае необходимости по следу сорванца идут взрослые воины, и в финале его всегда ждет страшная трепка. При этом по вечерам мальчики постоянно слушают рассказы бывалых воинов о подвигах, сражениях, смертях и самопожертвовании. Таким образом еще в самом нежном возрасте маленький Шошон уясняет для себя, что его долг, обязанность и привилегия – защищать свой народ, если понадобится – даже ценой собственной жизни.

В восемь лет мальчик получает свой первый нож. При этом отец, дядя или дед наносит ребенку несколько порезов и неглубоких ран на груди и руках. Этим мальчика приучают к виду своей крови, а также дают понять, что нож – не игрушка, а опасное оружие. Как отец двух сыновей, я должен признать, такая метода воспитания приносит отличные плоды. В это же время мальчиков начинают учить бегать и плавать, показывают, как правильно носить груз, учат обрабатывать раны.

В десять лет ребенок получает боевое копье с железным наконечником, маленький топорик и настоящий, сделанный из дощечек и обитый жестью, щит. С этого возраста начинается подлинное боевое обучение детей. Сперва под руководством воспитателя, а затем сами по себе, они отправляются в военные походы на блоутфлаев, гигантских крыс, а затем и кротокрысов. Эти предприятия, уже по-настоящему опасные, должны выработать в детях привычку к стойкости, отвагу, умение действовать дружно, отрядом, а также обрабатывать раны и переносить раненых. Надо сказать, когда Фрэнк впервые сам отправился в такой «военный» поход, мое сердце разрывалось от горя. Я полагал это следствием моего «Белого» воспитания, но мой шурин признался, что чувствовал то же самое, когда его первенец отправился убивать гигантских крыс. В этом возрасте дети часто получают раны, иногда – довольно серьезные. Более того, не проходит и года, чтобы в одной из деревень кто-то из мальчиков не погиб или не покалечился на всю жизнь. Тем не менее, подобная цена считается не слишком высокой по сравнению с той, которую народ уплатил в 2203 году.

Когда мальчику исполняется двенадцать, ему вручают его первый мушкет – как правило калибра 5,56. С этого момента детство для него заканчивается. Вооруженные мушкетами, в сопровождении огромных, большеголовых собак, которых держат в каждом дворе, мальчики начинают нести охрану полей, птичников и пастбищ весной, летом и осенью, и амбаров после уборки урожая. Эти маленькие воины прекрасно осознают, что от их бдительности, отваги, меткости и слаженности действий зависит пропитание всей деревни. Действуя небольшими отрядами по семь-восемь человек (и примерно столько же псов), мальчики постоянно обходят вверенные им территории, ища следы вредителей и хищников. В случае необходимости, они без колебаний вступают в бой с кротокрысом, диким псом, карликовой пумой или радтараканом. В случае, если попадается противник посерьезней, например, радскорпион или яо-гай, маленькие солдаты отступают в полном порядке и дают сигнал дымом или криком, призывая на помощь взрослых воинов.

Таким образом, к пятнадцати годам юноша Новых Шошонов представляет собой уже вполне сформировавшегося воина, чьи личные боевые качества далеко превосходят таковые его Белого сверстника. Разумеется, не все мальчики выдерживают такой суровый режим взросления. У некоторых сдает здоровье, и они остаются в деревне, занимаясь посильным трудом. Такая участь не считается позорной, ведь все видели, что человек сделал все возможное. Иногда юноша оказывается патологическим трусом. В этом случае несмываемое пятно ложится на весь его род. Как правило, такого человека изгоняют из семьи и общины, и он ищет свою судьбу среди Белых, порождая среди наших соотечественников ложное впечатление, будто инджуны – слабая и трусливая раса.

С пятнадцати лет юноша становится полноправным воином и поступает на службу в Ополчение Новых Шошонов. Первый год молодой боец учится воевать в составе своего отряда. Как правило, обучение проходит в военных лагерях в городках Холлов или Сайков. У Серых Кроу, этих гигантов, по праву гордящихся своей силой и военным мастерством, в ходу такая поговорка: «Один Кроу побьет четверых Шошонов. Десять Шошонов победят пять Кроу. Сотня Шошонов может разбить целое племя». Поскольку в прошлом Новые Шошоны действительно имели несколько серьезных военных столкновений с Серыми Кроу, такая характеристика является одновременно и лестной, и правдивой. Сила воинов народа не только и не столько в их индивидуальной подготовке, сколько в организации, умении сражаться в составе отряда, который на поле боя действует, как единое целое.

Воины в отряде, как правило, разбиты на пары, при этом один из бойцов в паре лучше стреляет, а другой сильнее в рукопашной схватке. На поле боя командир отряда, или старший вождь, оценив обстановку, моментально вырабатывает тактику, которой будут придерживаться его воины. Обычно, сперва на врага обрушивается град метких выстрелов, при этом в каждой паре стрелок ведет огонь, а его напарник заряжает мушкеты. Надо сказать, в затяжной перестрелке даже вожди не гнушаются вкладывать в ствол бумажные патроны и наживлять на трубку капсюли для своих младших товарищей. Как правило, в каждом отряде есть несколько человек, вооруженных «оружием предков», то есть самозарядными пистолетами или револьверами, винтовками и карабинами под обычный унитарный патрон, а иногда и лучевыми пистолетами и ружьями. Не важно, что большая часть этих предметов вооружения изготовлена оружейниками NCR. С точки зрения Новых Шошонов все это считается священным оружием, подобным тому, которым сражались великий Уильям Холл и его верные друзья: Оливер Сайк, Алекс Чуа и Майк Фицжеральд. Некоторые воины носят с собой также капсюльные револьверы. Это оружие до Великой Войны с каннибалами во множестве изготавливалось в деревне Браунов. К сожалению, после катастрофы, в которой погибли станки механиков и инженеров, новые револьверы изготавливаются вручную, поэтому встречаются значительно реже. Впрочем, командиры, как правило, считают, что лучше иметь в отряде два-три пистолета под унитарный патрон, чем поголовно вооружить бойцов капсюльными револьверами, потому что последние для полной перезарядки требуют нескольких минут и в настоящем бою являются, по сути, одноразовым оружием.

Помимо огнестрельного оружия каждый воин имеет на вооружении нож, а также топор или боевую дубинку, которыми действует в бою с ужасающей эффективностью. Впрочем, вожди считают, что если дело дошло до рукопашной, значит где-то была допущена ошибка. Копья в бою используются крайне редко. Каждый воин имеет также щит, украшенный рисунком его рода и, в случае если боец придерживается Старых Обычаев – личными магическими изображениями. Однако в бой щит никогда не берут, оставляя висеть в Землянке Воинов над изголовьем. Из средств защиты воины иногда используют кожаные доспехи прекрасного качества. Солдаты, оставшиеся на постоянной службе, иногда имеют полный комплект металлической брони. Некоторые даже добывают в бою или покупают довоенные армейские комплекты защиты. Однако такое вооружение крайне редко надевают в обычное патрулирование. Как правило, его применяют лишь тогда, когда совершенно точно известно, что без решительного боя не обойтись.

Молодые воины, которые отдают свой долг пятилетней службы, обычно, не отличаются одеждой и прической от тех, кто занимается мирным трудом. Они носят рубахи, леггины и набедренные повязки (по не вполне понятной мне причине мужчины Новых Шошонов отдают предпочтение этому предмету гардероба, оставляя штаны женщинам) из тонко выделанной кожи и плотного сукна из шерсти бигхорнера. Они никогда не раскрашивают тело и лицо, потому что для молодых бойцов, жизненная дорога которых еще не связана навсегда с войной, такое поведение считается неприличным. Лишь воин, с детства отмеченный духами и планирующий в дальнейшем идти по тропе мистического знания, может нанести на лицо одну или две полосы неяркого – черного или темно-синего – цвета. Прическа молодых бойцов представляет одну или две косы, в которые воткнуты перья, каждое из которых означает подвиг или выдающийся поступок.

Воины, которые окончательно решили посвятить себя защите народа, резко отличаются от молодых бойцов. Их прическа представляет собой своеобразный и мрачный вызов смерти: выбритая голова с единственной длинной прядью на макушке. В эту прядь, за которую так удобно браться, если собираешься снять с врага скальп, вплетены одно или два пера. Эти перья означают по-настоящему выдающееся деяние, память о котором сохраняется в воинских хрониках Холлов и Сайков и в записях родной деревни. Впрочем, солдаты, которым предстоит исполнять роль вождей в отрядах молодых воинов, оставляют себе обычную прическу.



Именно профессиональные солдаты имеют право наносить на тело или лицо боевую раскраску. Для одних она означает преемственность традиций и память поколений своего рода. Для других, идущих Старым Путем, эти пятна и черточки несут глубокое духовное значение и даже обеспечивают мистическую защиту. Воины Старого Пути или Старого Обычая нередко идут в бой в одной набедренной повязке и мокасинах или ботинках, порождая среди невежественных Жителей Долин легенды о голых раскрашенных дикарях, которые визжат и уклоняются от пуль. Бывает довольно забавно наблюдать, как в одном отряде светлокожий и светловолосый воин, явно происходящий от Белых американцев, рьяно придерживается Старого Обычая, в то время как смуглый, узкоглазый потомок народа, что населял эту землю до того, как сюда приплыли предки его ортодоксального товарища, управляется с лазерным карабином и учится определять расстояния по угловым размерам предметов.

Взрывчатку, гранаты, ракеты и зажигательные средства в бою применяют редко, так как в сухом лесу это легко может привести к пожару. Мини-ньюки и атомные гранаты не применяют никогда, так как это противоречит соглашению между великим Уильямом Холлом и нашими братьями – Рейнджерами Айдахо.

В бою Новые Шошоны, как правило, избегают лобового столкновения, стараясь измотать врага долгими маневрами, преследованиями, во время которых противника стараются завести в ловушку, а также перестрелкой на большом – свыше двухсот ярдов – расстоянии. Тем не менее, если ближнего боя избежать нельзя, например, если нужно отбить захваченных каннибалами или рейдерами пленных, воины дружно бросаются в атаку и сражаются яростно и беспощадно.

После Великой Войны 2203-2204 годов, народ построил между деревнями множество небольших крепостей, фортов и укрытий. В них должны укрываться те, кого война застанет на открытом пространстве, если по какой-то причине достигнуть большого поселка будет невозможно. Эти потайные крепости, как правило, тщательно замаскированы, а те, что располагаются в горах – практически неприступны, хотя, конечно, они не предназначены для того, чтобы выдерживать долгую осаду.

Обычай брать скальпы я уже осветил в девятой главе. Здесь могу добавить, что если в бою враг проявил известное благородство и выдающееся мужество, его труп, скорее всего, уродовать не будут. Если враг сражался отчаянно, но при этом был обычным воином: например, наемником или лесорубом, его скальп возьмут в качестве доказательства победы. Брали скальпы и у Серых Кроу в тот короткий период, когда это племя бешеных пришельцев вело свою отчаянную войну против всех. Рейдеров скальпируют всегда, причем, как правило, заживо, но скальпы, зачастую, бросают на поле боя. В дни, когда супермутанты совершали набеги на наши восточные границы, их скальпы ценились очень высоко, ведь их было трудно добыть и еще труднее срезать с абсолютно лысой головы. Людоедов воины народа не скальпируют никогда.

Женщины редко принимают участие в сражениях, если, конечно, это не осада их родной деревни. На моей памяти среди молодых воинов всех поселков было лишь две девушки. По понятным причинам, им было довольно сложно нести службу в чисто мужском обществе, хотя вожди, в том числе и ваш покорный слуга, внимательно следили за тем, чтобы юноши не распускали руки. Впрочем, одна из этих воительниц все равно вышла замуж на третьем году службы, хотя вторая продержалась до возвращения в родную деревню. Среди старших воинов я женщин не припомню, хотя, говорят, в старые времена такое случалось. Тем не менее, в 2285 году мне пришлось командовать военным отрядом, который совместно с паладинами Братства Стали Ордена Айдахо охотился на крупную стаю людоедов. В этом походе нас сопровождала семнадцатилетняя шаманка Амалия Грант. Не могу ничего сказать о ее духовной силе, но в генеральном сражении я лично видел, как она диким, душераздирающим криком и какими-то странными, если не сказать – жуткими, движениями рук и плеч, обратила в бегство семерых людоедов. После этого девушка получила прозвище: Санхогчаванда – Та, перед Которой Отступают Вендего (людоеды).



В последние годы Новые Шошоны часто сражаются плечом к плечу с Не-Персе и Серыми Кроу. Как правило, в таких случаях командует наиболее опытный и уважаемый вождь. Таким образом, в нескольких сражениях воины народа бились под командой вождей наших северо-западных и северо-восточных соседей, что, конечно, способствовало укреплению боевого братства племен.


А теперь! Наконец-то! Пришла очередь! Фотографий! Сделанных восемь месяцев назад!!! Можно было бы сказать, что Алексей, наконец, дождался, но он, кажется, нас бросил.(((

Командир отряда старших воинов. Как легко видеть, он является вождем, придерживающимся современных взглядов на методы ведения войны. Одет в крашеную рубаху из шерсти бигхорнера, вооружен 12,7 мм пистолетом "Зиг-Зауэр", ножом и топором. Его лицо не несет вообще никакой военной раскраски, что, вообще говоря, большая редкость среди солдат народа. Еще большая редкость - отсутствие мушкета.




С напарником:




Ортодоксальный воин, придерживающийся Старого Пути. Вооружен мушкетом, ножом и топором. Из одежды имеет лишь леггины и набедренную повязку. Значение боевой раскраски, скорее всего, является тайной, переданной воину духами после медитации. Интересно, что судя по цвету кожи, среди предков воина были, в основном, европеоиды:





Еще один воин, считающий, что новое в бою не повредит. Судя по всему, среди его предков были Черные Люди. Щегольская голубая рубаха, по всей видимости, импортирована откуда-то с юга. Очевидно, в случае, если предстоит вести бой из засады, воин ее снимет. Вооружен мушкетом, боевой дубинкой, ножом и "Оружием предков" - самозарядным дробовиком. Боевую раскраску не наносит, что вообще характерно для Новых Шошонов негроидной расы:





Воин, представляющий собой промежуточное звено между ортодоксальными и прогрессивными Новыми Шошонами. Как и воины Старого Пути раздет до набедренной повязки и леггинов. Однако при этом в добавок к мушкету вооружен тяжелым капсюльным револьвером, переносимым в наполовину открытой кобуре. На шее - металлический обруч-амулет, но при этом отсутствует военная раскраска. Последнее может свидетельствовать о том, что медитация воина была безуспешной и он не получил необходимые видения:




Со своим напарником. Очевидно, стрелок в паре - воин, придерживающийся Старого Пути:




Отряд у стен форта. Форт, судя по толщине бревен, очевидно, построен сравнительно недавно. Между бревнами видна замазка на основе извести и яиц псевдоиндейки:




Шаманка Амалия Грант Санхогчаванда (Та, Перед Которой Отступают Вендего), дочь паладина Ордена Айдахо Братства Стали Джорджа Гранта. Вооружена священным посохом из алюминиевой трубы и священным топором, который явно носит чисто ритуальное значение, потому что действовать им в бою одной рукой девушка просто не смогла бы. Одета, или, вернее, раздета до священной накидки и священной же пекторали из латунных трубок. Сложно сказать, насколько сильное мистическое значение имеет этот гардероб, но, судя по тому, что говорят про эту добродетельную девицу, она просто любит скакать нагишом при каждом удобном случае. Тем не менее, применение ею мистической силы, причем в бою, зафиксировано таким скептически настроенным свидетелем, как мистер Кэтлин (Сайк):





Пара старших воинов сопровождает шаманку:




Сборный отряд Новых Шошонов и Серых Кроу под командой вождя Не-Персе:



Модели воинов Новых Шошонов - фирма Thunderbolt Mountain - лучшие и самые тонкие миниатюры из всех, с которыми мне доводилось работать. Деталировка у них просто потрясающая. Вообще говоря, фигурки эти - 40 мм, но из-за пропорций и литой низкой базы они прекрасно встали рядом с 32-35 мм. К сожалению, они уже несколько месяцев переделывают сайт(((

Шаманка - старый добрый рипер в Heroic Scale.

Остался последний выпуск. А вот Не-Персе и Серые Кроу, по всей видимости, все-таки перекочуют в пятый том. Уже сейчас книга выходит на 20 авторских листов, а сильно сокращать рассказ про эти племена мне не хочется. Так что из шести этнографических иллюстраций одна, похоже, в эту книгу не войдет. С одной стороны - жаль. С другой - зато задел на будущее)))
Tags: 45-70 govt, fallout, idaho, old west, postapocalypse, США, белые, вкусная и здоровая пища, дружба - это магия, индейцы, куклы для взрослых, много скальпов, мужское, мы все умрем, не зассали, резать по живому, творческое, тыщ-пыщ, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments