bigfatcat19 (bigfatcat19) wrote,
bigfatcat19
bigfatcat19

Categories:

Тут просили озвучить за фильм "Ржем"...



Собственно, много тут не наозвучиваешь. Обычное говноедство для рашкованов. В художественном плане - недорогой капустник с реконструкторами и компьютерной графикой из "Тундры". Актерство игральщиков не изменилось со времен мистической диареи Ядефа Кучрадноба "Даргнилатс". Открывающие вроталище мастера экрана могут самое большее попадать языком в буквы. Самый дешевый текст-ту-спич выдаст больше эмоций, чем эти антропоиды.

Эту парашу на радость всем неравнодушным гуским юдям поставил популярный актер сериалов про ментов Игорь Копылов: ttOArgzcYXhKxC3SnhrgLWEv9mB. До этого он уже успел прославиться сереалом "Говно Говна" (АКА "Крылья Империи") и рядом других херовых сереалов.

Разумеется, фильм сделает кассу. Во-первых, он недорогой. Во-вторых, будут гонять всех - от школьников до таджиков из ЖКХ. Ну и конечно долбить в уши будут со всех каналов, начиная с первого. Впрочем, многие рашкованы с удовольствием обмажутся абсолютно добровольно. У рашкованов есть своеобразная физиологическая потребность: они спать не могут, если кто-то им не напомнит, что они внуки и правнуки рабов и мяса. Вероятно это помогает им нравственно обосновывать свое уебанство и скотство - от проезда нахаляву в электричке до воровства денег, выделенных на лечение больных раком детей.

В общем, рашкованов, как и прочих узбеков и каклу к производству фильмов про ВОВ допускать, конечно, нельзя. Пусть снимают буряты:



У них как-то достоинство есть, что ли...

На случай, если сюда сейчас набегут реконы-копатели. Мне прекрасно известно, насколько жутким и беспросветным было многомесячное сражение подо Ржевом. Собственно, я знал это раньше, чем те из вас, кто прочитали об этом в книжках издательств "Аузя" и "Сполуцентрограф". Я скажу больше - об этом знали даже в советское время, хотя, конечно, старались особо не пеарить.

Я убит подо Ржевом,
В безыменном болоте,
В пятой роте, на левом,
При жестоком налете.
Я не слышал разрыва,
Я не видел той вспышки,—
Точно в пропасть с обрыва —
И ни дна ни покрышки.
И во всем этом мире,
До конца его дней,
Ни петлички, ни лычки
С гимнастерки моей.
Я — где корни слепые
Ищут корма во тьме;
Я — где с облачком пыли
Ходит рожь на холме;
Я — где крик петушиный
На заре по росе;
Я — где ваши машины
Воздух рвут на шоссе;
Где травинку к травинке
Речка травы прядет, —
Там, куда на поминки
Даже мать не придет.

Подсчитайте, живые,
Сколько сроку назад
Был на фронте впервые
Назван вдруг Сталинград.
Фронт горел, не стихая,
Как на теле рубец.
Я убит и не знаю,
Наш ли Ржев наконец?
Удержались ли наши
Там, на Среднем Дону?..
Этот месяц был страшен,
Было все на кону.
Неужели до осени
Был за ним уже Дон
И хотя бы колесами
К Волге вырвался он?
Нет, неправда. Задачи
Той не выиграл враг!
Нет же, нет! А иначе
Даже мертвому — как?
И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она — спасена.
Наши очи померкли,
Пламень сердца погас,
На земле на поверке
Выкликают не нас.
Нам свои боевые
Не носить ордена.
Вам — все это, живые.
Нам — отрада одна:
Что недаром боролись
Мы за родину-мать.
Пусть не слышен наш голос, —
Вы должны его знать.
Вы должны были, братья,
Устоять, как стена,
Ибо мертвых проклятье —
Эта кара страшна.
Это грозное право
Нам навеки дано, —
И за нами оно —
Это горькое право.
Летом, в сорок втором,
Я зарыт без могилы.
Всем, что было потом,
Смерть меня обделила.
Всем, что, может, давно
Вам привычно и ясно,
Но да будет оно
С нашей верой согласно.

Братья, может быть, вы
И не Дон потеряли,
И в тылу у Москвы
За нее умирали.
И в заволжской дали
Спешно рыли окопы,
И с боями дошли
До предела Европы.
Нам достаточно знать,
Что была, несомненно,
Та последняя пядь
На дороге военной.
Та последняя пядь,
Что уж если оставить,
То шагнувшую вспять
Ногу некуда ставить.
Та черта глубины,
За которой вставало
Из-за вашей спины
Пламя кузниц Урала.
И врага обратили
Вы на запад, назад.
Может быть, побратимы,
И Смоленск уже взят?
И врага вы громите
На ином рубеже,
Может быть, вы к границе
Подступили уже!
Может быть… Да исполнится
Слово клятвы святой! —
Ведь Берлин, если помните,
Назван был под Москвой.
Братья, ныне поправшие
Крепость вражьей земли,
Если б мертвые, павшие
Хоть бы плакать могли!
Если б залпы победные
Нас, немых и глухих,
Нас, что вечности преданы,
Воскрешали на миг, —
О, товарищи верные,
Лишь тогда б на воине
Ваше счастье безмерное
Вы постигли вполне.
В нем, том счастье, бесспорная
Наша кровная часть,
Наша, смертью оборванная,
Вера, ненависть, страсть.
Наше все! Не слукавили
Мы в суровой борьбе,
Все отдав, не оставили
Ничего при себе.

Все на вас перечислено
Навсегда, не на срок.
И живым не в упрек
Этот голос ваш мыслимый.
Братья, в этой войне
Мы различья не знали:
Те, что живы, что пали, —
Были мы наравне.
И никто перед нами
Из живых не в долгу,
Кто из рук наших знамя
Подхватил на бегу,
Чтоб за дело святое,
За Советскую власть
Так же, может быть, точно
Шагом дальше упасть.
Я убит подо Ржевом,
Тот еще под Москвой.
Где-то, воины, где вы,
Кто остался живой?
В городах миллионных,
В селах, дома в семье?
В боевых гарнизонах
На не нашей земле?
Ах, своя ли. чужая,
Вся в цветах иль в снегу…
Я вам жизнь завещаю, —
Что я больше могу?
Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой отчизне
С честью дальше служить.
Горевать — горделиво,
Не клонясь головой,
Ликовать — не хвастливо
В час победы самой.
И беречь ее свято,
Братья, счастье свое —
В память воина-брата,
Что погиб за нее.


Можете сами сравнить то, что написал русский поэт с польской фамилией с тем, что снял вот этот, прости Господи, Игорек.

Почему из всех зимних сражений той войны первый канал и прочая сурковская проблядь заботливо приносит вам сладкий хлебушек именно про Ржев? Понять, на самом деле, несложно. За последние годы восприятие совка, как склепа, в котором одна половина сидела, другая охраняла, а всех хероев войны сразу отправляли в ГУЛАГ, несколько пошатнулось. И поскольку парадигма национального у нас строится от противного: "Вы же не хотите, чтобы как у каклов?" (Да, не хотим, это факт), "Вы же не хотите, чтобы опять совок?" (А вот с этим определенные напряги, особенно среди толстеньких комсомольцев). Поэтому надо напомнить людям, от чего их спасли в 1991 году Борис Ельцин, Егор Гайдар и прочая гуркающая элита. Думаю, в ближайшие месяцы нас ждут также сериалы про НКВД и ГУЛАГ со всеми подробностями (вполне реальными).

Заклятье накладывать не буду - надоело.
Tags: nom-nom-nom, Волшебные слова, Русь-матушка, азаза, бугурт, визажисты, вкусная и здоровая пища, жизнь - это боль, как был говно так и остался, какое-то говно, кино, не Fallout, нет фоллаута, патриотизм, политически верно, русские - niet, тыщ-пыщ, ужасы совка, юные школьницы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 96 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →