bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Helicopter Girls. Good Horde.

Под лыжами «Лакоты» проплывали Великие Равнины. Вертолет приближался к границе Южной Дакоты и Вайоминга. Дальше на запад, там, где заканчивался «травяной штат» и начинался Айдахо, находилась «цивилизация», о которой говорили Свидетели Господа Иеговы Последних Дней. По подсчетам Венди топлива им должно было хватить примерно до старого города Покателло. Мисс Килпатрик планировала пройти вдоль Восьмидесятого Интерстэйт, затем свернуть на Тридцатое Шоссе и перелететь Медвежье Озеро. Дальше к северу начинались отроги Скалистых Гор, перелететь их на маленьком вертолете нельзя было и думать. Южнее лежал штат Юта, и туда Венди и Дженни соваться не хотели – про Юту, особенно про руины Солт-Лейк Сити, ходили дурные слухи. Даже в Ордене Среднего Востока знали о том, каким гнездом порока и насилия стал кратер, в который китайские боеголовки превратили древнюю столицу мормонов. Подруги надеялись пролететь остаток пути до цивилизованных земель без серьезных стычек. У девушек еще оставалось несколько самодельных гранат, почти полтысячи патронов к пулемету и штурмовой винтовке, несколько коробок десятимиллиметровых патронов к пистолетам, пара дробовиков и целый мешок пластиковых гильз к ним. Но и Дженни, и Венди, хорошо понимали, что, если постоянно лезть на рожон и вмешиваться во всевозможные вооруженные конфликты – удача рано или поздно оставит их. К тому же, патроны следовало поберечь на будущее. Неизвестно, как встретит бывшего солдата и писца Братства Стали пресловутая «цивилизация».

Прерии Вайоминга мало отличались от равнин Южной Дакоты. Изрезанные оврагами холмистые плоскогорья постепенно поднимались от востока к западу. Здесь, тоже бродили огромные стада бигхорнеров, диких браминов и лорибу. Однако, в отличие от разрезанного великой рекой восточного штата, здесь следы присутствия человека были заметны гораздо сильнее, чем в Южной Дакоте. То тут, то там рядом с древними шоссе были видны большие поселения. Некоторые представляли собой перестроенные довоенные поселки, окруженные стенами. Другие состояли из странного вида круглых палаток, сшитых из шкур, брезента и синтетика. Обширные участки прерий рядом с палаточными городками были отгорожены невысокими заборами из проволоки, натянутой между редкими столбиками. В этих огромных загонах паслись стада бигхорнеров. Несколько раз девушки видели, как некие отчаянные люди при скоплении большого количества соплеменников пытались оседлать могучих зверей – с неизменно плачевным результатом. Возле укрепленных поселков земля была разделена на квадраты и прямоугольники невысокими изгородями из камней, кусков пластика и листового металла. Судя по всему, местные фермеры имели весьма развитую культуру земледелия. Венди заметила, что некоторые крепости носили следы штурма, но, как ни странно, здания внутри практически не пострадали.

Вообще, население равнин, кажется, состояло из двух племен. В городках, видимо, жили фермеры, торговцы и механики. Это был довольно пугливый народ: завидев «Лакоту», женщины загоняли детей в дома и прятались сами, мужчины либо разбегались, либо хватали ружья и, укрывшись за брустверами, провожали вертолет стволами, но, тем не менее, не стреляли. Люди палаточных поселков при звуках мотора выбирались из своих жилищ и явно приветствовали неведомую машину: размахивали руками и меховыми шапками, подпрыгивали и потрясали оружием. Некоторые стреляли в воздух, но не с целью поразить вертолет, а просто так, от избытка чувств. Эти скотоводы в меховой и кожаной одежде носили поверх шуб стеганые доспехи с нашитыми пластинами из стали и толстого пластика и, похоже, были довольно воинственными. Венди предположила, что люди из палаток – кочевники, сравнительно недавно пришедшие в Вайоминг. По всей видимости, они вступили в конфликт с местными земледельцами, но, кажется, в отличие от людей, напавших на поселение Свидетелей Господа Иеговы Последних Дней, не ставили себе целью истребить своих противников. Возможно, после недолгой войны они даже пришли к взаимопониманию и теперь мирно торгуют со своими соседями. Дженни пожала плечами и сказала, что это все очень интересно, но им надо бы найти место для ночевки, да и топливо кончается, машину нужно заправить. И, кстати, это – последняя бочка. Ты уверена, что нам хватит горючего до Айдахо? Венди ответила, что до границы с Айдахо осталось сто пятьдесят миль – не только хватит, но и в самом Айдахо можно будет полетать. Дженни покачала головой. В «цивилизации», заметила она, лучше бы иметь полный бак. Мало ли, какие они там цивилизованные. Может быть, придется выполнять маневры уклонения от ракет, и вообще… Ну и в любом случае, надо искать место для посадки – горючего у них осталось на полчаса на крейсерской скорости.

Венди сказала, что скоро они подлетят к поселку Грин-Ривер. Там наверняка есть поселение – судя по всему, здесь большинство поселков стоит на месте старых городков. Можно будет приземлиться, заправиться, может быть выменять горячую еду или даже кукурузную водку. Если водки окажется много – перегоним несколько десятков галлонов – хватит на час-полтора полета. Дженни заметила, что предпочла бы сесть где-нибудь в безлюдной местности. Кто его знает этих местных… Венди ответила, что, похоже, местные фермеры – люди мирные. Мисс Кастер сказала, что мирные – не значит дружелюбные. Нам повезло со Свидетелями, сестричка, но с другими может не повезти. На это Венди ответила, что просто будем настороже.

Грин-Ривер оказался крупным поселением, расположенным возле одноименной реки. Город представлял собой цепь укрепленных усадеб и маленьких деревушек, вытянувшихся вдоль берега. Некоторые были соединены коридорами из невысоких стен, способных защитить разве что от волков. В двух милях к западу от Грин-Ривер Венди заметила большой палаточный поселок кочевников. Пройдя над усадьбами, девушки выбрали самое крупное поселение, состоявшее из шести жилых домов и множества хозяйственных построек с довольно большой площадью посередине. На площадке до сих пор сохранился асфальт. Судя по всему, это была автостоянка перед магазином, который потомки древних американцев превратили то ли в форт, то ли в мэрию. Дженни сделала круг над поселением, наблюдая, как женщины и дети прячутся в бывшем универсаме, а мужчины занимают места на крыше молла с винтовками и самодельными мушкетами. Венди открыла дверь со своей стороны, высунулась по пояс и помахала людям рукой. Никто из фермеров не убрал оружие, но, в то же время, не попытался вскинуть винтовку к плечу. Сочтя это обнадеживающим знаком, подруги решили садиться.

«Лакота» опустилась на асфальт бывшей стоянки, и Дженни выключила двигатель. Лопасти винтов медленно замедляли вращение. Девушки сидели в вертолете и ждали, когда фермеры подойдут знакомиться. Дженни хотела взять винтовку в руки или хотя бы положить ее на колени, но Венди убедила подругу, что местных такой акт агрессии может напугать еще сильнее. Наконец, винт остановился. Ни из домов, ни из бывшего магазина, ставшего теперь фортом (или мэрией) никто не выходил. В наступившей тишине девушки слышали, как на крыше негромко переговаривались вооруженные фермеры. Венди видела их – в простой одежде из кожи брамина, свитерах грубой вязки и штанах из синтетического брезента. Эти бородачи, стоявшие за сделанными из досок, кусков железа и пластика, парапетами, явно не знали, как поступить. Молчание затягивалось. Венди решила взять дело в свои руки и, не слушая шиканья подруги, открыла дверь. Девушка медленно вылезла из вертолета, несколько раз присела, разминая ноги, и помахала фермерам рукой. Мужчины на крыше замолчали. Потом один опустил винтовку и медленно поднял в ответ правую руку.

Фермеры оказались вполне дружелюбными людьми и согласились предоставить мисс Кастер и мисс Килпатрик ночлег и продать немного свежего мяса и яиц. Венди разговорила нескольких бородачей, которые быстро сдались под ее напором и рассказали о том, как обстоят дела в южном Вайоминге. По их словам выходило, что последние лет сорок-пятьдесят (дальше они просто не помнили), штат представлял собой обычную аграрную страну. Фермеры обрабатывали землю, разводили скот и птицу и страдали от постоянных набегов рейдеров. Изрядные проблемы доставляли также ежегодные миграции копытных. Бигхорнеры, дикие брамины и лорибу, зимовавшие на берегах Миссури, весной отправлялись к отрогам Скалистых Гор. Огромные стада медленно ползли через прерии, перерабатывая траву на удобрения, и время от времени прокатываясь по возделанным полям. Отогнать стадо из нескольких сотен голов силами одного поселка практически невозможно. И хотя в конце концов крестьяне без еды не оставались, фермеры считали сушеное мясо плохой заменой кукурузе, мутфруту, тато и остростеблевой пшенице. Да и чего греха таить, тщательно вспаханные поля, которые дикие быки и коровы утаптывали до каменно-твердого состояния (пусть и щедро удобряли при этом), было жалко. Тем не менее, за вычетом всего вышеперечисленного, люди в южном Вайоминге жили не так уж плохо.

Все изменилось летом 2281 года. С юго-запада, через Юту, из Мохаве в южный Вайоминг вторглось новое сильное племя. Их было не так уж много – примерно две с половиной тысячи человек, считая женщин и детей. Но эти люди были хорошо организованны, прекрасно вооружены и весьма воинственны.



Племя двигалось вдоль основных шоссе, и, подойдя к очередному фермерскому поселку, предлагало открыть ворота и покориться на условиях выплаты дани. Большинство городков, видя мощь и подавляющее превосходство пришельцев, в страхе подчинялись, ожидая неминуемого погрома. Некоторые, решив, что смерть ждет их в любом случае, решали сопротивляться. Пришельцев, впрочем, это нимало не смущало: непокорные поселения брали дружным и организованным штурмом. К изумлению и облегчению фермеров, независимо от того, сопротивлялась ли деревня, или покорилась без боя, захватчики вели себя на редкость сдержанно. У покорившихся забрали четверть урожая, у тех, кто сопротивлялся – треть. Вожди нападавших пресекали на удивление редкие попытки своих соплеменников вести себя по-рейдерски. Интересно, что семьи погибших при защите поселков фермеров пришельцы забирали с собой. В остальном, покорение южного Вайоминга прошло на редкость спокойно и почти бескровно.

Могучее племя называло себя Великие Ханы, и сразу показало, что собирается обосноваться на новом месте надолго. Осенние набеги рейдеров с севера были отбиты с большим уроном для нападавших. Начавшаяся примерно в то же время миграция копытных обратно к Миссури застала Ханов врасплох. Однако пришельцы быстро сориентировались и устроили несколько грандиозных загонных охот. Впервые за много лет поля фермеров остались нетронутыми. До начала октября над прериями поднимались в небо столбы дыма от грандиозных коптилен. Часть мяса Ханы совершенно безвозмездно отдали крестьянам.

Зима прошла относительно спокойно. Пришельцы жили в своих круглых палатках и, кажется, совершенно не беспокоились насчет мороза и ветров. Довольно скоро выяснилось, что семьи, которые Ханы забрали из оказавших сопротивление поселков, приняты в племя на равных правах с хозяевами. Вскоре новые родственники начали ходить друг к другу в гости. В общем и целом, крестьяне решили, что дешево отделались, да и вообще от всего этого завоевания есть определенная польза.

Впрочем, добра без худа не бывает. Довольно скоро выяснилось, что одним из источников дохода Ханов является изготовление и продажа разнообразной дури. Почти в каждом палаточном поселении была лаборатория, продукцию которых вожди стойбища меняли у торговцев на боеприпасы и медикаменты. К сожалению, оказалось, что часть наркотиков торговцы втихаря сбывают фермерам. После долгих колебаний вожди земледельцев отправились на встречу к вожакам Ханов. Старейшины объяснили, что здесь, в южном Вайоминге, Джета до сей поры не знали. Из-за этого молодые люди подсаживаются на дурь очень быстро. Поэтому, могучие воины, мы очень просим вас не торговать наркотиками в наших деревнях, иначе к весне у нас половина парней будет ни к чему не пригодна. Надо отдать должное Ханам, они вняли мольбам соседей. Старейшин снабдили средством для снятия наркотической зависимости под названием «Фиксер», а торговые посты для продажи традиционной продукции лабораторий были вынесены к границам нового государства.

Весной в южный Вайоминг пришли новые гости. Их было не больше сотни, и, за исключением двух десятков наемников-охранников, эти люди были безоружны. Однако глубокое уважение, переходящее в преклонение, которое выказали пришельцам Ханы, говорило о том, что мужчины и женщины в белых халатах и куртках со странной эмблемой: черный крест в круге, на спине, не так просты, как кажутся. Воины-кочевники называли пришедших «Идущие по Следам Апокалипсиса». По словам Ханов, это были великие и святые люди, которые много знали, много умели, и имели сердца такие большие, что непонятно, как те помещались у них в груди.

Под руководством вновь прибывших, Ханы начали готовиться к весенней миграции копытных В стороне от полей, в богатых травой лощинах, на равнинах с источниками воды, строились огромные загоны. Как и осенью, воины племени устроили большую охоту, защищая поля фермеров от бигхорнеров, лорибу и браминов. Однако теперь Ханы не столько забивали скот, сколько отгоняли. Часть гуртов направлялась в загоны, где молодые воины под руководством Идущих с риском для жизни отделяли коров с телятами от стада. Так у Ханов появился свой скот. В мае часть пришельцев вскопала и засеяла огороды, а остальные, в основном, молодежь, следили за скотиной. Опытным путем Ханы и Идущие установили, сколько бигхорнеров и браминов могут прокормиться на огороженных пастбищах. Лишний скот частью забили, частью отогнали. В последующие два года пришельцы продолжали совершенствовать свои навыки скотоводов. Теперь у Ханов были большие стада, часть из которых осенью забивали на мясо. Молодые воины начали пробовать объезжать бигхорнеров – пока, правда, безуспешно. Одним словом, новые хозяева страны неплохо освоились на плодородных равнинах, но при этом не мешали жить тем, кто заселил эту землю до них. Фермеры признавали, что с Ханами в соседях жизнь в конце концов стала и проще, и спокойнее. Воинственные скотоводы отвадили рейдеров от земледельческих городков. Поля стали безопасны, мигрирующие стада обходили их севернее. За два года численность Ханов выросла чуть ли не в два раза: племя охотно принимало в свои ряды пленных, бродяг и скитальцев, а неустанная и героическая забота врачей Идущих снизила смертность среди рожениц и младенцев так, что теперь выживало восемь детей из десяти. Между племенами процветала торговля, ширились и семейные связи.

В этот момент интересная и крайне поучительная лекция по истории, этнографии, политике и экономике южного Вайоминга была самым бесцеремонным образом прервана окликом часовых. Со стороны поселка Ханов к Грин-Ривер приближался большой военный отряд. Приказав Дженни на всякий случай завести мотор, Венди поднялась на стену вместе с фермерами. Поднеся к глазам бинокль, девушка принялась рассматривать воинов Ханов, до которых оставалось не больше полумили.



К ее удивлению, среди бойцов в стеганых доспехах было немало девушек. Большинство воинов были молоды – не старше двадцати пяти. Лица мужчин украшали усы, девушки ограничивались разнообразными татуировками. Несколько человек тащили за ремни тележку, в которой восседал немолодой, грузный мужчина в шлеме с закрепленными по бокам рогами. Венди сообщила об этом старшему фермеру. Седой мужчина покачал головой и сказал, что, похоже, это сам Папа – старший и самый влиятельный вождь Ханов, которого слушаются, пусть и не всегда, вожди всех стойбищ. Венди поежилась. По рассказам главы поселка, Ханы выглядели отнюдь не типичными рейдерами. Но все же, как ни крути, по меньшей мере сотня вооруженных мужчин и женщин, приближающихся к Грин-Ривер, внушали вполне понятные опасения. Девушка не знала, что этим почтенным скотоводам и наркоторговцам могло внезапно понадобиться у соседей. Не составляло труда, однако, сопоставить посадку «Лакоты» и внезапную активность Ханов. Судя по всему, они заметили вертолет и решили посмотреть, как там дела у фермеров. В конце концов, не каждый день у соседей приземляется непонятная летающая машина.

Отряд Ханов остановился перед воротами поселка. Молодые воины опустили ремни, за которые они тянули тележку, и тот, кого старейшина поселка назвал Папой, грузно перелез через борт своей колесницы. На первый взгляд вождю скотоводов могло быть и сорок, и пятьдесят лет.



Шести футов ростом, широкоплечий, когда-то он, наверное, был быстрым и проворным мужчиной, но несколько сытых лет превратили его в толстяка, весом никак не меньше трехсот пятидесяти фунтов. Впрочем, уважение, которое выказывали вождю молодые воины, говорило об огромном авторитете, которым пользовался грузный воитель. Как и остальные Ханы, Папа был одет в меховую куртку, стеганые штаны и меховые же сапоги. Поверх куртки вождь носил кожаную кирасу с нашитыми пластинами от армейской брони. Венди поразило, что глаза могучего толстяка подведены так, чтобы выглядеть раскосыми, как у монголоидов, причем, судя по всему, это была татуировка, а не грим. Точно так же были украшены углы глаз молодых воинов. Все это придавало лицам Ханов какое-то странное, невозмутимо-суровое, выражение.

Папа спокойно подошел к воротам и подняв руку поприветствовал главу фермеров. Старейшина Грин-Ривер степенно поклонился в ответ и спросил: чем он и его люди обязаны такому нежданному визиту уважаемого вождя Ханов? Папа сказал, что он гостил в поселке своей дочери, когда часовые сообщили о странной летающей машине, которая кружила над Грин-Ривер, а потом села внутри. Понятное дело, мы забеспокоились. Долг соседства и право Ханов требовали узнать: все ли у вас в порядке? Фермер ответил, что все в порядке. Машина действительно приземлилась, но ее водительницы – вежливые и добрые девицы, которым нужны были лишь ночлег и свежая еда.

При этих словах старейшины фермеров Ханы начали переглядываться, а Папа опустил руку и сказал, что такая история стоит того, чтобы услышать ее напрямую. Он будет очень рад познакомиться с вежливыми и добрыми девицами, которым оказалось под силу летать на таком интересном аппарате. До сей поры он лишь раз видел летающую стальную машину, но та была во много раз больше и несла лишь ужас и смерть. Он, Папа Великих Ханов, просит старейшину поселка Грин-Ривер открыть ворота и впустить его внутрь. Как вождь и защитник этой земли он мог бы приказать, но из уважения к мудрому и достойному человеку ограничится просьбой. И, кстати, что это за шум у вас там внутри? Уж не собирается ли летающая машина снова подняться в воздух?

Венди поняла, что настало время брать разговор в свои руки. Вождь Ханов казался человеком неглупым и не склонным к неоправданной жестокости. Разумеется, первое впечатление могло оказаться обманчивым. Рассуждая логически, ей бы следовало сейчас бежать к вертолету, чтобы улететь как можно быстрее. Но Венди не знала, как далеко простираются владения Ханов и есть ли у них радиосвязь. «Лакота» нуждалась в дозаправке, а перелить горючее на холоде из бочки в бак – занятие не из простых. И, кроме того, неизвестно, как воспримут такое внезапное бегство воины Ханов. Все они, как успела заметить девушка, были при огнестрельном оружии. Более того, в отряде был даже пулемет и ракетная установка. В таких условиях правильней будет не бежать, а говорить. Стена поселка у ворот была футов восемь, не больше. У подножия баррикады зима намела высокий сугроб. Даже сейчас, в первый день мая, серый ноздреватый снег в тени стены лежал покатым валом высотой почти в три фута Венди повернулась к старейшине Грин-Ривер и спросила: нет ли перед стеной каких-нибудь дополнительных препятствий: кольев, там, колючей проволоки или еще чего-нибудь подобного? Озадаченный фермер ответил, что ничего подобного у стены нет. Прежде чем почтенный крестьянин успел поинтересоваться, зачем бы его гостье спрашивать о таких вещах, Венди перемахнула через гребень. Повисев секунду на руках, девушка разжала ладони и ухнула в снег по пояс.

На то, чтобы выбраться из сугроба и отряхнуть снег пополам с грязью у девушки ушло секунд десять. Венди не торопилась, не желая испортить первое впечатление суетливостью. Папа и его воины терпеливо ждали, с интересом разглядывая девушку в необычной одежде: сером стеганом комбинезоне с разного рода трубочками, бляхами, шнурками и тому подобными необычными украшениями. Наконец Венди вышла на утоптанное место перед воротами и, встав по стойке смирно, отдала четкий военный салют. Ханы и даже Папа подобрались, и вдруг дружно застучали правыми кулаками по нагрудным пластинам своих доспехов. Удостоверившись, что ее приветствие истолковано правильно, Венди, печатая шаг подошла к Папе и сказала, что она – старший писец Ордена Среднего Востока Братства Стали Венди Килпатрик, техник при вертолете Белл-Сикорски-1300 «Лакота». Вертолет совершает перелет к границам территории Айдахо. Пилот – паладин Ордена Среднего Востока Братства Стали Джейн Кастер.

В искусстве дипломатии самое главное – это определить точно, когда следует врать, а когда говорить правду, и в каких именно соотношениях смешивать первое и второе. Из рассказа старейшины Грин-Ривер Венди сделала вывод, что Ханы пришли с территории, которая не входила в домен Братства Стали. Скотоводы, судя по всему, не были совершенно неграмотными варварами, но при всем этом вряд ли хоть когда-либо претендовали на владение технологиями, которые могли вызвать интерес техновоинов. Мисс Килпатрик решила, что в данном случае будет полезней представиться воином могучей военной организации, чем обычным путешественником. К людям, за плечами которых стоит большая сила, обычно, относятся не так, как одиночкам. Венди ожидала, что услышав о ее принадлежности к Братству Стали, Папа по крайней мере поостережется относиться к ней и Дженни, как к обычным путешествующим девицам. Однако реакция вождя Ханов превзошла все ее ожидания.

Стоило мисс Килпатрик произнести название организации, к которой она, якобы, принадлежит, как круглое лицо Папы расплылось в широченной улыбке. Толстяк упер кулаки в бока и громко расхохотался, а потом шагнул к Венди и вдруг крепко ее обнял. От могучего вождя пахло дубленой кожей, потом и молоком, но, как ни странно, вони давно немытого тела, которую следовало бы ожидать от варвара, не было. Подержав Венди пару секунд, Папа отстранил ее и вдруг сильно, но при том осторожно, похлопал девушку по плечу. Могучий скотовод сказал, что люди Братства Стали – друзья Ханов! Ваши парни здорово взгрели ублюдков Новой Калифорнии в Мохаве. Жаль, конечно, что вы проиграли – все-таки солдат NCR было слишком много. Но то была славная битва! И, говорят, на Западе сражения еще продолжаются! Враги NCR – наши братья.

Венди, конечно, знала, что на западе уже долгие годы идет война между Республикой и Братством. В бункере «Бета» упоминать об этом было не принято, но между собой молодые писцы и рыцари иногда говорили, что Ордену Среднего Востока вместо того, чтобы обшаривать Пустоши в поисках древних реликвий, следовало бы собрать все силы и двинуться обратно, на запад, на помощь Братству Метрополии. Никто точно не знал, из-за чего началась война. По умолчанию подразумевалось, что NCR покусилась на технологии, которые по праву принадлежат Братству, но сейчас Венди уже не была уверена в правоте техновоинов. Слишком много она повидала за последние годы.

Однако теперь кровавый, безумный конфликт между двумя самыми передовыми и цивилизованными силами Запада, оказался на руку двум беглянкам. Судя по всему, Ханы здорово натерпелись от Республики, и готовы были приветствовать любого, кто в свое время надавал NCR по зубам. Венди важно кивнула и сказала, что их задание состоит в поиске северного пути в Калифорнию, по которому отряды Ордена Среднего Востока могут вернуться в Метрополию, чтобы помочь своим товарищам в войне. Папа энергично кивнул в ответ и сказал, что такое стремление можно только приветствовать. Сейчас он отправит своих людей в селение к дочери за свежим мясом и молочной водкой, и мы это как следует отпразднуем. Венди робко заметила, что им бы завтра нужно лететь, но Папа уже отдавал приказаниям молодым воинам.

Дженни, волновавшаяся за подругу, выбрала именно этот момент для того, чтобы поднять вертолет в воздух. При виде «Лакоты», в клубах пыли зависшей над воротами, молодые Ханы схватились за оружие. Венди помахала подруге рукой, давая знать, что у нее все в порядке. Папа повернулся к своим бойцам и рявкнул, приказывая опустить винтовки. Венди посмотрела на могучего вождя и поразилась: лицо толстяка, глядевшего на вертолет, светилось какой-то совершенно детской радостью. Папа повернулся к девушке и сказал, что он должен обязательно хоть раз подняться в воздух на этой машине. Ему уже пятьдесят восемь лет – кто знает, сколько еще осталось. Эти прерии – новый и окончательный дом Ханов. Он хочет увидеть их сверху, потому что это очень хорошая земля, на которой есть место всем – и его воинам, и их добрым соседям фермерам. Венди вспомнила Свидетелей Господа Иеговы Последних Дней, их бегство через половину штата, их страдания и потери, и глубоко вздохнула. Папа был странным человеком. Его Ханы явились в южный Вайоминг, как завоеватели, но их дорога была отмечена не разрушенными городками и поселками, а удивительными свершениями. Они строили свою империю, но не на костях истребленных, или поте и слезах покоренных, а на принципе свободного сосуществования. Это было странно, но при том удивительно радостно. Возможно, главную роль в том, что покорение южного Вайоминга было относительно бескровным и практически без притеснения завоеванных, сыграли таинственные Идущие по Следам Апокалипсиса. Венди дала себе слово за время остановки познакомиться с этими людьми поближе. В том, что в Грин-Ривер им придется задержаться, сомнений у девушки не было. Венди еще раз вздохнула и, вытянув руку, похлопала Папу по плечу. Да, конечно они прокатят его на своей машине. Айдахо может подождать пару дней.

В конечном итоге, Айдахо пришлось ждать почти три недели. Первый пир с Ханами продолжался три дня. Венди стоило огромного труда удержать Дженни от полноценного участия в попойке, которую устроили Ханы на площадке перед довоенным моллом, ставшим то ли мэрией, то ли фортом. Молочная водка, которую Ханы гнали, как легко догадаться, из забродившего молока браминов и бигхорнеров, оказалась слабее кукурузной, но могла развязать язык не хуже пойла, которое употребляли в Иллинойсе. А мисс Килпатрик вовсе не нужно было, чтобы скотоводы узнали, что их гостьи, на самом деле, не воины Братства, а дезертиры. В конце концов, при помощи дочери Папы – приятной, но строгой женщины лет тридцати, и ее подруги – пожилой ученой дамы из ордена Идущих, Венди сумела вытащить Дженни из круга развеселившихся воинов обоего пола и сесть у хвоста Лакоты, чтобы спокойно поговорить о жизни, о всяких женских делах и о том, что в этом жестоком мире иногда все-таки встречается что-то хорошее.



Мадам ученая, между делом, успокоила девушек, которые тревожились из-за необходимости тратить драгоценное топливо на полет с Папой. Дама сказала, что у Ханов, во-первых, есть собственный синтетический лигроин, которым они могут поделиться с вертолетчицами. И если половины бочки будет мало, то ведь ваш реактор, как вы говорите, может перегонять в топливо спиртное и жир? Ничего, наши пьяницы потерпят до следующей дойки – мы дадим вам достаточно и того, и другого. Папа много сделал для того, чтобы завоевание южного Вайоминга прошло без жестокости и ненужных убийств. Будет справедливо, если вы уважите желание старого вождя.

Желание Папы уважили четыре раза, причем к четвертому полету Идущие починили для могучего предводителя Ханов старый голоаппарат. Папа радовался, как ребенок, голографируя с неба земли, ставшие новым домом для его племени. Помимо Папы, девушкам пришлось прокатить еще четверых вождей Ханов и двух старейшин фермеров. Потом был вылет на оценку размеров кочующих стад по просьбе Идущих. Затем девушки вылетали на разведку северной границы в поисках отрядов рейдеров (к счастью, бандиты усвоили урок, и этой весной на территорию Ханов не сунулись). Между полетами подруги беседовали с Идущими по Следам Апокалипсиса, обмениваясь знаниями и составляя для себя картину мира на западе бывших ССА. Старая дама, живущая в поселке дочери Папы, рассказала девушкам о трагической судьбе Ханов, о жестокой резне, которую устроили солдаты NCR в Неваде в стойбище у Биттер Спрингз. Дочь Папы поведала о том, как во время Второй Битвы за Дамбу Гувера Ханы встали перед выбором: выступить на стороне Легиона против своих старых врагов, или покинуть древнюю родину, и как внезапно обретенный друг помог им сделать правильный выбор. Этот же человек, пусть он и выступал на стороне Республики, рассказал Ханам, откуда происходит название их племени. История древних монголов произвела большое впечатление на Папу. За неделю перед уходом он удалился из своего дома в Каньоне Красных Камней на гору, курил особую смесь и размышлял о будущем племени. Вернувшись, Папа объявил, что Ханы уйдут на северо-восток, в Вайоминг, как советует им новый друг и Идущие по Следам Апокалипсиса. Там племя завоюет для себя новый дом и создаст свое царство. Но в память о женщинах и детях, погибших во время резни у Биттер Спрингз, Ханы не станут уподобляться мясникам NCR. Ханы будут добры к побежденным, потому что только так можно создать прочный мир. Все же, хорошо, что наш вождь немолод, заметила в конце рассказа дама-ученая. С возрастом к людям иногда приходит мудрость. Кто знает, что наворотили бы здесь Ханы, если бы их вел молодой и горячий вожак. Дочь Папы, присутствовавшая при этом рассказе, меланхолично заметила, что молодой и горячий вожак скорее всего вывел бы Ханов в бой на стороне Цезаря, так что никакого Вайоминга они бы не увидели.

Утром двадцать третьего мая девушки в последний раз позавтракали в доме старейшины поселения Грин-Ривер. «Лакота» стояла на площадке, бывшей когда-то стоянкой для автомобилей посетителей молла. Вертолет был полностью заправлен и подготовлен к вылету. Идущие помогли наполнить горючим две бочки из четырех. Теперь у подруг имелся гарантированный запас топлива до цивилизации Айдахо. Ханы рассказали все, что знали, о северном штате – немного, но лучше, чем ничего. Проводы были короткими. Почти все мужчины были на работе: фермеры в поле, Ханы – на пастбищах. Проститься с улетающими подругами пришел Папа с несколькими телохранителями, старейшина Грин-Ривер, накануне потянувший спину и оставшийся дома, и старая женщина-ученый Идущих по Следам Апокалипсиса. Старый вождь Ханов по очереди обнял девушек, а потом вдруг сказал, что каким бы ни был результат их миссии, он надеется, что им не придется участвовать в войне между Братством и NCR. Война, девушки – это неважное дело. Прямо скажем – очень плохое дело. Венди, проглотив стоявший в горле ком, тихо сказала, что они это прекрасно знают.

Сев в машину, девушки помахали рукой провожающим, и Дженни подняла «Лакоту» в воздух. Сделав круг над поселком, мисс Кастер направила машину на северо-запад. Девушки молчали, думая каждая о своем. Внизу проплывали прерии Вайоминга, через которые к Скалистым Горам брели огромные стада бигхорнеров и браминов, и Венди вдруг поняла, что на душе у нее, впервые за полгода, на редкость спокойно.
Tags: fallout, fallout new vegas, idaho, postapocalypse, США, вертикаль власти, доброта, мало скальпов, монголы, мужское, никогда не ешь наркотик, орда, политически верно, творческое, человечность, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments